Глава 2. Спасение и лечение

Лео понял, что маленький дракончик очень ослаблен из-за ран и голода. Ему срочно нужна помощь и уход, иначе в лесу его ожидает неминуемая гибель от хищников.

Мальчик снял куртку, осторожно завернул в неё хрупкого дракончика, стараясь не потревожить сломанное крыло, и понёс к себе домой. Ноша оказалась тяжелее, чем он думал, и последние сто шагов Лео шёл, стиснув зубы. До дома он добрался огородами, чтобы никто из деревенских не заметил.

Дома Лео мягко уложил дракончика на перину в своей комнате и побежал за аптечкой. Он аккуратно промыл царапины и порезы, вытащил из чешуи занозы и уже принялся разматывать бинт, когда за спиной скрипнула дверь.

На пороге стояла мама.

Она молчала долго. Так долго, что Лео успел придумать три оправдания и забыть все три.

- Мам, - сказал он наконец. - Он потерялся.

Мама поставила на пол ведро, подошла ближе и наклонилась над дракончиком. Тот прижал уши и весь сжался.

- Крыло, - сказала мама. - Так не бинтуют, сынок. Неси две ровные планки и чистую тряпку.

Вдвоём они выправили сломанное крыло и наложили тугую повязку, зафиксировав кость деревянными планками. Дракончик терпеливо лежал, лишь изредка жалобно попискивая, когда было особенно больно, и цеплялся когтями за руку Лео. Но рядом с мальчиком он чувствовал тепло и заботу и потому не вырывался.

- Три недели крыло не трогать, - строго сказала мама, вытирая руки. - И вот что, Лео. Отцу я скажу сама. А деревне пока не говори никому. Люди пугаются того, чего не знают.

Когда мама вышла, Лео сел на пол рядом с периной.

- Ты не бойся, - сказал он дракончику. - Мама у меня строгая, зато руки золотые. Она у нашей козы Ромашки ногу собрала, а нога была вот в таком виде, что все говорили - всё, конец Ромашке. А Ромашка теперь по забору скачет.

Дракончик слушал, приоткрыв один глаз. Голос мальчика был спокойный, и от этого боль как будто становилась чуть меньше.

Затем Лео принёс из кухни еду - овощи, фрукты, хлеб и молоко. Голодный дракончик обнюхал всё подряд и с аппетитом съел незнакомую, но очень вкусную пищу, а молоко вылакал прямо из миски, забрызгав полкомнаты. После еды он почувствовал прилив сил и бодрости и даже попробовал сесть.

- Как же тебя звать-то? - задумался мальчик.

Дракончик посмотрел на своё забинтованное крыло и грустно вздохнул.

- Знаешь что, - решил Лео. - Будешь Ветерок. Потому что ты обязательно снова полетишь. Вот увидишь.

Дракончик поднял голову. Имя ему явно понравилось: он с благодарностью лизнул руку мальчика шершавым тёплым языком.

- Ветерок, - повторил Лео и погладил своего нового друга по маленькой чешуйчатой голове. - Договорились. Я о тебе позабочусь.

Вечером в комнату заглянул отец. Он долго рассматривал дракончика, поскрёб в затылке и сказал только одно:

- Перину жалко. Ну да ладно, новую набьём.

И ушёл строгать доски. Лео понял, что это означает согласие, и чуть не подпрыгнул до потолка.

За окном темнело. Ветерок свернулся на перине, уткнув нос под здоровое крыло, и уснул, а Лео ещё долго сидел рядом на полу и слушал, как ровно дышит рядом самое удивительное существо на свете.