Глава 4. Посадка на неизведанной планете
Капсула в последний момент отстрелилась от обречённого корабля.
Марсика вдавило в мягкое кресло, потом перевернуло, потом закрутило так, что фиолетовое небо и фиолетовая земля поменялись местами раз десять подряд. Над головой с хлопком раскрылся широкий купол, падение замедлилось, и капсула, ломая ветки, с грохотом приземлилась в густом фиолетовом лесу этой таинственной планеты.
Стало очень тихо.
Марсик долго не решался пошевелиться. Он лежал в кресле, слушал, как стучит его собственное сердце, и ждал, что вот сейчас кто-нибудь придёт и всё исправит. Никто не пришёл. Тогда котёнок осторожно поднялся, потрогал лапой люк, и тот со скрипом открылся.
Слегка оглушённый, Марсик вылез наружу и осмотрелся по сторонам. Земля под лапами оказалась мягкой и тёплой, будто нагретый ковёр. Пахло сладко и незнакомо. Огромные деревья с фиолетовой корой уходили вверх так высоко, что вершин было не разглядеть.
Недалеко, за краем леса, взметнулось облако чёрного дыма. Марсик вскарабкался на поваленный ствол и увидел на склоне далёких гор длинную полосу огня. Это горел его корабль, врезавшийся в скалы. Дым поднимался столбом, и было понятно, что от корабля не осталось ничего, к чему можно было бы вернуться.
Марсик сел и долго смотрел на дым. Обратного пути домой больше не было.
Котёнок обошёл капсулу кругом. Она была помята, купол зацепился за ветки и порвался, но сама капсула уцелела — ни одной дыры, дверца открывается и закрывается. Марсик почему-то очень обрадовался этому. Он забрался внутрь, потом вылез, потом снова забрался. Всё-таки это была хоть какая-то, но своя вещь на чужой планете.
Потом Марсик занялся тем, что умел лучше всего, — обходом. Он обошёл поляну по кругу, обнюхал каждый куст и составил себе кошачью карту нового дома. Слева росли деревья, у которых листья складывались, если их тронуть. Справа журчал ручеёк с прозрачной водой, и вода оказалась самой обыкновенной, вкусной. А прямо за капсулой из земли торчал плоский тёплый камень, на котором было приятно сидеть.
Есть, правда, было нечего. Марсик попробовал лизнуть незнакомую ягоду, но она оказалась горькой, и котёнок долго отфыркивался. «Ладно, — решил он. — Завтра разберусь».
Тем временем небо начало темнеть, и лес стал наполняться звуками. Что-то шуршало в высокой траве. Что-то тонко звенело в ветвях. Где-то далеко ухнуло так, что с дерева посыпались листья.
Марсик распушился и попятился к капсуле. Он был совсем один посреди незнакомого леса на чужой планете, и до ближайшего знакомого лица было столько световых лет, что и сосчитать нельзя.
И тут между стволами зажёгся первый огонёк. Потом второй, третий, десятый — маленькие светящиеся точки поплыли между деревьями, качаясь в тёплом воздухе.
Марсик забыл, что он боится. Он привстал, вытянул лапу и попробовал поймать один огонёк — точно так же, как дома ловил звёзды в иллюминаторе.
И огонёк поймался.
Он лежал у котёнка на подушечках лап, тёплый и живой, и тихо мигал. Марсик смотрел на него во все глаза. Дома звёзды не ловились никогда, а тут поймалась с первого раза.
Значит, решил котёнок, эта планета не такая уж и злая.
Он забрался в капсулу, оставил дверцу приоткрытой, чтобы видеть огоньки, свернулся клубочком на кресле и уснул. А наутро его ждало знакомство, которого он никак не мог ожидать.