Глава 16 Что день грядущий нам готовит?

Ты ждешь, что что-то произойдет особенное? Не нужно, чтобы что-то происходило.

Артур Сита

Нур

Кабинет старшего следователя за эти несколько дней превратился в проходной двор.

Док решил, что он — его персональный подопытный кролик, и три раза в день проверяет состояние здоровья и магического каркаса. Помимо этого, целитель отчитывался по состоянию здоровья всей группы, а также по результатам исследований, которые провёл по изменениям в состоянии Веды. Щит‑кокон продолжает держаться, но в нём уже видны потоки старших хайдутов — спонтанный ритуал в иномирном госпитале хорошо защитил младшую посестриму.

К сожалению, ответить на вопрос, насколько опасна гипермнезия и сколько по времени продержится это отклонение, пока никто не может. Девочка, помимо интуиции, получила дар эмпата. А что ещё при этом разовьётся у Тюхе, можно будет выяснить только на полигоне Службы охраны прав и порядка.

Целитель утверждает, что Злата, как и её мать, является катализатором, и у людей, к которым она испытывает светлые дружеские чувства, могут проявляться затаившиеся таланты. Поэтому Док настаивает, что и он, и Фил также должны провериться на скрытый дар. Весь персонал уже хохочет: мол, если нужно подлечиться — иди к Нуру! Док точно там…

Доклады по запросам летят один за другим. Благо — уже обработанные аналитиками: только выжимки и выводы. Картина вырисовывается очень странная: вед/ма/ми иных миров засыпали СОПП запросами о встрече с наследницей рода ко Мара. Из Ковена Мирах пришёл официальный ответ: «Магесса Сирра Альферац добровольно вызвалась помочь разобраться с даром Златы ко Мара, когда на слёте вед/ма/ми была озвучена просьба из мира Террия. Посещала ли она ранее данный мир, Ковен сообщить не может».

Следователи уже запросили портальную службу о посещении Террии вед/ма/ми в общем и указанной ведьмой в частности. Хранители межмировых переходов схватились за головы и пообещали обратиться к тем самым ведьмам за помощью и наслать проклятья на СОПП. Ну а серьёзно? Обратились к ректору Корпуса с просьбой выделить дополнительных практикантов для работы в архивах. Ведь с учётом продолжительности жизни ведьм работы у них…

После несчастного случая с недолеткой все высшие маги пришли в негодование. Было проведено очень резонансное собрание руководства всех магических гильдий. Результатом его стало новое постановление: «Так как риск для жизни ребёнка был очень велик и тот факт, что несовершеннолетняя, возможно, станет вед/ма/ми, проход вед/ма/ми на Террию без разрешения руководства СОПП запретить. Вход в портальные залы несовершеннолетним запретить. Здоровье и безопасность детей поставить превыше всего. Информацию по делу опциона Веды засекретить. Допуск к делу разрешается только через магическую клятву о неразглашении».

А что будет со всеми архимагами, когда они узнают, что Злата видит домовых? А что Дарина худо‑бедно общается с ними на одном языке? Но пока девушки не проверят дома своих семей, говорить об этом нельзя. Может, лучше будет, если легенда останется легендой?

Аналитики бьют тревогу по поводу фиктивного ухажёра Златы и её мачехи. Что‑то им там не нравится, и очень сильно! Предполагают, что действительно готовился качественный гнёт для подавления права выбора несовершеннолетней своего пути развития. А если бы Злата не запаниковала? Через сколько времени она оказалась бы в Храме? Но пока существенных, прямых доказательств нет, только косвенные…

Слава богам, хоть аналитики не требуют ограничить свободу опционов. Хотя куда больше ограничивать? Они и так из Дома кадетов не выходят, а нужны здесь! Надо провести очную ставку Веды и тари Гел мо Риса ко Рмел. Доказать, что задержанная имеет какой‑либо дар, не получилось. Одна надежда — вдруг группа опционов что‑то почувствует возле визора, как тогда, перед нападением. Или правильнее сказать — перед попаданием? Вот если это произойдёт, то и следователи смогут надавить на нужные рычаги во время допроса.

Тюхе! Славная Дарина! Милая умная девочка! Стоп! Надо мысли, не связанные с работой, гнать от себя подальше! Может, у Тюхе всё будет хорошо. Главное, чтобы она не поняла, как ему без неё плохо… Но в то же время встречаться с ней сложно. Однако убирать Дарину из проекта нельзя, не стоит её сейчас отрывать от Веды. Дар Фортуны — это серьёзно! Дарина должна быть рядом с подругой. И в первую очередь для того, чтобы попридержать юную торопыжку.

Да! Рапорт из Корпуса тоже лежит перед глазами. Курсант ко Мара сдала тесты‑испытания за первую и вторую ступени в один день! Этого мало? Эта маленькая егоза подала прошение допустить её к экзаменам за третью ступень, чтобы учиться вместе с посестримой! О каком режиме сохранения тайны может идти речь при таких действиях?

Как тут не материться? Куда Фил смотрит? Вот покажется он на глаза наставнику! Ох, придумает Нур родственнику достойное взыскание! И ведь уже два дня не показывается. А какой рапорт от него лежит — любо‑дорого посмотреть: «Прошу с сего дня предоставить пять дней отпуска для исполнения приказа старшего детектива, уважаемого Нур ко Сэй, об обеспечении безопасности группы опционов». Научил на свою голову! Хорошую отговорку придумал! Эх! Надо было чаще в детстве хворостиной учить. Не сидел бы сейчас один со всеми этими проблемами и гудящей головой.

Хайдуты

Ура, сумасшедшая неделя закончилась! Все экзамены сданы! Обе сестры теперь — учащиеся четвёртой ступени.

Лекарь категорически потребовал дать отдых мозгам Златы. Запретил чтение, но рекомендовал медитацию и спортивные нагрузки — без фанатизма. До начала учебного процесса оставалось чуть больше месяца. Хайдуты захотели устроить себе настоящие каникулы, но их вызвал Нур ко Сэй.

Группа стояла навытяжку перед старшим детективом и даже не моргала. Наставник скупо и сухо отчитывал их, выговаривая за ошибки, которые совершил каждый из них. Молодёжь получала нагоняй. Все понимали, что это только докатившиеся до них отголоски шторма. Закончил свою эмоциональную тираду руководитель неожиданно:

— Фил мо Сэй ко Сьян! На основании рекомендаций целителя весь состав группы отстраняется от службы на период тридцать дней, с сегодняшнего числа. Вам запрещено разделяться на это время. Всей группой вы отбываете на побывку по местам жительства. График посещения родных и близких предоставить мне до конца текущего дня.

Побратим ударил кулаком в грудь, подтверждая, что приказ получен и будет выполнен. Командир перевёл взгляд на младшего опциона:

— Тарина Злата ко Мара, вы приглашены в качестве свидетеля на очную ставку с тари Гел мо Риса ко Рмел. Встреча состоится через пять минут. Ваши хайдуты будут ожидать вас в комнате с визором. Дарина ко Ран, выданный вам приказ в Мирах остаётся без изменений! Выполнять!

Жест подтверждения приказа синхронно выполнил весь строй.

Злата и Ия сидели за столом напротив следователя. Фил и Дарина разместились в родной уже каморке с визором. Побратим проинструктировал сестёр на ходу, пока они шли по коридору: «Задачи наши не изменились: слушаем, отслеживаем и записываем. Веда наблюдает за эмоциями. Жестом „дискомфорт“ служит рука, сжатая в кулак. „Всё спокойно“ — раскрытая ладонь, обращённая к столу. Можешь сразу положить на стол руку или обе руки, и всё будет выглядеть естественно».

Ия была удивлена тем, что её попросили повторить рассказ с момента совместного обучения с матерью присутствующей девушки. Рассказ потёк плавно и в самом начале ничем не отличался от того, что Злата слышала, находясь в каморке. Однако продолжалось это всего несколько минут. В тот момент, когда у Златы «щипнуло» мочку, она тут же сжала кулачок. Следователь сделал вид, что переключился на второго свидетеля:

— У вас есть что добавить к словам тари Гел мо Риса ко Рмел?

— Понимаете, мы с посестримой рядом два месяца. У неё очень редкий дар. Отец мне говорил, что мама тоже была одарённой. Уважаемая Ия может что‑то поведать о талантах Залиты ко Мара?

— Прошу вас, тари Гел мо Риса ко Рмел, рассказать не только о талантах подруги, но и о своём даре, — дополнил вопрос следователь.

— У Залиты ко Мара появлялись видения о будущем. Очень редко, но бывало. Я уже рассказывала о предсказании по поводу свидания с нашими одноклассниками. Помните? Когда я единственный раз попросила согласиться на прогулку с ними, она с таким удивлением посмотрела на меня, что мне стало стыдно. Она тогда сказала, что нам это не принесёт ни радости, ни счастья. Я честно думала, что речь именно о том приглашении.

— А у вас? — вернул детектив подозреваемую к своему вопросу.

— Слабый эмпат. Я чувствую эмоции и могу их внушить человеку, — тихо прошептала Ия.

— Однако как маг вы не заявлялись, — удивлённо уточнил следователь. Женщина кивнула и бросила быстрый взгляд на Злату.

— Разве это можно сравнить с магией, — отмахнулась Ия. — Да, для считывания эмоций мне не надо особых сил, а вот для внушения необходимо подсобрать маны. При передаче нужных эмоций силы быстро уходят. Результат вы видели на первой нашей беседе.

— Вы имеете в виду встречу до инцидента в портальном зале? — прищурился мужчина.

— Да! Я тогда проводила трансляцию доверия ко мне и равнодушия к ненужным мелочам.

— В связи с открывшимися подробностями, что вы можете добавить по делу о гибели вашей подруги?

— В то время она уже не была моей подругой! — сорвалась ранее спокойная женщина. Злата опешила от такого заявления. — Когда появились Эл и Гел, она мне стала соперницей! Мне понравился Эл! Я чувствовала интерес, исходящий от молодых людей, и посылала в ответ волны симпатии. А он посватался к ней! С того момента я разжигала в ней презрение к мужу. Когда она рыдала у меня на руках, я внушала ей чувство безнадёжности, тоску и нежелание жить. По её словам, она готова была наложить на себя руки, но узнала, что беременна, и эмоциональный фон у неё изменился. Она стала думать не о себе, и я не могла уже пробиться в её поле. После рождения дочери мы вновь стали часто встречаться. Убедившись, что моё воздействие неэффективно, я решила использовать сильное успокоительное. Несчастный случай с молодой мамочкой, рассеянной от недосыпа, — что может быть естественнее?

— Вы подстроили смерть тары Залита ко Мара?

— Нет! — слишком резко отреклась Ия.

Кулачок Златы сжался.

— Вы только сейчас говорили, что готовили несчастный случай. Рассказывайте, какой! — жёстко произнёс маг.

— Я хотела вытолкнуть её на высокой скорости, — прошептала женщина, опуская голову. — Собиралась забрать с собой колыбель с девочкой — мне лишняя тяжесть на душе не нужна. Когда лошади понесли и Залита наклонилась, я, честно говоря, подумала, что она прикрыла ребёнка от хлещущих струй дождя. Придержала за талию, чтобы она не упала с сиденья и не уронила девочку. А потом подумала, что при такой тряске удариться очень легко. Ну и приложила её головой о спинку брички. Дальше вы знаете. Когда бричка остановилась, Залита так и осталась лежать на колыбели. Я позвала Эла. Мы вместе подняли уже мёртвое тело. Она умерла мгновенно… но это не я! Её висок пробила щепка, так что мне можно было не утруждаться.

— Почему вы кинулись к вратам перехода?

— Я услышала вопрос присутствующей здесь девушки.

— Какой именно?

— Куда делись деньги, — прошептала Злата.

— Да! Я поняла, что где‑то проговорилась или ещё как‑то выдала себя! — Ия цедила слова зло, отрывисто, а все наблюдатели, детектив и Злата в немом шоке смотрели на неё.

— Про выкуп вы расскажете нам на следующей встрече, — взял себя в руки детектив. — Что вы можете рассказать о смерти Эл дар Залита мо Арт ко Мара?

— Ничего нового. Вам всё известно.

— И вы не воздействовали на него своим даром?

— После смерти Залиты я поняла, что Эл дар Залита мо Арт ко Мара не был тем человеком, чьи чувства теплом обдавали меня. Мне это стало чётко ясно возле храма. Там мужчины были по разные стороны от меня. От Эла исходила слабая волна чувств, он даже не сильно расстроился из‑за смерти жены. А вот от Гела исходили нежная симпатия, бархат любви — мягкий, приятный, знакомый — и боль! Я поняла, что ошиблась с выбором.

— Вернёмся к смерти Эл дар Залита мо Арт ко Мара, — настойчиво повторил следователь.

— Когда Эл познакомился с Албелой и заявил о серьёзных намерениях, то мне стало любопытно увидеть эту девушку. Познакомиться и подружиться с ней было очень легко. В тот момент я хотела отомстить за сломанную жизнь погибшей подруги.

— Не врите, — усмехнулся детектив, глядя на мерцающий артефакт.

— Я хотела отомстить за то, что он выбрал не меня, — потупилась женщина. Потом она вздёрнула надменно подбородок: — Как‑то на прогулке я ей поведала о Залите и её истории замужества. Я только слегка разожгла её негодование. Думала, она откажется от этого брака. Женщина вскинула глаза, пытаясь найти понимание у слушателей. — А получилось не так. Албела решила наказать виновных в несчастной судьбе девушки. Албеле казалось, что в смерти первой жены Эла виноват и он, и его дочь. Поверьте, когда подруга мне об этом сказала, я честно попыталась успокоить её гнев. Вроде получилось. После свадьбы я всё рассказала мужу. Естественно, не сообщив о своём даре. Не хотела, чтобы он подумал, что я воздействовала на него. Как у мужа с Элом дошло дело до ссоры, не помню. Вот мы разговариваем нормально и спокойно. Муж пошёл провожать гостя. А потом я услышала, что они орут друг на друга. Когда я выскочила в коридор, Эла уже не было, Гел переобувался, а потом выскочил вслед за Элом под ливень. Вернулся белый, как мел. Сказал, что Эл лежит возле лошади с разбитой головой.

— Повторяю свой вопрос: в тот день вы воздействовали своим даром на Эла дар Залита мо Арт ко Мара или на Гел мо Навалл ко Зун? — надавил голосом маг, видя стиснутые кулаки Златы.

— Да! — оскалилась Ия. — Во мне бурлило торжество! Триумф! Это был наш праздник! Мы наконец нашли путь друг к другу! Мы вместе! Я поделилась этим коктейлем чувств с мужем! Понимаете?

Злате было плохо. Она чувствовала всю горечь, которая исходила от женщины ледяными волнами, пронзая её собственное тело острыми стрелами. И на этом фоне спокойный голос детектива заставил её вздрогнуть:

— Ваш муж мог убить Эла дар Залита мо Арт ко Мара?

— Я не знаю! — устало опустила лицо в ладони подозреваемая. — В нём ощущался такой клубок противоречивых чувств, что мне стало плохо. Я потеряла сознание. Но он ведь смог доказать, что не убивал!

Ия заглядывала в глаза офицера, пытаясь что‑то там разглядеть, с такой надеждой в карих глазах, что Злате стало неудобно. Она отвернулась, только чтобы не видеть бывшую подругу своих родителей. Маг посмотрел на помощницу, перевёл взгляд на задержанную:

— Последний вопрос. Вы когда‑нибудь воздействовали на племянника своего мужа? Что вам известно о его планах в отношении Златы ко Мара?

— Мне не было нужды подталкивать его к чему‑либо. Он и сам мальчик талантливый. О его планах я в принципе знаю немного. Албела предложила ему подумать над способом не упустить наследство падчерицы. Ия бросила презрительный взгляд на Злату. — Убивать её нельзя, потому что тогда наследство матери, скорее всего, вернётся в семью или уйдёт государству. А вот если падчерицу выдать замуж за нужного мужчину и дождаться, пока она родит наследника, а потом убить — вот тогда всё достанется малышу, а мачеха Златы вновь станет опекуном на двадцать с лишним лет. Албела даже сможет спокойно выйти замуж за отца ребёнка, если он, конечно, на ней женится. Таков был план женщины, однако наш мальчик думал по‑другому. Ведь в любом случае муж и отец будут распоряжаться финансами, а уж кто там будет согревать ему постель, настолько далеко Тэо не задумывался. Ему нужна была помощь Албелы только на первом этапе — довести пигалицу до Храма.

Злата слушала откровения этой язвы с маской спокойствия на лице, но крепко сжатые губы, мелкие бисеринки пота на алебастровой коже высокого лба и пульсирующая венка на виске выдавали напряжение. Вспомнив рекомендации начальства, детектив принял сложное для себя решение:

— На сегодня мы следственные действия закончили. Сейчас вас проведут к месту заключения. А с вами, тарина, мы пообщаемся, когда разрешит целитель.