Охотник на монстров узнаёт, что монстры — бывшие люди

Заказ висел на доске третий день, и его никто не снимал.

Артем понял это по гвоздю. У свежих бумаг медные шляпки были еще розовые, а эта позеленела с краю, как ложка, которую забыли вытереть. Он сдвинул шапку на затылок и прочел объявление дважды, потому что здешние буквы давались ему тяжело даже теперь, на исходе первой зимы.

«Стылое, двор Прони Кривого у мельницы. Задраны две овцы в ночь на среду и одна в ночь на субботу. Серый, по следу второй разряд. Двенадцать серебряков за гребень».

Двенадцать. Койка в гильдейском доме стоила три серебряка в месяц, харч пять, а за лук, топор и кожаный нагрудник Артем был должен гильдии сорок и выплатил из них восемь. Он посчитал еще раз, хотя считать было нечего, и взялся за шляпку двумя пальцами.

Гвоздь сидел плотно. Артем расшатал его, ободрал кожу под ногтем и понес бумагу к столу старшины вместе с гвоздем, как полагалось: снял заказ, отдай железо.

Прокоп Заруба, старшина гильдии в Стылом, сидел у окна над приходной книгой и водил по строке обломанным ногтем. Он был широк в плечах и сед, и правое ухо у него срослось в комок после чьих-то зубов.