Глава 12 Дипломатия

Эл занималась самобичеванием.

Наладить отношения, а потом так сорваться. Может дело в тех странных лучах, другого объяснения своей внезапной ярости она не находила. Самое время бежать извиняться, но никто теперь не даст гарантии, что ее поймут. Единственный выход – немедленно ремонтировать корабль и поскорее улететь отсюда.

Эл решительно принялась за работу. Потребуется несколько часов, чтобы демонтировать разбитый двигатель и установить запасной. Можно летать, тщательно выверять траектории, почаще моделировать и корректировать карту полета. Строить модель обратного перехода по данным разведки и давать «Дельте» указания по ним, пока она на чужой территории. Катер не позволит грузить чужую информацию, тут пригодятся ее штурманские навыки. Энергии потребуется больше и от управления отлучиться нельзя, но до земных маяков она доберется живой. Если по ее душу не вернется «третья сторона». Тогда «Дельта» станет трофеем, а ее...

Эл снаружи наблюдала, как автоматика демонтирует поврежденный двигатель и анализировала список поломок. Настроение окончательно испортилось. Обшивка почти на половине корпуса с дефектами, сгорели несколько систем слежения и датчики для топографии. Нового анализа не сделать, если она не окажется в том же районе, где проводила исследования. Задание в срок Эл не выполнила, на Плутон вернется с опозданием в неделю, а то и больше.

Был другой очевидный и разумный выход – попросить помощь и ремонтироваться здесь. Стыдно, гордость нужно прижать.

Чем дальше она планировала ремонт и возвращение, тем больше убеждалась, что затея абсурдная.

На Плутоне несчастную «Дельту» разберут на запчасти, как хлам. Верден ее изведет своей язвительностью. Эл вспомнила ворчание старика перед вылетом. Случилось все, что она ему обещала, даже хуже.

Начальство уволит ее со службы за произвол и нарушение устава.

Эл стало жалко не себя, а машину.

Она глубоко вздохнула и поискала официальный международный формат для вызова на переговоры. Присоединила свое изображение, как требовали правила, и сообщение ушло в тишину.

То, что появилось на панели перед ней в ответ на вызов, кроме как физиономией назвать было нельзя.

– Я хочу встретиться с вашим капитаном. Речь идет о переговорах, – как можно спокойнее произнесла Эл.

– По вашим законам имеете ли вы на это право? – спросила физиономия явно через какой-то вспомогательный транслятор. – Каков ваш статус?

Эл задумалась. Если они не только своими законами руководствуются, значит, дело пойдет. Статус – обтекаемое понятие.

– Да. Я имею право на переговоры, – твердо заявила Эл. – Я капитан дальней разведки.

– Нам требуется время. Ожидайте.

Он, кажется, остался доволен известием. Эл ощутила, как разум начинает преобладать над эмоциями. Здравый смысл победил. Напряжение постепенно убывало. Ожидание может затянуться, после всего что с ней случилось, хозяева не станут спешить на встречу со склонной к конфликтам землянкой. Отсрочку переговоров она восприняла с облегчением.

Эл откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и постаралась ни о чем не думать. Усталость сменилась волной сонливости.

Где-то на границе забытья ей показалось, что тело парит в воздухе. Пространство пронизано ее нитями света, как в том коконе. Она ощутила пространство рубки, пределы катера и дошла до края защиты поля. Вместо раздражения и боли ее пронизал покой. Под корпусом катера сознание Эл не улавливало ни малейшей угрозы. Там она яростно сопротивлялась, лучи застревали в теле, сейчас свет просто пронизывал нее.

Эл нашла что-то уловимо знакомое в этой сладко одури транса. Она вспомнила, как увидела столбик света за ее креслом после схватки. Маленький размытый силуэт Мая потерялся в вихре света ощущений. Эл вообразила, как он ее почувствует в своем саркофаге, как между ними снова возникает связь, как во время боя.

Их силуэты слились и растворились в блаженном небытии.

Ее существо ушло в свет, и становило светом. Ничего более в мире не существовало отдельно. На смену невыносимо тяжелой и грубой недавней ярости, пришло умиротворение. Она пережила два противоположных состояния за короткий срок. Ей стало хорошо.

Эл знала, что не спит. Осознавая себя, она готова без напряжения за секунду откликнутся на запрос системы. Она откроет глаза, увидит знакомую панель ручного управления «Дельтой». Сознание в холодной ясности воспроизвело обстановку кабины и ее саму дремлющую в кресле с блаженной полуулыбкой на лице.

В ярости нет ничего противоестественного, она возникла в ответ на неизвестность, ее породил испуг за свою жизнь, стресс после боя. Быть может, страх открытия, вдруг она узнает о себе нечто, что перечеркнет ее надежды на будущее. Быть может она не человек, придется согласиться. Она в панике сбежала обратно в неведение. Мысль пропала. Ей не хотелось тревоги, хотелось уютного состояния защищенности. Это все эмоции, огромная клавиатура градаций и переходов доступная человеку. Человеку ли… Она быстро промчалась по этим клавишам и погрузилась в тишину и покой где-то на пике, а потом вернулась к середине – к равновесию.

Она очнулась за мгновение до вызова на переговоры. Мгновение тишины и слабый зум вызова. «Дельта» деликатно подала признаки жизни, разбудив ее вибрацией в кресле.

Эл из пухового уюта транса вернулась в реальность. Подлокотники показались жесткими. Эл гладила их пальцами, чтобы убедиться в пробуждении. Медитация вернула покой. Она с удовольствием вздохнула, не ощущая тяжести и прежнего гнетущего состояния.

Ум заработал с желанной ясностью. Она представила порядок действий, прокрутила в голове план и фразы будущей просьбы. Встреча должна быть короткой и емкой. Свое любопытство Эл решила умерить, занять официальную позицию, выступить, наконец-то, как представитель Космофлота. Никаких частных задушевных бесед. Пора влезать в «мундир». Прежде она воображала, как однажды наденет капитанскую форму, но не представляла, что это случиться в подобных обстоятельствах на чужом корабле и после неприятного инцидента. Она образно представила, как «запятнала мундир» прежде, чем заслужила его.

Эл натянула новенький цвета индиго капитанский костюм. Не важно, что знаков на форме нет. На левом рукаве одна полоска – запись об экспедиции на Тобос. Ниже локтя – метка навигатора и пилота дальних рейсов. Не густо для послужного списка. Все это важно в Космофлоте, а не здесь. На этом борту она участник экспедиции «Тобос», выжившая, и уничтожитель ценного исследовательского оборудования. Земная техника от ее действий пострадала слегка по сравнению с ущербом для творения неземной науки.

Второй костюм она натягивать не стала, нигде, куда ее пригласили до этого момента не было опасной среды. Новая одежда, сконструированная под нее, создавала приятный комфорт и придавала уверенности. Эл проверила систему дыхания, надела шлем и опять покинула корабль, собираясь делать хорошую мину при плохой игре.

Ее сопровождали шестеро, показавшиеся Эл одинаковыми гуманоидные существа ее роста и комплекции. На них тоже была одежда, даже одинаковая. Они вели себя чинно, отстранено, как полагается «почетному караулу». Эл подметила, что в ритуале сопровождения учтены земные традиции. Их манеры продиктованы знанием моделей отношений у землян. На этой волне, поймав торжественный настрой, Эл отправилась на официальную встречу.

Ее привели в обширный зал. Эл очутилась после пустой площадки в пугающе «многолюдной» обстановке. Подобное многообразие Эл прежде видела только на картинках. Будто ей назначили встречу не с капитаном и делегацией, а со всем экипажем сразу. Она поискала взглядом что-то знакомое и нашла врача, первого делегата и чудо-грузчика. Торна не было, землян она тоже не нашла при беглом осмотре. Она без особого стеснения разглядывала присутствующих, любопытство опять взяло верх. Захотелось их как-нибудь поприветствовать, но Эл не знала как. Она решила задачу мысленно создав внутри наиболее доброжелательное состояние. Она делилась с ними светом, который ощущала недавно во время транса, лучшего она ничего не придумала.

Ее остановили в белой зоне зала. Караул разошелся, оставив ее без охраны.

Появился Торн откуда-то сбоку, без предупреждения вышел к ней из-за спин экипажа. Ее посетило запоздалое понимание и следом легкий испуг, потом осозгнание глупости положения. Торн – капитан этого корабля. Он выглядел так же буднично, как недавно. Смотрел испытующе и доверительно. Ждал, пока она оправиться. Эл убрала затемнение на шлеме, чтобы он видел ее голову целиком, она решила доиграть свою нелепую роль. Она ждала, когда капитан заговорит первым, в рамках этикета. Они не в равных званиях, он старший, хозяин положения и право слова остается за сильным. Еще он точно знает, что она не настоящий капитан, а только пилот пострадавшего катера. Она так же знает ее возможную модель поведения, последняя мысль вогнала Эл к краску.

Торн догадался, что ей хочется сбежать. Он едва не рассмеялся. Форменный капитанский темный костюм Космофлота очертил юношескую фигурку, вытянувшуюся от нескольких лет жизни в космосе. Эл чуть втянула голову в плечи при виде его в первое мгновение, но вовремя нашлась, спряталась в ореоле официальности. По сути, перед ним еще девчонка. Торн пришел ей на помощь. Он улыбнулся, сказал мягко и торжественно:

– Я и мой экипаж рады принимать у себя человека с Земли, – при этом он сделал широкий жест рукой и обвел присутствующих, после поклона продолжил. – Я, как спасатель, искренне благодарен за вашу смелость и помощь.

Она ответила сдержанно и твердо.

– Спасибо за оценку моих заслуг, капитан, я выполняла свой человеческий долг. Могу я узнать все ли благополучно с доставленным мною пострадавшим?

– Да, – ответил капитан. – Все хорошо. Более того, он настаивал на встрече.

Эл подняла брови. Быстро справилась с удивлением и продолжила разыгрывать дипломатию.

– Могу я рассчитывать на вашу помощь, капитана Торн? – она подчеркнула интонацией звание и договорила заранее заготовленную речь. – Мой корабль имеет значительные повреждения. Я не откажусь от предложенной раньше помощи.

– Мы восстановим ваш корабль к вашему возвращению. Спасенная вами высокопоставленная особа желает и настаивает, чтобы вы сопровождали его на родную планету.

Эл привстала на носках и подалась вперед, будто собиралась подбежать к Торну. Известие окончательно сломало барьер, который она старалась поставить, чтобы выглядеть, по ее мнению, достойно.

– Я должна сопровождать принца домой?!

– Именно. Он считает, что это важно и почетно. У него нет иного способа вас отблагодарить, кроме экскурсии.

– Я не могу отказаться? – вкрадчиво спросила Эл.

– Не вижу причин для отказа. Путешествие будет коротким и, я уверен, приятным.

– В каком качестве я буду его сопровождать?

– В качестве гостя и защиты, на последнем он настаивал.

– Я могу подумать?

– Разумеется.

– Позвольте мне покинуть зал?

– До свидания. – Торн с достоинством поклонился.

Эл повторила поклон и попятилась, удалилась из зала.

Она сидела в растерянности на краю трапа. В защитном поле корабля можно дышать без шлема, рука рефлекторно потянулась к замкам. Высвободившись из тесного убежища, Эл с удовольствием тряхнула головой и взъерошила волосы.

Предложение невероятно заманчивое. Голова отказывалась думать. Эл казалось, что она стала участницей комедии положений, где повороты сюжета неожиданны, а она, как главное жертва перипетий, не в состоянии понять, что происходит.

Спустя время, Эл удалось вернуть былую рассудительность. В голове закружились спасительные вопросы. А что такого происходит? Какой же исследователь откажется от путешествия в другой мир? Не к этому ли она стремилась всю свою жизнь?

Эл приводила мысли в порядок, поэтому далеко не сразу отправилась на предложенную встречу с принцем.

Простое заявление о согласии и знакомая физиономия сообщила ей маршрут. Этот несложный путь Эл проделала самостоятельно.

Встреча была назначена в том же малом зале, куда ее привел делегат на первую встречу с Торном, который, как теперь выяснилось оказался капитаном спасательного крейсера Галактиса. Чем она могла так заинтересовать главу мощного корабля? Зачем он скрыл должность? Быть может, Торну, как землянину, хотелось пообщаться с соотечественницей в простой, неофициальной обстановке. Желание понятное, во всяком случае для нее. Торн вызвал ее доверие, объяснил обстоятельства приватно и предложил обследование. После всех событий такое гостеприимство показалось Эл чрезмерным. Подозрительность вернулась.

Капитан единственный присутствовал при встрече, как нянька при малыше.

Эл склонилась, с любопытством разглядывая сияющий столбик, с едва читаемыми очертаниями диковинного человечка. Май. Такой ли ты какой, на самом деле? Ничего похожего на то, что Эл видела в рубке своего корабля. Она присела чтобы лучше рассмотреть. Если бы ее попросили описать увиденное создание, она не нашла точные слова, ей пришли бы в голову превосходные эмоциональные образы, а не сухие описания. Он был очень милый, сияющее существо, непостижимое в своей простоте. Эл припомнила первый разговор с Торном, его характеристику: «наивная восприимчивость провидца».

У Эл возникла необъяснимая просто любопытством потребность в контакте, созерцания мало, ей захотелось коснуться его.

– Вы можете снять шлем, – подсказал Торн.

Он стоял рядом и с интересом наблюдал сцену.

Девушка заученным жестом освободилась от шлема, не затратив времени на обдумывание его предложения. Торну было приятно вновь увидеть ее лицо. Оно было преисполнено счастья, в блеске детских глаз Торн прочел восторг первооткрывателя. Она вытянула шею, чтобы еще немного приблизиться к принцу, подбородок заострился, и она сама в копне светлых волос была похожа на Мая в своей непосредственной жажде познания. Земляне не ошиблись, разгадав качество ее любопытства. Сияющий столбик проявил к ней встречный интерес. Торн никогда не видел, чтобы подобные ему существа прикасались к кому-то. От светящегося тельца отделилось подобие конечности с полосками пальчиков, и он мягко коснулся лба Эл. В волосах ее затрещали статические разряды. Она звонко хихикнула и сощурила глаза. Торн позавидовал этой встрече двух детей. За внешностью, смелостью, недавним гневом девушки, скрывалось еще чистое юношеское сердце, иначе вряд ли щепетильный торнианец снизошел до откровенного прикосновения.

Он еще раз провел по ее лбу «ручкой». Неприятное ощущение быстро исчезло, он выверил меру контакта. Эл сощурилась, от яркости сияния. Она рассмеялась. Восторг трудно описать. Ей хотелось взять его на руки, как берут детей на Земле, и прижать к себе. Она не зря рисковала, спасая эту жизнь. Ни что другое уже не могло быть важнее в этом случае. Эл с легкостью поверила, что в нем сосредоточено лучшее, нечто значительное и важное, что ей не дано оценить. Вершина эволюции другой цивилизации!

Они соприкоснулись впервые, когда она услышала его, через тьму космоса. Они смогли понять друг друга. В этой связи появилось нечто священное – незнакомое и знакомое со времен Тобоса чувство родства с иным видом, доверие, отождествление себя и непохожее на нее существо с общим источником жизни. Она вспомнила события боя. Они стали союзниками не сговариваясь, обоюдно спасли друг друга, ее заслуга не односторонняя.

Знакомство длилось больше часа, напоминая то церемонию обмена любезностями, то ласковую встречу, осторожное взаимное изучение.

Торн мог поклясться, что не видел ничего по-детски более забавного за свою полетную практику. Два ребенка, которые забыли о присутствии взрослых. Принц льнул к Эл, она играла с ним по-человечески непосредственно, проявляла заботу и предупредительно терпение, изучала с трепетной осторожностью. Едва ли девушка так сложно, как он, оценивала ситуацию. Для нее происходила любопытная встреча двух цивилизаций, знакомство с иным разумом. Торн наблюдал, как высшее существо другого мира на равных общается с космическим дикарем, в традиционном понимании торнианцев.

– Вы будете его сопровождать? – тихо задал вопрос Торн, когда встреча закончилась.

– Да, – коротко ответила Эл. – С удовольствием.

Торн как напутствие сказал:

– Вы вернетесь быстро.