Позывной для чужого неба

Гроза шла с северо-запада, и Вера увидела ее раньше метеослужбы: по тому, как гасли огни поселка за окном диспетчерской, квартал за кварталом, будто кто-то методично тушил свечи.

– Ангара сто восемнадцать, наблюдаю у вас засветку по курсу, доворот вправо на пятнадцать одобряю, – сказала она в микрофон, и голос вышел ровным, хотя рука с чашкой остывшего чая замерла на полпути ко рту.

– Ангара сто восемнадцать, доворот пятнадцать, – ответил борт голосом молодого второго пилота, слишком быстрым для спокойной ночи.

Виктор, старший смены, подошел сзади и встал у нее над плечом, глядя на экран радара, где желтое пятно грозового фронта наползало на зеленую полоску маршрута, как чернила на промокашку.

– Толику скажи, чтобы принял выше, – сказал он тихо, чтобы не лезть в эфир через ее голову.

– Уже. – Вера не отрывала взгляда от отметки борта. – Он молодой, Вить, у него в кабине сейчас гроза и в глазах, и в реальности. Ему нужен не совет, ему нужен ровный голос.