
Ольга Вересаева выросла в Калининграде, в двух кварталах от порта, и до сих пор считает, что лучший звук на свете — это когда снасти звенят на ветру. Четыре год…
Нравится книга? Угостите автора — это мотивирует писать дальше.
Квартира на Гагарина, 14 стояла нетопленая с февраля, и в ней держался тот особый холод, который бывает только в жилье без хозяина: не морозный, а сырой, липнущий к рукам.
Валера приехал из Сургута в четверг. Оля — из соседнего Волжского, на «Ладе» мужа, привезла с собой картонные коробки из-под бананов и рулон скотча.
Они не виделись одиннадцать лет. Последний раз — на похоронах матери, когда Валера сказал, что Оля довела её своими вечными жалобами, а Оля сказала, что Валера появляется раз в пятилетку и лучше бы вообще не появлялся. С тех пор — только эсэмэски на Новый год, и то не каждый.
— Здравствуй.
— Здравствуй.
Он был толстый, лысеющий, в дорогой куртке. Ей было сорок восемь, крашеная в тёмный, с усталым лицом.
Отец, Николай Иванович, умер в феврале, восьмидесяти двух лет, во сне. Восемь лет до этого он жил один и никого к себе особо не пускал: у Оли своя семья, у Валеры вахта. Раз в неделю Оля привозила продукты, ставила в холодильник, спрашивала, как давление, слышала «нормально» и уезжала.
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
Бесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатноАккаунт нужен, чтобы сохранить прогресс и вашу библиотеку. Бесплатно, без подтверждений и рассылок.