Собственность дона

В «Багрянце» не было окон. Дамиан Корсо выкупил этот подвал на Спиридоновке двенадцать лет назад именно поэтому: сюда не заглядывало утро.

Ева знала о ресторане всё. Знала, что тёмно-винный бархат на стенах возят из Комо и меняют раз в четыре года. Что лампы в зале дают ровно столько света, чтобы разглядеть лицо собеседника — и не разглядеть его выражение. Что в дальней нише, за портьерой, стоит стол, который никогда не сервируют и никогда не убирают.

Она знала это, потому что одиннадцать месяцев носила сюда бокалы.

— Мартынова! — Инга поймала её у служебного входа. — Ты почему не в форме?

— Я в форме.

Администратор оглядела её сверху вниз: чёрное кружево, открытые плечи, волосы подняты, тушь в два слоя. Из украшений — только тонкая цепочка, спрятанная под ткань.

— Это не форма. Это платье.

— Сегодня закрытый вечер. Сорок гостей, все свои. Ты сама говорила: одеться так, чтобы не выделяться.

— Я говорила «не выделяться», а не «выделяться так, чтобы у людей вилки падали».