Слабый огонь

Первое, что Настя почувствовала, был холод в правой щеке.

Она лежала лицом к стене, к неровной каменной кладке, и из щели между блоками намело на подушку узкую полосу снега. Снег не таял. Настя пролежала так секунд десять, честно пытаясь сообразить, в каком месте съемной однушки на восьмом этаже можно намести снег на подушку, и в это время в дверь стукнули три раза, коротко и по-служебному.

– Кандидат Раэн, подъем. Распределение через час.

Шаги ушли дальше по коридору, стукнули в соседнюю дверь и повторили то же самое другим именем.

Настя села.

Комната была четыре шага в ширину. Две узкие кровати, две тумбы, таз на табурете, окно в мелком свинцовом переплете, забранное изнутри морозом до полной непрозрачности. На спинке кровати висела серая суконная накидка с вышитым гербом: башня, над башней снежинка о шести лучах.

Настя знала этот герб. Она видела его на обложке.

Руки были не ее. Тонкие запястья, обкусанные заусенцы, поперек левой ладони старый белый шрам.