Глава 7 Ожидание

Ольга, Игорь и Димка прилипли спинами к стене коридора метрах в трех от заветной двери. Ольга кусала губы и периодически шумно вздыхала. Дмитрий сложил руки на груди, весь сжался, словно ему было холодно, смотрел перед собой невидящим взглядом. Игорь старался расслабиться стоял прямо, не шевелясь, и водил глазами из стороны в сторону.

Несколько недель отделяли Игоря от первого самостоятельного полета. Он умышленно выбрал назначение на полет внутри Солнечной системы. Отрицательный опыт Эл с дальним путешествием поселил в его душе сомнения. Стоит ли вообще ему летать? На Земле была масса занятий, которые он хотел освоить. С детства он занимался музыкой и собирался стать композитором. В Академию он поступил по настоянию отца. Если бы не знакомство с Эл, он бросил бы это занятие, не закончив первого курса.

Эл была из такой категории девочек, с которыми он еще не сталкивался. Девчонок он сторонился, очень смущался в их присутствии. Она с первого дня знакомства захватила его внимание отсутствием барьера в общении. Он испытал неловкость не оттого, что не знал, о чем говорить или куда спрятать руки, а оттого что не смог ни разу подтянуться. Эл не высмеяла его, а подтолкнула за ноги наверх, пыхтя и сообщая секрет выполнения этого упражнения. Она считала, что писать стихи – здорово, а музыка делает человека лучше. Она привела в пример испанского поэта, который был еще и солдатом. В ее голове всегда бродили интересные идеи, которое ему казались захватывающими. Он оценил ее смелость, которой сам не обладал. Общение с ней стало приключением, чем-то новым и необычным в его детском опыте. Он чувствовал, что она взрослее его, если не по возрасту, то по опыту. В его воображении она пришла из какого-то далека, поэтому так не похожа на сверстников, тогда он не знал, что его подозрения верны. Он впервые влюбился.

Трудности возникли при знакомстве с Аликом и Димкой, особенно с Димкой. Нового друга старые друзья Эл не жаловали. Димка так и норовил его побить. Шансов устоять против Димки в драке у Игоря не было. Его никогда не привлекали физические нагрузки, он считал глупостью качать мышцы, если нужно развивать интеллект и душевные качества. Иметь крепкие кулаки он считал примитивным понятием о силе. Он аргументировано разъяснил свою точку зрения Димону и не получил «в ухо» только потому, что рядом стояла Эл. Более того, она с ним согласилась.

– Ты прав, но… – сказала она.

До этого Игорю никто не говорил, что он прав в вопросе тренировок, ему всякий раз доказывали, что он должен быть сильным в дополнение к прочим качествам. Игорь упрямо с ними не соглашался. Небрежное «но» и пауза сделали свое дело. Она не сказала ничего того, что он не слышал прежде. Эл просто оказалась убедительнее других.

– У тебя нет цели большей, чем музыка, – сказала она. – Поэтому подготовленное тело тебе не нужно. Ты любишь музыку. Занимайся музыкой. Зачем тебе Академия Космофлота? Отец настоял? Он за тебя жизнь жить не может. Музыка – тоже приключение, тоже полет. Но без движения тело грубеет и лишается свободы и гармонии. Сила, которая должна течь в нем гармонично, останавливается. Ты просто не знаешь, что гармонию можно увидеть не только в музыке, но и движении твоего тела. Когда ты поймешь, у тебя не будет возникать вопрос: зачем владеть своим телом? Ты прав, физическая сила тебе не нужна, но, ограничивая гармонию до пределов музыки, ты теряешь гармонию всего окружающего. Тело тоже инструмент, который ты отказался осваивать, а космос – мир который ты не хочешь узнать. Музыка – не только звуки, которые ты слышишь, она везде.

Откуда Эл знала это? Он почувствовал себя уязвленным и ограниченным. Как это ему самому раньше в голову не приходили такие мысли? Так просто?

– Какая ты умная, Эл! – воскликнул тогда Димка. – Почему ты мне никогда такого не говорила?

– Потому что для тебя сила – это крепкие кулаки, средство для примитивного выяснения отношений. – Эл ткнула Димку пальцем в лоб. – Когда ты поймешь, что в голове у тебя не мышцы, ты будешь думать, как он, и тогда я и тебе скажу что-нибудь красивое.

– Эл, откуда ты это знаешь? – спросил Игорь.

– Ниоткуда. Вдохновение нашло. Я посмотрела на вас. Вы словно две крайности. Я мысленно вас смешала, и получилось то, что я сказала. Если бы объединились, то вышел бы толк. Не вредно смотреть на проблему шире, чем требуется в данный момент.

Игорь знал, что сейчас происходило за тонкой стеной коридора, Ольга объяснила им. Он стоял и был уверен, что у Эл получится. Если тогда, четыре года назад, она знала и говорила такие вещи, то сейчас знает и того больше. Она сможет. Игорь твердил себе эту фразу: «Эл сможет».

А вот в себе он был не уверен. Потому не выбрал дальние полеты, не выбрал разведку. Технический корпус был для него компромиссом, приемлемым вариантом. Он рассчитывал, что будет летать в экипаже Эл. Если она пройдет исследование, и ей позволят набрать экипаж, он откажется от назначения, он полетит с ней. Тогда – куда угодно, хоть на край галактики.

Из оцепенения молодых людей вывел появившийся из-за поворота Рассел Курк. Дмитрий, как по команде приобрел беззаботный вид. Ольга посмотрела с вызовом. Игорь издали кивнул, приветствуя инспектора.

Рассел подошел ближе и мельком осмотрел тройку. Свита Эл в сборе. Курк усмехнулся про себя – компания достойная своего капитана. Не побоялись. Накопали досье на родной Космофлот, на Ставинского, даже на него с Донованом. Жаль, Рассел не знал, кто из них такой умелец, что скопировал его данные из его же личного архива. Рассел попробовал догадаться. Что-то ему подсказывало, что светловолосый парень с проникновенным взглядом и почти ангельским личиком вполне мог оказаться весьма проворным. Он мало знал об этой тройке, ничего кроме академической информации и впечатлений после коротких бесед.

– Что так долго? – спросил он у компании.

– А вы торопитесь? – спросила Ольга с иронией и кокетством.

Рассел в ответ улыбнулся ей и одарил оценивающим взглядом сверху вниз, чем тут же смутил девушку.

– Не возражаете, если я тоже здесь подожду? – поинтересовался он.

Ольга и Игорь пожали плечами, Димон усмехнулся. Они промолчали. Рассел ждал, чем закончится пауза. Он намеренно не отходил в сторону и делал вид, что ждет ответа на вопрос.

Дмитрий опять прислонился к стене и сложил на груди руки, на этот раз он опустил голову, чтобы не смотреть на инспектора. Он размышлял, что если Курк заслужил расположение Эл, то опасаться его не стоит. Его поступок при разговоре с Лондером вызвал у Дмитрия уважение и облегчение. Эл просто так никого к себе не подпустит.

Рассел периодически осматривал троицу, задержался взглядом на Игоре. Молодой человек смотрел без неприязни, с интересом. «Он вскрыл мой архив», – подумал Рассел еще раз.

– А почему вы не готовитесь к рейсам? – поинтересовался Рассел.

– А я в отпуске, – хихикнул Димон.

Рассел знал его как Димона, услышав от Эл странную интерпретацию его имени, как «Димка», Рассел заинтересовался этим, но происхождения не нашел. Имя Димон ему подходило больше. «Димка» казался самым открытым среди них. Его родители вернулись после неудачной колонизации и усыновили ребенка из погибшей семьи. Мальчик почти не жил в новой семье, поступил в Академию и переехал в пансион, там он познакомился и подружился с Эл. Он был соучастником всех ее выходок. У него больше шансов покинуть Академию из-за нарушения правил, чем у нее. Теперь Рассел догадывался, что Эл его выгораживала. «Димка» – верный дружок детства. Знает, что Эл из прошлого или нет? Если она поделилась с Томом, то с лучшим другом – несомненно. Ради Эл Димон отсрочил свой полет, полез в драку. Донован обиды не простит. Не летать «Димке» на дальних рейсах.

Рассел ждал и думал: «Не торопятся улетать. Думают, если она пройдет исследование, то наберет свой экипаж. Хотят летать вместе. Кто же вас, свежеобученный молодняк, в таком количестве пустит в один рейс?»

Наконец, он услышал ответ Игоря.

– Между прочим, за стеной наш друг. – Он указал большим пальцем себе за спину. – И нам небезразлично, что с ней сделает Светлана Бернц.

– А вы не знаете? – удивился Рассел. – Светлана не является ведущим исследователем. Она их инициатор, автор методики, но исследует Эл не она. Светлана – только один из членов коллегии. Ведущий эксперимента – Максимилиан Лондер.

Рассел увидел, как оживилась Ольга, чем выдала свою осведомленность в вопросе.

– Она может воздействовать на Эл. Она этого и добивалась, – высказалась девушка.

– А зачем? – Рассел изобразил интерес.

Ольга соображала, что ответить, как правильно ответить. Знает об аномалиях, знает о целях Светланы. Она летела к Лондеру.

– Она считает, что Эл – мутант, – ответил за Ольгу Игорь.

– А вы так не считаете, доктор? – обратился Рассел к Ольге.

Ей придется ответить и у нее минимум времени, чтобы сообразить, как не навредить Эл.

– Я так не считаю, – твердо заявила девушка.

– Отправить бы вас, инспектор, куда-нибудь на альфу Центавра. Поболтайтесь в космосе без нормального воздуха, нормальной пищи и солнышка. Гарантирую, вы тоже станете хорошим материалом, для исследований доктора Бернц, – недружелюбно высказался Дмитрий.

Разговаривать в таком тоне с инспектором считалось хамством, поэтому Рассел убрал с лица дружелюбное выражение и посмотрел на «Димку» строго.

– Извинитесь, пилот, – потребовал он.

Димон метнул в него недобрый взгляд из-под темной брови, стиснул зубы, но его лицо через мгновение преобразилось и приобрело откровенно нахальное выражение.

– А, извиняюсь, – нарочито весело выпалил Димон.

Курк продолжал смотреть сурово. Димон выдержал строгий взгляд, глаз не отвел, на его лице читалось: «Я все равно прав». «Ах ты, мальчишка. Не попадал ко мне для беседы, вот и ерепенишься», – подумал Рассел. Димон, кажется, понял угрозу без слов, по одному выражению лица, уголок его рта приподнялся в слабой усмешке. Рассел уловил сходство, Эл усмехалась бы также, мол: «А что ты еще можешь сделать?»

Ольга подошла и мягко взяла Димона за предплечье. Тот скосился, и его улыбка стала покорно доброй.

***

А за стеной в это время заканчивалось исследование Эл.

– Вы устали, капитан? – спросил председатель коллегии.

– Немного, – ответила она.

– Предварительные результаты получите через полчаса. Не покидайте комнат.

Эл кивнула. Мимо прошла Светлана и не удостоила Эл взглядом. Камилл оказался рядом.

– Хотите, я подожду вместе с вами, капитан? – спросил он.

– Пожалуй, – согласилась она. – Пить хочется.

Она едва реагировала на то, что творилось вокруг. Камилл видел ее отстраненность, но связал это состояние с усталостью.

Уединиться им не дали. Пока Камилл наливал воду, к Эл подошла обладательница красивого голоса. Эл взглянула на табличку у нее на груди: «Марина Шубина, реабилитационный центр космопорта «Северный». Эл перечитала табличку. Космопорт «Северный» – главный порт дислокации Агентства нештатных капитанов. Она ответила на мысленный вопрос Эл.

– Макс попросил меня, и с председателем коллегии я хорошо знакома, – певуче пояснила Марина. – Вы хорошо держались. Даже отлично. Эта академическая тренировка или самостоятельно? Можете не отвечать. Хорошая выдержка, капитан. Для дальней разведки как раз хорошее качество.

Она мило улыбнулась и указала жестом на дверь в соседнюю комнату. Эл послушно пошла за ней. В комнате кроме диванов и кресел ничего не было. Марина села первой. Она была маленького роста, худенькая и словно потерялась в обширном кресле. Эл плотно закрыла дверь. У нее сложилась некоторая убежденность, что люди склада Марины часто бывали от природы наделены обостренным чутьем и скрытой силой.

Марина пристально следила за капитаном. Девушка казалась вялой и уставшей. Когда Эл заняла место в кресле напротив, Марина отвела взгляд.

– Хотите мне что-то сказать? – без энтузиазма в голосе спросила Эл.

Марина опять мило улыбнулась.

– И хотела бы, чтобы вы ответили.

Тут в комнату вошел Лондер.

– Эл, мы приступаем к обработке. Тебе интересно?

Эл повернула голову в его сторону.

– Нет.

– Марина?

– Мне тоже не интересно, – отказалась та.

– Как на твой взгляд? – поинтересовался Лондер.

– Я как раз хотела спросить у Эл, сколько времени она тренировалась? – Марина перевела взгляд с Лондера на девушку.

– Больше чем полтора месяца, – ответил за Эл Лондер.

– Вы поняли? – Эл сощурила глаза, и лицо ее стало хмурым.

– Полтора месяца? Великолепно. – Марина с уважением посмотрела на Эл. – Не пугайтесь, Эл, я не скажу.

– Когда вы поняли?

– Я не поняла. Это Макс меня предупредил. Я не смогла уловить отличий. Ваши центры работали нормально и реакции были адекватные. Хорошая работа.

Эл хмуро покосилась на Лондера.

– Кто еще знает?

– Кроме Светланы, никто. Ты ее удивила, – Лицо биолога расплылось в улыбке. – Пойду. Отдыхай. И не злись.

Эл откинулась на спинку, выдохнула и закрыла глаза.

– Эл, результаты будут готовы уже сегодня. К вечеру вам стоит решить вопрос с назначением. Я бы посоветовала вам улететь с Земли, – сказала Марина.

– Улечу. Только, я вернусь. Все начнется сначала. Почему бы вам не выдать меня?

– Я вижу, что вы не опасны. Вы справляетесь с аномалиями, и я верю, что вы сможете однажды вернуться в нормальное состояние или отыщите разумный, удобный для вас компромисс. Как Макс. Не оставляйте занятий. При таком прогрессе. Полтора месяца. Не вериться. Максу потребовалось больше года. Эл, не считайте, что каждый, кто касается вашей природы, непременно хочет вас обличить. Со временем вы заметите, что очень многие отнесутся к вам снисходительно. Таких на Земле – большинство. Вы теперь капитан, юношеский максимализм и ершистость вам не по званию, и не по развитию, насколько я могу судить. Вы умно, тактично нейтрализовали Светлану, вы хорошо сыграли негативную реакцию на нее. Но она вас в покое не оставит. Поэтому держитесь от доктора Бернц и темы ее исследований подальше.

– Я буду нетактичной, если она не успокоится. У меня есть для нее сюрпризы. Ответьте, как вы собираетесь распорядиться своими знаниями?

– Забуду, до того времени, пока снова вам не пригожусь. Вы можете рассчитывать на меня. Я помогла Максу, я занималась его реабилитацией. Помогу и вам.

– Спасибо, – поблагодарила Эл.

Марина ушла и несколько минут Эл без движения провела в кресле. Ей хотелось уснуть. В голове опять замелькали кусочки собранной друзьями информации, стоило только расслабиться.

Спустя время в комнате появился Лондер, он тряхнул полусонную Эл за плечо. Она очнулась, встала, изобразила бодрый вид.

– У меня есть вопросы. Пока комиссия занята, у нас есть время. Уйдем отсюда.

Эл вышла в соседний зал и шагнула в сторону двери, через которую она сюда вошла. Лондер остановил ее.

– Эл, отсюда есть другая дверь. Мне нужно двадцать минут. Твой инспектор лишний в нашей беседе, – сказал биолог.

Лондер взял ее под локоть и направил к другому выходу. Они оказались в параллельном коридоре тихом и пустом. Лондер толкнул ближайшую дверь, она открылась, и он втащил Эл внутрь.

– Проверь, здесь есть датчики слежения? – шепотом попросил он.

– Нет, – быстро отозвалась Эл.

Она напряженно смотрела на него. Неужели нашли?

– Очень быстро, предельно ясно объясни мне, что ты ощущала. – Он взял ее лицо в ладони и пристально заглянул в глаза. – Только не лги.

– Нашли? – Эл подалась вперед.

– Наоборот. Результаты отличные. Я тебя этому не учил. Что произошло?

Эл взвизгнула и повисла у Лондера на шее.

– Получилось!

– Тсс! Ответь мне, что ты чувствовала? – Лондер мягко отстранил от себя девушку. – Ну?

– Пока я была в капсуле, все было как обычно, как ты учил. А когда мы остались с Камиллом, я впала в странное состояние. Это как во время приступа. Стены перестали быть для меня границами. Я так расслабилась, как мне кажется, что перестала себя ощущать. В точности, как после приступа. Я видела происходящее со стороны, мне так казалось. Я всех чувствовала. Даже ребят в коридоре и Рассела. Никто, даже Светлана, в тот момент не хотели, чтобы проявилось худшее. Они искали не в том направлении. Они только проверяли тело. У них была надежда, что им не придется меня обличать. Люди не были настроены против меня, скорее наоборот. Потом Марина намекнула мне о том же. Я была готова сопротивляться. Когда горизонт восприятия расширился, я перестала думать об опасности.

– Не отвлекайся. Исследование. Меня интересует исследование.

– Я поняла, что от меня ждут. С каждым тестом картина прояснялась. Они все представляли, что в результате должно получиться то-то и то-то. Они подсказывали мне ответы.

– Ты симулировала результаты? – Лондер замер, ожидая продолжения.

– Я знаю, почему Светлана гоняется за мной. Она считает, что мои аномалии связаны не с космосом, а с переброской во времени. Возможно, что она права, и я так ощущаю время. У меня форма генетической матрицы, которая редко встречается в современных людях. Из чего она сделала вывод, что я…

– Продолжай.

– Я не могу этого сказать тебе. Не сейчас. – Эл почесала затылок. Взгляд ее стал отстраненным, совсем как во время исследования. – Я должна забрать заключение. Если меня пропустили, я должна найти назначение и набрать экипаж как можно скорее. Марина посоветовала мне побыстрее убраться с Земли. Это разумно.

Лондер взял ее за плечи.

– Эл, что с тобой? Ты что-то поняла.

– Ничего. Задумалась. – Она тряхнула головой. – А эффект аккумулятора?

– Ты призналась, что вчера был приступ. За сутки ты много сил не накопила. Фон ровный.

– И еще за сутки я чуть не утонула. Рассел спас меня. Я не чувствовала, что тону. Под водой что-то случилось. Еще у меня была информационная перегрузка.

– Эл, ты выглядишь вялой. Это произвело нужный эффект. Ты четыре года не была на Земле, странно ждать от тебя абсолютного здоровья. Тебе сейчас нужно отдохнуть. Успеешь разобраться. Надеюсь, придет время, и ты со мной поделишься. Мы больше не увидимся. Твой инспектор до отлета от тебя не отстанет, а я с ним объясняться не хочу.

Лондер собирался уйти.

– Рассел мне не желает зла. Подожди, один вопрос, – остановила его Эл. – Почему ты допустил искажения информации о Тобосе?

Лондер свел брови.

– Потому что мне дали понять, что если я хочу остаться на Земле, я должен забыть ту реальность, в которой побывал. Галактис особенно.

– Ты же спал.

– Я-то спал, а ты – нет.

– Забудь.

– Ты знаешь? Докопалась? – Лондер выглядел виноватым. Он тяжело вздохнул и стал кусать губы. – Я согласился на ложь ради сына.

– Я тебя не виню. Я понимаю и говорю это совершенно искренне.

– И все-таки мне стыдно смотреть тебе в глаза.

– Глупости. Я сказала: забудь. Я не буду раскапывать правду. Только в том случае, если меня начнут обвинять. Если Космофлот оставит меня в покое, я оставлю в покое Космофлот.

Эл хотела сказать ему, что Галактис предупреждал Землю о гибели корабля, но их не вернули. Потом она сочла, что для Лондера такая новость будет слишком.

– Я пойду, – она попыталась улыбнуться. – Я никогда не забуду, что ты для меня сделал. Спасибо.

Она уткнулась ему лбом в грудь. Он потрепал ее по волосам.

– Все только начинается, капитан. Я тебе еще пригожусь. Я должен тебе гораздо больше.

Они разошлись. Лондер удалился этим коридором, а Эл зашла обратно, чтобы забрать результаты.

***

Из кабинета все давно вышли. Эл пока не выпустили. Друзья не решились остановить членов коллегии, зато Рассел «по долгу службы» пошел следом за одним из специалистов.

– Вы что-нибудь нашли? – задал он вопрос.

– Могу заверить вас, инспектор, что ваши труды напрасны. Эта девушка не мутант. Есть аномалии, но они не больше, чем результат долгого пребывания в космосе. Ее генотип устойчив, несмотря на его древнюю природу.

– Извините, не понимаю.

– Людей с таким составом биологических параметров на Земле осталось несколько сотен. Он на уровне двадцатого, может быть двадцать первого века. Чего не бывает в природе! Если ее предки были колонизаторами – это не удивительно. В колониях искусственно поддерживают биологические параметры на протяжении нескольких поколений. Возможно ее система – результат биологического моделирования, но уверяю вас ничего оригинального, тем более криминального мы в ней не нашли. Мы знаем о запросе инспектора Доновала. Она – колонист.

Врач посмотрел на Рассела. Казавшийся бесстрастным инспектор был поражен и не смог скрыть. Доктору был приятен сам факт, что он чем-то вывел из равновесия «блюстителя личного состава». Председатель с удовольствием решил «дожать» его.

– Я бы советовал извиниться перед ней. Космофлот посылает молодую девушку в космос на четыре года, как раз в момент созревания организма и еще в последствии требуется, чтобы она осталась нормальной. Возмутительно. Почему ее так долго держали вне Земли? Развитие организма задержалось на пару лет. В момент отлета ее физический возраст не соответствовал развитию, он был выше, у подростков, особенно у женщин, такое бывает – раннее взросление. Поэтому ее предпочли, среди других претендентов по биологическим параметрам. Зато сейчас ей пары лет не хватает. Тело на семнадцать против девятнадцати. Ей повезло, на умственном развитии это не отразилось. И она еще безропотно снесла это унизительно обследование. Выдержка колоссальная. Взрослый позавидует. Убедите свое начальство оставить ее в покое. Иначе, вы загубите перспективную действующую единицу Космофлота. Она с такой живучестью – находка для дальней разведки. Если вас интересуют подробности – обратитесь к Максимилиану Лондеру, он великодушно согласился курировать этот вопрос, а у меня других забот хватает. Прощайте.

Рассел смотрел в спину удаляющемуся врачу. Душа наполнилась ликованием. За спиной у него раздался визг и крики, они эхом разносились по пустому коридору – это компания друзей праздновала победу. Ему тоже хотелось ее поздравить, но он не мог себе этого позволить, поэтому просто ушел.