Глава 18
1997 год 12 июня 16:32
По коридору пронёсся душераздирающий женский крик, ворвавшийся в сознание пациентов,разрушивший их размеренный ритм жизни, установленный персоналом центра.
Приступы тревоги и страха тут же вырвались из воспаленного сознания ослабленных умов, заставив часть пациентов нервно переглядываться друг с другом в поисках ответов, способных унять нарастающую панику.
«Кто?»
«Откуда?»
«Что происходит?»
Нойером, которого крик застал на полпути к палате, сорвался с места и что есть силы побежал к помещению, из которого и доносился вопль. Интуитивно он понимал: женский крик раздался именно из той палаты, где он проводил свои опыты.
Распахнув дверь, доктор оказался внутри. Кроме девушки, там находился его коллега Архипов, стоявший рядом с кроватью и пытавшийся успокоить только что очнувшуюся девушку.
Марина, сжавшись от страха в комок, смотрела на стоявшего перед ней мужчину с нескрываемым диким ужасом в глазах.
Архипов, не раз сталкивавшийся с подобной реакцией, избегал резких движений. Мягким, ровным голосом он пытался вернуть девушку в реальность, взывая к её благоразумию.
Ворвавшись в палату, Нойером сразу же направился к Марине, пребывавшую в шоковом состоянии.
Её холодные, влажные руки тряслись. Расширенные зрачки почти полностью закрывали голубую радужку, а взгляд беспокойно метался по помещению, с ужасом оценивая окружение и незнакомых людей.
Взяв её руки, Нойером стал повторять, словно мантру, одни и те же слова, словно они могли утихомирить её возбужденное сознание:
-Марина. Марина. Смотрите на меня. Марина. Вы в безопасности. Всё хорошо. Только на меня.
Он снова и снова пытался сконцентрировать её внимание на себе.
Но взгляд Марины оставался отрешённым. Глаза метались от предмета к предмету, от Архипова к Нойерому – будто искали что-то знакомое, родное, что могло успокоить её и вернуть к реальности.
-Марина. Вы в безопасности. Смотрите на меня. На меня, - не прекращая попыток, продолжал Нойером.
В этот момент в помещение вбежал дежурный врач с медсестрой, державшей в руках шприц с успокоительным.
Юра, заметив, что медсестра собирается подойти к пациентке, тут же окликнул её - осуждающе и твёрдо.
-Вы всерьёз собираетесь вколоть сильнодействующее успокоительное человеку, которого только что вывели из глубокого сна? – с нескрываемой иронией в голосе обратился Архипов к медсестре, вошедшей вслед за дежурным врачом.
Нойером, держа Марину за руки, продолжал разговаривать с ней спокойно, но твёрдо:
-Сделайте глубокий вдох, – сказал он, устанавливая зрительный контакт с Мариной. — Выдох. Ещё раз - вдох. Выдох.
-Док, я буквально за пару минут до вас зашел в палату, - попытался объяснить сложившуюся ситуацию Архипов. – Она уже сидела в углу кровати. А увидев меня…
-Юрий всё нормально. Я должен был быть здесь, отлучился буквально на минутку, - успокоил коллегу Нойером, не прекращая говорить с девушкой. - Марина, вы сейчас в палате, среди врачей. Вам здесь ничто не грозит. С вами все хорошо. Посмотрите вокруг, – не отпуская рук, удерживая взгляд, говорил Нойером. –Всё реально. Вы в безопасности.
-Врачи? – робко, словно удостоверяясь, уточнила Марина.
-Да. Вы находились в глубокой фазе сна продолжительное время. Пробуждение стало для вас шоком. Возможно, вам приснился сон, который казался вам реальным. Но реальность - здесь. Вы меня понимаете?
Девушка ничего не ответила — лишь кивнула, давая понять, что, по крайней мере, слышит и понимает его слова.
-Я попросил бы всех выйти. Юра, это касается и вас. Сейчас большое скопление людей только отвлекает её.
Дежурный по отделению уже собрался возразить, но осуждающий взгляд Архипова, стоявшего за спиной Нойерома, заставил врача помолчать.
Подчинившись, доктор вместе с медсестрой покинул палату. За ними, не спеша, вышел и Юрий.
-Если понадоблюсь — я в коридоре, — тихо сказал Архипов Нойерому, осторожно прикрывая за собою дверь.
Когда в помещении остались только они вдвоём, Нойером снова обратился к Марине — перепуганной, растерянной, не понимающей, где кончается сон и начинается реальность.
-Марина вам страшно. Я понимаю. Но здесь вам нечего бояться. Вы дома.
-Нет…Нет… Это сон, - прошептала она.
Нойером отпустил её руки, взял подушку у изголовья кровати и передал девушке.
Марина нерешительно взяла её, вопросительно глядя на мужчину.
-Прижмите её к себе. Вот так. Чувствуете? — Он снял с металлической перекладины белое вафельное полотенце и протянул ей. — Ощущаете?
-Да… – дрожащим голосом ответила она.
-Это все реально. И я. Вот моя рука. Прикоснитесь. Не бойтесь.
Марина осторожно коснулась тёплой ладони сидевшего напротив неё мужчины.
-Я не понимаю, – растерянно начала она. – Там… тоже все было реально. Я ощущала.
-Так устроено наше сознание. Пока мы спим, нам кажется, что всё вокруг – настоящее. Некоторые люди чувствуют запахи, прикосновение, даже боль. И я могу вас заверить: буквально на днях мне снилось, будто за мной гонится странный тип. Пока я спал, мне все казалось действительно реальным, хотя осознание бреда проскальзывало. Но у вас другой случай. Вы спите постоянно, поэтому ваше сознание перестроилось таким образом, при котором вам кажется, что во сне вы проживаете некий кусок жизни. Так мозг, пытается адоптироваться к условиям с целью обработки информации, которая каким-то образом попадает в его структуру, подбирая для себя знакомые образы и выстраивая под них мир. Что вы помните последним?
-Последнее… -задумалась Марина, вспоминая события, которые предшествовали её пробуждению. Её голос продолжал дрожать от неуверенности, в глазах отражалась тревога. – Последнее, что я помню, это существо. Оно склонилось надо мной.
-Как оно выглядело? – продолжал расспрос Нойером, пытаясь наладить диалог.
-Я не разглядела. Лицо скрывал капюшон. По виду - человек. Но на деле… чудовище.
-С чего же вы решили, что это чудовище?
-Я почувствовала это, – произнесла девушка, сжав сильнее подушку. – Там… условия ничего другого не предполагают.
-Какие условия? – полюбопытствовал Нойером.
-Вся планета кишит монстрами. Мы прилетели на Землю… за водой.
-А на Землю вы прилетели откуда?
-С Марса. У нас проблемы с водой. Пьём строго в определённые часы. Запасы на исходе. Жидкость на самой планете — непригодна. Марсианская вода вредна для организма.
-А разве нет технологий, способных её очистить? Если вы умеете летать между планетами, то построить очистные сооружения - не должно быть проблемой.
-Все не так просто, — тихо ответила Марина. – Ресурсов мало. Нет возможности. Мы выживаем. Наш создатель отслеживает, чтобы наша популяция окончательно не сгинула.
-Создатель? – удивился Нойером.
-Искусственный интеллект, - пояснила девушка. - Он спас часть людей, после великого бедствия случившегося на Земле в 2060 году.
-Какого бедствия, – уточнил Нойером не отводя от неё глаз.
-Я… не помню… - озадачено ответила Марина, пытаясь ухватить ускользающие образы, казавшееся совсем недавно вполне естественными.
-Смотрите, – начал Нойером, меняя тактику. – У меня есть догадка насчёт воды. Вы находились в состоянии длительного сна. Ваш организм получал питательные вещества строго дозированно, через назогастральный зонд. Сегодня как раз должна была произойти его замена, поэтому я и вышел из палаты. Вероятно, воздействие моего прибора на ваш мозг и манипуляции медсестры спровоцировало пробуждение.
-Я ощущала… будто мне сжали горло. Будто кто-то душит меня, — добавила Марина, вспоминая обрывки.
-Вот видите. Так наше сознание адоптируется,- ответил Нойером. - Если мозг не может объяснить источник ощущения он придумывает свою версию. Сон, страх, чудовище…Сознание - странная штука.
Нойером встал, взял с тумбочки пустой гранёный стакан и подойдя к умывальнику у двери наполнил его до краев.
Вернувшись обратно он протянул наполненный водой стакан девушке, которая все это время внимательно следила за действиями доктора.
Она осторожно взяла стакан, внимательно разглядывая жидкость - будто проверяя, не исчезнет ли он в следующий миг.
-Не бойтесь. Пейте. Это обычная питьевая вода, – мягко сказал Нойер, заметив её колебания.
-И её в том кране много? –спросила Марина кивая в сторону торчащего из стены крана.
-Очень много, – улыбнувшись ответил мужчина.
Нойером наблюдал как Марина, за считанные секунды опустошила наполненный до краев стакан, не пролив при этом ни капли. Было очевидно, что девушку мучала жажда. Но на предложение налить ещё она вежливо отказалась, вернув стакан доктору.
-У вас есть какие-нибудь воспоминания об этом месте? – задал уточняющий вопрос Нойером, пытаясь понять что помнит девушка.
-Знаете… это прозвучит странно, - начала она. - Но чем дольше я смотрю на вещи вокруг… тем больше всё становится…
-Знакомым?
-…естественным… –уточнила Марина. - А как долго я…?
-Спали? – закончил за девушкой мысль Нойером, внимательно наблюдая за её реакцией.
-Да.
-Честно говоря, я начал работать с вами только сегодня, — ответил он, стараясь быть максимально открытым. — По словам вашего лечащего врача — вы периодически просыпались. Могли какое-то время бодрствовать, а потом снова погружались в сон. Со стороны вы напоминали лунатика — бесцельно перемещались, не реагировали на окружение, речь была бессвязной, эмоций — почти не было. Вероятно, не все участки мозга выходили из фазы сна одновременно.
-Вы сказали - «работаете со мной с сегодняшнего дня». Как это? — уточнила Марина.
-Я приехал недавно в Минск, вот с этим прибором, – Нойером указал на оборудование которое стояло рядом с кроватью. – Благодаря этому устройству я сумел стабилизировать электрическую активность вашего мозга. Представьте: автомобиль не заводится — аккумулятор сел. Сама машина исправна, но не хватает мощности. Так и с вашим мозгом: он рабочий. Просто не мог самостоятельно выйти из сна.
-Похож чем-то на прототип Гига-К5, – ответила девушка, рассматривая прибор.
-В каком смысле? — Нойер слегка удивился.
-У нас… — она замялась, потом поправилась: - Во сне… был похожий аппарат. Подключался к мозгу для реабилитации.
-Любопытно. Вы так быстро и точно отреагировали. Даже название дали. Обычно сны не порождают конкретных терминов, только образы и эмоции. А какова цель реабилитации?
-Восстановление поврежденных участков. На Марсе сильная радиация. Средний возраст в поселение около сорока лет. Люди умирают от болезней. Создатель, пытается выправить ситуацию, постоянно ищет способы улучшить защиту станции, чтобы снизить радиационный фон, однако дается это очень тяжело. Одним из решений, стал водный купол, но для его поддержания, воду в нем надо периодически обновлять, а для этого её надо добывать.
-Столько проблем с водой, при том что на Земле, как я понял, с ваших слов её много. Почему же не перебраться на Землю, если технически такая возможность существовала? – спросил Нойером, пытаясь поддержать разговор. – Не думаю, что хищники могли стать огромной преградой к такому шагу.
-На Землю нельзя. Там опасно. Я не помню детали, но на планете живут чудовища, которые охотятся на нас, они не глупы и управляются единым разумом. Они опасны, и их много. А нас осталось мало.
-Чудовища похожие на того, что склонился над вами?
-Нет. Они внешне чудовища. Хищники как вы и сказали. Мы называем их накариты. Насекомоподобные твари.
-Интересное название. А почему именно «накариты»?
-Они издают специфический пульсирующий звук брюшком. Похожий на стрекотание щёткой по барабану. Так они общаются между собой. Изучая историю древних людей, кто-то наткнулся на название музыкального инструмента - накара. Слово за слово, мы их стали называть накариты.
В какой-то момент Марина отпустила подушку и прикрыла лицо ладонями — будто пыталась спрятаться от нахлынувших воспоминаний.
Желание просто закрыть глаза и забыться, хотя бы на мгновение усиливалось в ней каждую секунду.
-Марина, — тихо сказал Нойером, заметив её усталость. — Давайте договоримся. Вам нужно отдохнуть.
-А вдруг я опять усну? – с тревогой в голосе спросила она.
-Об этом не беспокойтесь,— ответил он, пытаясь успокоить взволнованную девушку. - Хотя вы и сбросили с себя сетку которая была на вашей голове, прибор успел записать данные электрической активности вашего мозга при пробуждении. - Он указал на экран, где мелькали графики и цифры. - Сегодня я всё систематизирую и уже в последующие разы буду идти по выверенной мною в ходе текущей работы дороге. Так что, если захотите спать - не бойтесь. Я бы даже рекомендовал отдохнуть. Вы явно устали… несмотря на то, что «спали», как бы странно это не звучало.
-Это точно, – согласилась она.
-Отлично. Я попрошу принести вам еду в палату. И если хотите, могу попросить медсестру проводить вас на улицу когда будете готовы: подышать свежим воздухом, немного пройтись. У нас впереди большая работа. Тем более я обещал вашей матери — лично привезу вас к ней, когда убежусь, что вам стало намного лучше.
- К маме? — переспросила Марина, удивлённо приподняв брови.
-Да. Вы не помните свою мать? Анастасию Александровну.
-Что-то припоминаю... Но смутно, - призналась она, задумавшись.
-Это нормально. Не расстраивайтесь. Вы впервые за долгое время проснулись… по-настоящему.
- Проснулась… — повторила Марина вслух, будто впервые осознавая значение этого слова.
Сняв показания прибора и сделав пометки в журнале, Нойером попрощался с девушкой, пообещав, что обязательно заглянет к ней вечером, после того как завершит разбор данных.
Дверь закрылась. На несколько минут в палате воцарилась тишина. Марина осталась наедине со своими мыслями — мыслями, которые ещё недавно готовы были разорвать её сознание на куски.
Страх и сомнение снова накатывали волной. «А вдруг всё это обман?» — шептал внутренний голос.
Она ясно помнила последние минуты перед потерей сознания. Помнила, как исчезла её подруга. Как она бросилась её искать…
«Сон? Неужели это был просто сон?» - думала она.
Взяв оставленный доктором стакан, Марина медленно прокручивала его в руках, всматриваясь сквозь гранёное стекло в искажённое отражение комнаты.
В сознании зиял разлом. С одной стороны — всё казалось знакомым. С другой — чужим, инородным. Чувство, будто кто-то специально сменил декорации, чтобы обмануть её разум.
«А что, если это — сон?»
По коридору пронёсся душераздирающий женский крик, ворвавшийся в сознание пациентов,разрушивший их размеренный ритм жизни, установленный персоналом центра.
Приступы тревоги и страха тут же вырвались из воспаленного сознания ослабленных умов, заставив часть пациентов нервно переглядываться друг с другом в поисках ответов, способных унять нарастающую панику.
«Кто?»
«Откуда?»
«Что происходит?»
Нойером, которого крик застал на полпути к палате, сорвался с места и что есть силы побежал к помещению, из которого и доносился вопль. Интуитивно он понимал: женский крик раздался именно из той палаты, где он проводил свои опыты.
Распахнув дверь, доктор оказался внутри. Кроме девушки, там находился его коллега Архипов, стоявший рядом с кроватью и пытавшийся успокоить только что очнувшуюся девушку.
Марина, сжавшись от страха в комок, смотрела на стоявшего перед ней мужчину с нескрываемым диким ужасом в глазах.
Архипов, не раз сталкивавшийся с подобной реакцией, избегал резких движений. Мягким, ровным голосом он пытался вернуть девушку в реальность, взывая к её благоразумию.
Ворвавшись в палату, Нойером сразу же направился к Марине, пребывавшую в шоковом состоянии.
Её холодные, влажные руки тряслись. Расширенные зрачки почти полностью закрывали голубую радужку, а взгляд беспокойно метался по помещению, с ужасом оценивая окружение и незнакомых людей.
Взяв её руки, Нойером стал повторять, словно мантру, одни и те же слова, словно они могли утихомирить её возбужденное сознание:
-Марина. Марина. Смотрите на меня. Марина. Вы в безопасности. Всё хорошо. Только на меня.
Он снова и снова пытался сконцентрировать её внимание на себе.
Но взгляд Марины оставался отрешённым. Глаза метались от предмета к предмету, от Архипова к Нойерому – будто искали что-то знакомое, родное, что могло успокоить её и вернуть к реальности.
-Марина. Вы в безопасности. Смотрите на меня. На меня, - не прекращая попыток, продолжал Нойером.
В этот момент в помещение вбежал дежурный врач с медсестрой, державшей в руках шприц с успокоительным.
Юра, заметив, что медсестра собирается подойти к пациентке, тут же окликнул её - осуждающе и твёрдо.
-Вы всерьёз собираетесь вколоть сильнодействующее успокоительное человеку, которого только что вывели из глубокого сна? – с нескрываемой иронией в голосе обратился Архипов к медсестре, вошедшей вслед за дежурным врачом.
Нойером, держа Марину за руки, продолжал разговаривать с ней спокойно, но твёрдо:
-Сделайте глубокий вдох, – сказал он, устанавливая зрительный контакт с Мариной. — Выдох. Ещё раз - вдох. Выдох.
-Док, я буквально за пару минут до вас зашел в палату, - попытался объяснить сложившуюся ситуацию Архипов. – Она уже сидела в углу кровати. А увидев меня…
-Юрий всё нормально. Я должен был быть здесь, отлучился буквально на минутку, - успокоил коллегу Нойером, не прекращая говорить с девушкой. - Марина, вы сейчас в палате, среди врачей. Вам здесь ничто не грозит. С вами все хорошо. Посмотрите вокруг, – не отпуская рук, удерживая взгляд, говорил Нойером. –Всё реально. Вы в безопасности.
-Врачи? – робко, словно удостоверяясь, уточнила Марина.
-Да. Вы находились в глубокой фазе сна продолжительное время. Пробуждение стало для вас шоком. Возможно, вам приснился сон, который казался вам реальным. Но реальность - здесь. Вы меня понимаете?
Девушка ничего не ответила — лишь кивнула, давая понять, что, по крайней мере, слышит и понимает его слова.
-Я попросил бы всех выйти. Юра, это касается и вас. Сейчас большое скопление людей только отвлекает её.
Дежурный по отделению уже собрался возразить, но осуждающий взгляд Архипова, стоявшего за спиной Нойерома, заставил врача помолчать.
Подчинившись, доктор вместе с медсестрой покинул палату. За ними, не спеша, вышел и Юрий.
-Если понадоблюсь — я в коридоре, — тихо сказал Архипов Нойерому, осторожно прикрывая за собою дверь.
Когда в помещении остались только они вдвоём, Нойером снова обратился к Марине — перепуганной, растерянной, не понимающей, где кончается сон и начинается реальность.
-Марина вам страшно. Я понимаю. Но здесь вам нечего бояться. Вы дома.
-Нет…Нет… Это сон, - прошептала она.
Нойером отпустил её руки, взял подушку у изголовья кровати и передал девушке.
Марина нерешительно взяла её, вопросительно глядя на мужчину.
-Прижмите её к себе. Вот так. Чувствуете? — Он снял с металлической перекладины белое вафельное полотенце и протянул ей. — Ощущаете?
-Да… – дрожащим голосом ответила она.
-Это все реально. И я. Вот моя рука. Прикоснитесь. Не бойтесь.
Марина осторожно коснулась тёплой ладони сидевшего напротив неё мужчины.
-Я не понимаю, – растерянно начала она. – Там… тоже все было реально. Я ощущала.
-Так устроено наше сознание. Пока мы спим, нам кажется, что всё вокруг – настоящее. Некоторые люди чувствуют запахи, прикосновение, даже боль. И я могу вас заверить: буквально на днях мне снилось, будто за мной гонится странный тип. Пока я спал, мне все казалось действительно реальным, хотя осознание бреда проскальзывало. Но у вас другой случай. Вы спите постоянно, поэтому ваше сознание перестроилось таким образом, при котором вам кажется, что во сне вы проживаете некий кусок жизни. Так мозг, пытается адоптироваться к условиям с целью обработки информации, которая каким-то образом попадает в его структуру, подбирая для себя знакомые образы и выстраивая под них мир. Что вы помните последним?
-Последнее… -задумалась Марина, вспоминая события, которые предшествовали её пробуждению. Её голос продолжал дрожать от неуверенности, в глазах отражалась тревога. – Последнее, что я помню, это существо. Оно склонилось надо мной.
-Как оно выглядело? – продолжал расспрос Нойером, пытаясь наладить диалог.
-Я не разглядела. Лицо скрывал капюшон. По виду - человек. Но на деле… чудовище.
-С чего же вы решили, что это чудовище?
-Я почувствовала это, – произнесла девушка, сжав сильнее подушку. – Там… условия ничего другого не предполагают.
-Какие условия? – полюбопытствовал Нойером.
-Вся планета кишит монстрами. Мы прилетели на Землю… за водой.
-А на Землю вы прилетели откуда?
-С Марса. У нас проблемы с водой. Пьём строго в определённые часы. Запасы на исходе. Жидкость на самой планете — непригодна. Марсианская вода вредна для организма.
-А разве нет технологий, способных её очистить? Если вы умеете летать между планетами, то построить очистные сооружения - не должно быть проблемой.
-Все не так просто, — тихо ответила Марина. – Ресурсов мало. Нет возможности. Мы выживаем. Наш создатель отслеживает, чтобы наша популяция окончательно не сгинула.
-Создатель? – удивился Нойером.
-Искусственный интеллект, - пояснила девушка. - Он спас часть людей, после великого бедствия случившегося на Земле в 2060 году.
-Какого бедствия, – уточнил Нойером не отводя от неё глаз.
-Я… не помню… - озадачено ответила Марина, пытаясь ухватить ускользающие образы, казавшееся совсем недавно вполне естественными.
-Смотрите, – начал Нойером, меняя тактику. – У меня есть догадка насчёт воды. Вы находились в состоянии длительного сна. Ваш организм получал питательные вещества строго дозированно, через назогастральный зонд. Сегодня как раз должна была произойти его замена, поэтому я и вышел из палаты. Вероятно, воздействие моего прибора на ваш мозг и манипуляции медсестры спровоцировало пробуждение.
-Я ощущала… будто мне сжали горло. Будто кто-то душит меня, — добавила Марина, вспоминая обрывки.
-Вот видите. Так наше сознание адоптируется,- ответил Нойером. - Если мозг не может объяснить источник ощущения он придумывает свою версию. Сон, страх, чудовище…Сознание - странная штука.
Нойером встал, взял с тумбочки пустой гранёный стакан и подойдя к умывальнику у двери наполнил его до краев.
Вернувшись обратно он протянул наполненный водой стакан девушке, которая все это время внимательно следила за действиями доктора.
Она осторожно взяла стакан, внимательно разглядывая жидкость - будто проверяя, не исчезнет ли он в следующий миг.
-Не бойтесь. Пейте. Это обычная питьевая вода, – мягко сказал Нойер, заметив её колебания.
-И её в том кране много? –спросила Марина кивая в сторону торчащего из стены крана.
-Очень много, – улыбнувшись ответил мужчина.
Нойером наблюдал как Марина, за считанные секунды опустошила наполненный до краев стакан, не пролив при этом ни капли. Было очевидно, что девушку мучала жажда. Но на предложение налить ещё она вежливо отказалась, вернув стакан доктору.
-У вас есть какие-нибудь воспоминания об этом месте? – задал уточняющий вопрос Нойером, пытаясь понять что помнит девушка.
-Знаете… это прозвучит странно, - начала она. - Но чем дольше я смотрю на вещи вокруг… тем больше всё становится…
-Знакомым?
-…естественным… –уточнила Марина. - А как долго я…?
-Спали? – закончил за девушкой мысль Нойером, внимательно наблюдая за её реакцией.
-Да.
-Честно говоря, я начал работать с вами только сегодня, — ответил он, стараясь быть максимально открытым. — По словам вашего лечащего врача — вы периодически просыпались. Могли какое-то время бодрствовать, а потом снова погружались в сон. Со стороны вы напоминали лунатика — бесцельно перемещались, не реагировали на окружение, речь была бессвязной, эмоций — почти не было. Вероятно, не все участки мозга выходили из фазы сна одновременно.
-Вы сказали - «работаете со мной с сегодняшнего дня». Как это? — уточнила Марина.
-Я приехал недавно в Минск, вот с этим прибором, – Нойером указал на оборудование которое стояло рядом с кроватью. – Благодаря этому устройству я сумел стабилизировать электрическую активность вашего мозга. Представьте: автомобиль не заводится — аккумулятор сел. Сама машина исправна, но не хватает мощности. Так и с вашим мозгом: он рабочий. Просто не мог самостоятельно выйти из сна.
-Похож чем-то на прототип Гига-К5, – ответила девушка, рассматривая прибор.
-В каком смысле? — Нойер слегка удивился.
-У нас… — она замялась, потом поправилась: - Во сне… был похожий аппарат. Подключался к мозгу для реабилитации.
-Любопытно. Вы так быстро и точно отреагировали. Даже название дали. Обычно сны не порождают конкретных терминов, только образы и эмоции. А какова цель реабилитации?
-Восстановление поврежденных участков. На Марсе сильная радиация. Средний возраст в поселение около сорока лет. Люди умирают от болезней. Создатель, пытается выправить ситуацию, постоянно ищет способы улучшить защиту станции, чтобы снизить радиационный фон, однако дается это очень тяжело. Одним из решений, стал водный купол, но для его поддержания, воду в нем надо периодически обновлять, а для этого её надо добывать.
-Столько проблем с водой, при том что на Земле, как я понял, с ваших слов её много. Почему же не перебраться на Землю, если технически такая возможность существовала? – спросил Нойером, пытаясь поддержать разговор. – Не думаю, что хищники могли стать огромной преградой к такому шагу.
-На Землю нельзя. Там опасно. Я не помню детали, но на планете живут чудовища, которые охотятся на нас, они не глупы и управляются единым разумом. Они опасны, и их много. А нас осталось мало.
-Чудовища похожие на того, что склонился над вами?
-Нет. Они внешне чудовища. Хищники как вы и сказали. Мы называем их накариты. Насекомоподобные твари.
-Интересное название. А почему именно «накариты»?
-Они издают специфический пульсирующий звук брюшком. Похожий на стрекотание щёткой по барабану. Так они общаются между собой. Изучая историю древних людей, кто-то наткнулся на название музыкального инструмента - накара. Слово за слово, мы их стали называть накариты.
В какой-то момент Марина отпустила подушку и прикрыла лицо ладонями — будто пыталась спрятаться от нахлынувших воспоминаний.
Желание просто закрыть глаза и забыться, хотя бы на мгновение усиливалось в ней каждую секунду.
-Марина, — тихо сказал Нойером, заметив её усталость. — Давайте договоримся. Вам нужно отдохнуть.
-А вдруг я опять усну? – с тревогой в голосе спросила она.
-Об этом не беспокойтесь,— ответил он, пытаясь успокоить взволнованную девушку. - Хотя вы и сбросили с себя сетку которая была на вашей голове, прибор успел записать данные электрической активности вашего мозга при пробуждении. - Он указал на экран, где мелькали графики и цифры. - Сегодня я всё систематизирую и уже в последующие разы буду идти по выверенной мною в ходе текущей работы дороге. Так что, если захотите спать - не бойтесь. Я бы даже рекомендовал отдохнуть. Вы явно устали… несмотря на то, что «спали», как бы странно это не звучало.
-Это точно, – согласилась она.
-Отлично. Я попрошу принести вам еду в палату. И если хотите, могу попросить медсестру проводить вас на улицу когда будете готовы: подышать свежим воздухом, немного пройтись. У нас впереди большая работа. Тем более я обещал вашей матери — лично привезу вас к ней, когда убежусь, что вам стало намного лучше.
- К маме? — переспросила Марина, удивлённо приподняв брови.
-Да. Вы не помните свою мать? Анастасию Александровну.
-Что-то припоминаю... Но смутно, - призналась она, задумавшись.
-Это нормально. Не расстраивайтесь. Вы впервые за долгое время проснулись… по-настоящему.
- Проснулась… — повторила Марина вслух, будто впервые осознавая значение этого слова.
Сняв показания прибора и сделав пометки в журнале, Нойером попрощался с девушкой, пообещав, что обязательно заглянет к ней вечером, после того как завершит разбор данных.
Дверь закрылась. На несколько минут в палате воцарилась тишина. Марина осталась наедине со своими мыслями — мыслями, которые ещё недавно готовы были разорвать её сознание на куски.
Страх и сомнение снова накатывали волной. «А вдруг всё это обман?» — шептал внутренний голос.
Она ясно помнила последние минуты перед потерей сознания. Помнила, как исчезла её подруга. Как она бросилась её искать…
«Сон? Неужели это был просто сон?» - думала она.
Взяв оставленный доктором стакан, Марина медленно прокручивала его в руках, всматриваясь сквозь гранёное стекло в искажённое отражение комнаты.
В сознании зиял разлом. С одной стороны — всё казалось знакомым. С другой — чужим, инородным. Чувство, будто кто-то специально сменил декорации, чтобы обмануть её разум.
«А что, если это — сон?»