Глава 4 Следующий шаг
Каким бы ни был наш следующий шаг, он нужен для того, чтобы достичь того места, куда мы выбрали идти.
Ричард Бах
Дом кадетов
Злата
Я сидела на узкой кровати возле окна и растерянно осматривала скромную обстановку моего нового убежища.
В маленькой комнате разместились две кровати вдоль стен, небольшой стол между ними и шкаф возле выхода. Комендант дома подселил меня к кадету третьей ступени, уважаемой Дарине ко Ран.
— Ты, деточка, не переживай, — ворковала кастелянша, помогая мне затаскивать в казённые покои выданные постельные и личные принадлежности: подушку, одеяло, комплект форменной одежды курсанта. — Соседка твоя ещё не пришла, но она девочка добрая. Дарина очень хорошо держит себя в руках, она и мухи не обидит. Не бойся, что её магия бесится…
Согласитесь, что после такого напутствия любой бы ожидал незнакомого человека с опаской. Впрочем, мне и помимо соседки было о чём беспокоиться. В голове мельтешили разные мысли…
Конечно, когда уважаемый Фил отказал мне в допуске к архиву, я расстроилась.
Разочарование копилось в моей душе всё то время, которое я ждала отлучившегося детектива. Аргументы о пользе моей помощи накапливались, выстраивались в цепочку. Мне даже удалось подготовить речь, и, чтобы не сбиться, я её кратко записала, но…
Ничего вякнуть прилетевшему парню у меня не получилось, потому что его сообщение о согласии привлечь меня к работе выбило из колеи.
Да что там заготовленная речь? Я от радости не смогла найти подходящих слов благодарности. Скорее всего, уважаемый Фил решит, что у него в посетителях была самая косноязычная неумеха. И это ещё не всё!
Меня огорошила информация о том, что платой за поиск информации будет фактически заключение. А как же тест‑испытание? Если его пропустить, то целый год будет потерян…
Да, я ещё не определилась с направлением саморазвития, но это не значит, что хочется терять время! Все эти мысли полились из меня быстрее, чем я смогла осознать, какую чушь я несу.
Видимо, маг только из снисхождения не стал крутить пальцем у виска, а ответил:
— Лучше побыть недолго в безопасном месте или рисковать собственной судьбой на свободе?
— Ну, наверное…, — промямлила я и услышала безапелляционное:
— Согласна?
Естественно, я была согласна, и теперь сижу в доме кадетского корпуса, пытаясь понять, как меня угораздило…
От воспоминаний меня отвлёк звук распахнувшейся двери, а потом создалось впечатление, что в комнату ворвался золотоволосый торнадо. Сумка с лекциями и учебниками полетела на свободную кровать. Я в ступоре смотрела на влетевшую, в переносном смысле этого слова, голубоглазую магичку, которая уже уселась на стол и, распахнув очи, с удивлением уставилась на меня:
— Так это ты? — её губы растягивались в улыбке, а глаза цвета неба подозрительно заблестели. — Ты Злата?
— Да, — ещё не веря своим глазам, подтвердила я и уточнила: — А ты Дарина?
Девушка закивала, но допрос не остановила:
— Ты новенькая? Пришла на подготовительные курсы? Будешь поступать к нам? На ужине была?
Вопросы от златовласки, с которой мы расстались перед входом СОПП несколько часов назад, летели так быстро, что вставить ответ между ними не было возможности. Я не вынесла этого доброжелательного допроса и рассмеялась. Смех прогнал и изумление, и оторопь, и неуверенность…
— «Нет» на все вопросы, — простонала я. — Но есть очень хочется!
— Тогда пойдём, а по дороге расскажешь, как ты к нам попала, — схватила она меня за руку и потащила…
Повторять рассказ всегда легче, чем составлять его изначально. Моя история закончилась до того, как мы вошли в столовую. Причём, изливая душу новой знакомой, я поражалась самой себе: с чего это вдруг мне захотелось быть откровенной с абсолютно незнакомым человеком? Но, видимо, не только у меня сегодня был день открытий…
Во время трапезы, да и после неё, разговорчивая златовласка рассказывала о себе, о своём роде, об обучении в кадетском корпусе, о том, как их готовили к инициации, как она приняла силу, как проходит адаптация после принятия магии. Сетовала на постоянную смену настроения. Поделилась надеждами попасть в службу охраны города.
Слушать её повествования было очень интересно. У новой знакомой явно был дар сказителя. Но, что самое главное, её болтовня мне не мешала и не раздражала от слова «совсем»…
Уже перед сном мы вновь вернулись к разговору о том, что произошло в моём семействе и какие перспективы есть у меня как у наследницы рода.
— Понимаешь, — рассуждала Дарина, — можно сейчас обвинить твою мачеху в клевете и давлении, но доказательств нет. Твоё слово, что всё подстроено, — против её слова, что ты ветреная девица. Даже то, что тебя решили спрятать на территории Корпуса, даёт преимущество твоему оппоненту. Завтра она явится в СОПП и подаст в розыск пропавшую несовершеннолетнюю Злату ко Мару. История твоей матушки не просто повторится, а превратится в скандальный фарс. Твою маму похищали, а ты сама сбежала!
— И что ты предлагаешь? — видимо, мой напряжённый шёпот Дарина скорее угадала, чем услышала.
Она приподнялась на локте и предложила:
— Подумай о том, чтобы подать документы на подготовительные курсы Корпуса. В этом случае ты не сбежала, а поступила в закрытое учреждение на дальнейшее развитие. Тест‑испытание будет зачтён как вступительные экзамены кадета, значит, год ты не теряешь. Интуиция у тебя работает как у детектива, так что тебе мешает им стать? Обдумай спокойно, и хорошего сна, подруга!
Хозяйка комнаты уснула быстро и тихо, а я ещё долго смотрела в окно на звёздное небо и думала о предложении неожиданной подруги. Услышав это определение в своих мыслях, честно, удивилась, но решила: будь что будет! Мне очень хочется сохранить хрупкое доверие к этой энергичной девушке. Так почему не дать себе шанс поверить в дружбу? С этими мыслями я уплыла в царство Морфея.
Утро добрым не бывает? Девушки, проснувшиеся в хорошем настроении, с этим могут поспорить…
Первая моя фраза после пробуждения: «Ты права, подруга, пошли подавать заявление» — заставила Дарину спрыгнуть с кровати, даже не раскрыв глаз. Тренированное тело автоматически высвободилось из пут одеяла.
Наблюдая за акробатическими этюдами соседки, я спокойно улыбалась, за что схлопотала прилетевшей подушкой.
— Подъём и на зарядку, — гаркнула опытный кадет и ринулась в умывальню. Её ценное замечание донеслось уже из‑за двери: — Мастер не терпит опозданий!
Мой эмоциональный выкрик может представить любой здравомыслящий человек, но передать этот возглас буквами проблематично…
Мы быстро управились со всеми утренними процедурами и дружно рванули на спортивную полосу.
Там уже собралась стайка молодёжи. Первая группа ребят разогревала мышцы: кто приседал, кто наклонялся. Вторая группа занималась комплексом на растяжку. Тренер зорко наблюдал за разминкой подопечных, кому‑то делал замечания, кому‑то поправлял движения.
Я ещё издали заметила высокую атлетическую фигуру этого мужчины. Его широкие плечи и грудь заметно выделялись среди только начинающих формироваться подростков, хотя по росту многие парни уже догнали своего преподавателя. Очень короткий ёжик светлых волос подчёркивал грубоватое скуластое лицо. Светлые глаза с лёгким прищуром сурово осматривали подопечных.
Оглядев пополнение в моём лице, тренер кивком направил нас к первой группе.
— Сразу после завтрака идём подавать твои документы, — на выдохе фыркнула Дарина, выполняя наклоны, — потом встречаешься со своим детективом, нокаутируешь его решением по планам учёбы и уточняешь время работы в архиве.
— Может, сначала уважаемому Филу всё рассказать, — пыхтя не меньше соседки, попыталась притормозить её энергию, — а потом документами заниматься?
— У тебя в роду собаки водились? — хмыкнула златовласка. — Кота за хвост не тяни!
От удивления я даже застыла и, не доведя до конца движение, уставившись на подругу, за что тут же схлопотала от тренера замечание. Виновато покосившись на преподавателя, я завершила наклон и прошептала, стараясь не рассмеяться:
— А ты язва!
— Ещё какая! — подтвердила Дарина, переходя к приседаниям, и улыбнулась. — Ничего, привыкнешь!
Дарина
С подачей документов заминки не возникло. В деканате, узнав, по какому вопросу явились тарины, сразу выдали проверочный артефакт, а проще — «проверялку», и провели тест‑испытание для Златы. После сигнала об успешном окончании теста девушек отправили с богами в секретариат.
В секретариате им не сильно обрадовались, но согласились, что приказ по временному зачислению соискателя ко Мара легче переделать сразу в приказ о зачислении в Корпус на первую ступень — так будет меньше мороки руководству.
Выделили Дарине чистые листы бумаги, пишущую машинку и предложили показать, как она научилась оформлять документы. Кадет немного поторговалась и добилась, чтобы сегодняшний день ей зачли как практику по делопроизводству, но ей подсунули ещё пару документов «для набора».
После этого секретарь проворно оформила проект приказа на Злату, и девушек вытурили из помещения, предварительно так же быстро их поздравив: одну — со званием курсанта, а вторую — с окончанием практики.
Подруги, довольные успешным завершением задуманного, отправились в сквер Академии дожидаться детектива‑куратора.
— Дарина! Почему ты кадет, а я курсант? — в ожидании прихода детектива я решила прояснить для себя непонятный момент, теперь уже как ученик Корпуса.
— Ты ещё не маг, а я уже прошла инициацию. Первые две ступени мы все курсанты, а потом делимся на курсантов и кадетов, — лениво отозвалась подруга.
— А если магия во мне не приживётся?
— Ну и что? От этого ты разве забудешь всё, чему тебя научат?
— Просто мне казалось, что все выпускники Корпуса идут в СОПП.
— Не совсем так. Маги, выпустившиеся из Корпуса, распределяются по всей Террии в подразделения СОПП. Остальные становятся специалистами по законодательству и управлению обществом. Им начинают предлагать рабочие места ещё на четвёртой ступени обучения. Наших выпускников очень ценят. Так что не переживай! Главное — не отлынивать и работать над собой. Но сейчас давай вот над чем подумаем: как нам уговорить твоего куратора включить меня в вашу команду, — перевела тему будущий детектив. — Мне всё равно надо определяться с практикой. А рядом с тобой мне так спокойно, что я забываю о своём эмоциональном дисбалансе.
Общение с молодым магом прошло очень плодотворно. Уважаемый Фил был сильно удивлён встречей с кадетом, которому вчера пришлось отказать. Но, внимательно посмотрев на девушек, что под его взглядом непроизвольно взялись за руки, одобрил совместные усилия юных авантюристок.
Фил насторожённо отнёсся к желанию кадета помочь курсанту во всех начинаниях, но запрос на практику голубоглазой интриганки и новоиспечённого курсанта всё же оформил. Сверился с распорядком обучения девушек и назначил время работы в архиве между обедом и ужином. Причём всё то время, что они общались, молодой детектив как‑то странно посматривал то на Дарину, то на руки подруг, которые они так и не расцепили.
Затем они всей компанией навестили сотрудников секретариата и дождались официального направления двух недоучек в подчинение куратору СОПП, магу Фил мо Сэй ко Сьян. После чего, быстро пообедав, дружно отправились искать информацию, которая могла бы помочь раскрыть тайны прошлого.
И только вечером, в своей комнате, девушки осознали, что весь день они так и проходили, взявшись за руки, совсем как юные ученики самого первого года обучения. А ещё Дарина поняла, что за весь день у неё ни разу не случилось эмоционального срыва или взрыва. Сегодня она жила так, как всю сознательную жизнь до инициации, или как маг, который взял под полный контроль свои эмоции.
Фил
Уже целую неделю я глотаю пыль в архиве. Пыли там, конечно, нет, артефакты чистоты работают исправно. Мне просто нравится это устаревшее выражение из древнего бумажного фолианта.
Работать в инфохране достаточно легко и приятно. Кристаллы‑архиваторы упакованы по годам и классифицированы очень аккуратно: несчастные случаи, убийства, кражи и тому подобное. Всё внесено в каталог архива. Что может быть проще?
Сделал запрос в каталог и взял инфокристалл с определённым номером из соответствующей упаковки. Просмотрел запись — вернул на место. Выносить архиваторы из защищённого помещения запрещено. В основном: просто, быстро, понятно. Что‑то оказалось не совсем ясно — сделал пометку в блокноте, чтобы задать вопрос детективу, который вёл расследование.
Так почему же я который день, как проклятый, штудирую давние дела, одно за другим? Благо, практикантки предварительно просматривают содержание и краткий обзор хран‑информации и присылают мне только те кристаллы, где совпадает несколько интересующих нас критериев.
Изо дня в день изучать кристаллы памяти в закрытом помещении, записывая имена, даты и события вручную, да ещё и на бумаге, — это анахронизм! Такого объёма писанины у меня не было с момента окончания Корпуса — там нас заставляли конспектировать лекции от руки. Как говорили наставники, вдруг пригодится. Пригодилось!
Честно сказать, работая с этими двумя болтушками, я забывал, что являюсь куратором, который должен выглядеть старше и опытнее. Создавалось впечатление, что рядом младшие сёстры, которые и друг друга подкалывают, и меня не забывают слегка поддеть.
А ещё я неоднократно обращал внимание на то, что между ними идёт энергетический обмен. Такое впечатление, что боги связали их магические структуры. Я отлично помню, как Дарина приходила проситься на практику: её эмоциональное состояние казалось настолько нестабильным, что было страшно лишнее слово ей сказать.
Юные маги после инициации очень импульсивны. Их мир начинает формироваться заново, они по‑иному, свежим взглядом оценивают и учатся воспринимать себя и окружающих через призму магии. То есть за полтора‑два года одарённые люди вновь пропускают через себя все чувства и эмоции, к которым до этого адаптировались двадцать один год! Так, к чему это я? А!
Сейчас я смотрю на практикантов и вижу, как нет‑нет, да вырывается из кадета лента силы, но не рассеивается, опустошая почти под ноль резерв и заставляя организм впрыскивать в кровь адреналин для избежания комы, а впитывается в её подругу и буквально через мгновение возвращается к хозяйке, но в виде чуть более слабого потока.
А однажды мне показалось, что на обратном движении эта энергия омыла и мой источник. Однако такого просто не может быть! К тому же артефакт защиты не среагировал на магическое воздействие, так что, скорее всего, мне померещилось. Надо будет с начальством проконсультироваться.
Но мы отвлеклись! Так вот! Почему мы уже неделю копаемся в кристаллах, если работы там максимум на два дня? Да всё просто. Случилось невероятное. Докладываю по порядку. Начиналась работа просто волшебно.
Да, я маг, но в волшебство верю! И не надо так удивляться! Вот вы, зная азы химии, считаете, например, результат смешения кислоты и щёлочи чудом? Вот и я не считаю магическое воздействие чем‑то сверхъестественным. Это проявление обыкновенных законов природы нашего мира, которые… Да что ж такое? Всё! Рассказываю о работе в архиве!
Как и предполагалось, инфокристаллы по происшествиям с родителями тарины Златы были найдены достаточно быстро в разделе «несчастный случай». Первыми мы просмотрели записи по инциденту с тари Залита ко Мара. Ничего странного лично я не заметил — пока курсант не попросила вернуться к показаниям свидетеля.
Лицо этого человека ей показалось знакомым. Язва в лице подруги, конечно же, прошлась по конгениальности трёхмесячного ребёнка, который запомнил окружение своих родителей. Щёки сероглазой упрямицы пылали от стыда, но она храбро отстаивала своё мнение, что где‑то уже встречала этого мужчину.
Повторно просмотрев показания тара Гел мо Навалл ко Зун, никаких зацепок мы не обнаружили. Злата хмурилась, это и понятно. Мать давно погибла, но девушка всё это время берегла в сердце её образ. Включили кристалл‑архиватор по несчастному случаю с таром Эл дар Залита мо Арт ко Мара — и вот здесь нам с недоверчивым голубоглазым кадетом пришлось извиниться перед юным интуитом.
Работодателем погибшего был тар Гел мо Навалл ко Зун. Наследница ко Мара снизошла к нашему раскаянию, соизволив продолжить общение с нами как ни в чём не бывало. Морально нас с Дариной убило заявление этой глазастой бестии, что изображение человека, дающего показания, не вызывает у неё чувства узнавания. Удивление на наших лицах так позабавило мою подопечную, что она забыла о своих переживаниях и от души рассмеялась.
В последнюю очередь мы ознакомились с делом о похищении несовершеннолетней, но оно не дало нам никаких зацепок. Юная тарина ничего не знала и не помнила. Ей просто стало нехорошо на улице. Проснулась она сама в сеннике городской конюшни. Ограбления и изнасилования не было. Все личные вещи и одежда остались при ней и, казалось, были в полном порядке.
Требование по выкупу с инструкцией о передаче наличности поступило анонимно. Деньги были помещены в непромокаемый мешок и брошены в реку до момента подключения детективов; отследить путь этих денег не представлялось возможным.
На мягкий укор служащего СОПП, ведущего расследование, отец пострадавшей сообщил, что на нервной почве его настиг мозговой удар, он был в состоянии аффекта и боялся, что не успеет спасти свою кровиночку. Кровоизлияние в мозг у главы рода и наличие сонного зелья в крови его дочери подтвердили целители. Маги данные факты зафиксировали и закрыли расследование. Свидетельские показания учителей и сотрудников цеха знаний ничего нового не добавили…
Всё. Тупик.
И вот теперь мы просматриваем все кристаллы без исключения. Начали с поиска дел, где свидетелем проходил этот странный незнакомец. Затем проверяли, не пересекаются ли где‑либо свидетели по другим процессам. Аналитическая таблица растёт на глазах. Практикантки как‑то с подозрением косятся на подшивку листков для записей — кажется, переживают, что им всё это придётся переносить на артефакты. Наивные!