Глава 21 Всякому свояку, хотя б по медяку. И заблуждение бывает полезно, пока мы молоды…

Ничего в этой жизни не дается легко. Чтобы достичь своих целей необходимо идти на определенные жертвы — тратить свои силы, время, ограничивать себя в чем-либо. Иногда бывают моменты, когда хочется все бросить и отказаться от мечты. В такие моменты вспомните, как много вы получите, если пойдете дальше и как много потеряете, если сдадитесь. Цена успеха, как правило, меньше, чем цена неудачи.

Мухаммед Али

Злата

Завтра начинается учёба, и мы всей командой сидели в нашей комнате в доме кадетов.

Брат пришёл к нам хмурый, расстроенный. Его душа металась, как тигр в клетке, но он на все мои вопросительные взгляды отрицательно мотал головой и молчал.

Нет, конечно, он поздоровался и кидал реплики «в тему». Но это не отменяло того, что мыслями он был где‑то очень далеко.

На утренней разминке тренер Корпуса, к которому наши соученики приклеили прозвище Муси‑Буси, от души и с радостью «оторвался» на всех трёх сотрудниках СОПП. Причём подгонял и приговаривал:

— А нечего придумывать такие псевдонимы любимому тренеру!

А мы что? Мы ничего… Пришлось потупить глазки и слиться с песочком терренкура, по которому нас отправили на пробежку. Не спросишь же: «А где они услышали?», потому что ещё сильнее прилетит… Брат попытался возмутиться, что он к академии не приписан, но…

Как заявил этот отзывчивый человек Филу: «Раз пришёл вовремя — значит, соскучился! Раз истосковался — получи полный заряд бодрости, а не то, что вы там у себя называете нагрузкой для тела!»

Надо ли рассказывать, что Буси ласково всех поименовал: «Задохлик», «Улиточка», «Черепашка». Догадаетесь, кто под каким позывным тренировался? Подсказка: «Черепашкой» была Дарина! Буси, он же Сихан, Учитель, Мастер, Сэнсэй, как обычно, не давал нам убежать от добродушной экзекуции. А его ласковые комплименты подбадривали нашу группу на спортивные подвиги.

Вот и сидим теперь все молча. Надо на завтрак ползти, а мы ещё до душа не добрались. Боль, которая разъедала душу Фила, мучила меня всю тренировку. Она то отступала, превращаясь в глухую тоску, то вспыхивала обжигающим, тревожным ожиданием. Было очень колко от всех эмоций побратима, но пока я не знала, чем могу ему помочь.

Я, конечно, чувствовала нежелание брата что‑то сейчас говорить, но также было ясно, что его гнетёт какое‑то известие.

— Так! Братцы и сёстры‑кролики, — взяла в свои руки дальнейшее продвижение команды в новый день старшая подруга. — Быстро приводим себя в порядок и идём, а не ползём, на завтрак. Иначе весь учебный год соученики будут приветствовать «Черепашку» и «Улиточку». А мне не хочется!

— Это правильно, — откликнулся брат и шокировал. — Нечего вам здесь делать этот год!

— Фил? Что случилось? На тебя и Злату смотреть больно, — побратим вскинулся, чтобы что‑то возразить, но Дарина взмахом руки его остановила. Указав на меня, сестрёнка покачала головой: — Она ощущает твою боль и тревогу? Поделишься?

— После завтрака, — вздохнул, сдаваясь, побратим.

Завтрак прошмыгнул мимо нас шустрой мышкой: ложки мелькали так, как будто за спиной вновь стоял любимый тренер Корпуса. Однако это не помешало Дарине здороваться с вернувшимися соучениками. Она представляла им нас с Филом, с улыбкой отбиваясь почти от всех желающих поделиться впечатлениями от каникул.

Нескольким приятелям она пообещала, что позже они встретятся и пообщаются, если её отпустит начальник группы СОПП. Нужно было видеть, как менялось выражение лиц собеседников от такого заявления их сокурсницы. В общем, всё как обычно после каникул.

А вот когда мы устроились в лёгкой беседке на территории Корпуса, Фил решился на нелёгкий разговор:

— Помните первую пятёрку бойцов, что тренировались с вами на полигоне?

— Помним, — кивнула я. — Но как группу.

— Да, — дополнила Дарина, — не конкретно каждого.

— Их команда была направлена в третий круг миров. Через знакомый всем нам Мирах они должны были пройти на Сирах. Ну а дальше мы надеялись, что они попадут в мир Андромеды… — побратим замолчал.

— Фил, не пугай, — дополнила Дарина, — Злата сейчас расплачется.

— На Сирах они прошли, но связь оборвалась, — отвёл взгляд Фил. — Где сейчас группа — неизвестно. Они пропали.

— Как? — наши голоса прозвучали в унисон. Я почувствовала страх, который пронзил сердечко сестры, и тягучую скорбь побратима.

Ближники

— Вот так, — глухо проворчал парень. — Отчитались, что готовятся к переходу, а потом не вышли на связь. Их индикаторы жизни — в жёлтой зоне.

— Ранены? — прошептала младшая посестрима, ахнув от пришедшей в голову догадки.

— Или находятся в условиях, неблагоприятных для здоровья, — кивнул Фил.

— Наша группа чем‑то может помочь? — обнимая сестру, поинтересовалась Дарина.

— Отпускать в другие миры нас не рискнут. А вот всю информацию, что соберут поисковики, мы будем обрабатывать наравне с аналитиками, — растянул губы в улыбке, которая должна была придать девушкам уверенности, Фил, но это не сработало. Он махнул рукой и пояснил: — Дар интуита и фортуны может помочь найти самые невероятные зацепки.

— Ты сказал, что нам нечего здесь делать этот год, — продолжила допытываться старшая подруга. — Что имелось в виду?

— Надо готовиться к экстернату за оставшиеся ступени. Благо возможности есть, методику вы на себе опробовали, — ответила вместо Фила малая. И тут же поинтересовалась: — Как здоровье у Албелы? Что говорит Док? Лекари души выдали вердикт?

— Да успокойся! Твой дар продолжает творить добро, — похлопал успокаивающе Фил по нервно сцепленным рукам малой. — Твоё ходатайство было признано обоснованным. Албела, тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, переведена из разряда подозреваемых в потерпевшие. Очарование Ии, тари Гел мо Риса ко Рмел, имело установку на определённый ряд действий. На наших глазах произошло небывалое: человек попытался самостоятельно выйти из‑под влияния менталиста. Когда твоя мачеха осознала, что всё это время жила навеянными эмоциями, она попыталась избавиться от наведённых воздействием чувств. Конфликт магического внушения с осознанным выбором свободной личности на наших глазах перешёл в шок, а затем в паническую атаку. Не было бы нас или других целителей рядом — не факт, что тари Албела смогла бы справиться… У неё удар был не только по психике. Он был направлен на всю нервную систему. А нервная система влияет на весь организм, в том числе и на сердечную систему. Поэтому произошло развитие сердечной недостаточности.

— Она могла умереть? — воскликнула Дарина.

— Она поправится? — голос расстроенной Златы был еле слышен.

— Да, — без колебаний заявил побратим. И тут же мягко приобнял обеих девушек и продолжил спокойным тоном лектора: — Без оказанной в первые же мгновения приступа магической и целительской поддержки летальный исход был бы гарантирован. Док подтвердил инфаркт миокарда. Но, Злата! Мы там были, она скоро будет полностью здорова! Уважаемой Ие, тари Гел мо Риса ко Рмел, придётся ответить за свои действия: ей предъявят обвинение в покушении на убийство.

— Но она же не знала, что так всё обернётся… — попыталась возразить малая.

Однако строгий голос побратима прервал её детский лепет:

— «Незнание закона не освобождает от ответственности», — погрозил он пальцем. — Этот принцип из одного техногенного мира, ближайшего отражения Террии — Терры. И известен он со времён римского права. То есть более двух с половиной тысяч лет!

Брат говорил и говорил, но сёстры уже не вслушивались. Страх у Златы отступил…

Она почувствовала, как от хайдутов распространяются волны негодования из‑за безответственного поведения одарённого, а ещё — беспокойство за неё.

Уверенность же Фила в своих словах обволакивала её мягким коконом и успокаивала. Ей так захотелось поделиться с друзьями спокойствием, что она просто кинула в пространство мысль о своём желании. И тут же два удивлённых взгляда скрестились на ней.

— Что? — смутилась начинающая вед/ма/ми.

— От тебя пришла такая тёплая энергия, — улыбнулась Дарина.

— И так легко стало, — подтвердил брат. — Уверенность пришла, что у нас всё получится. И наших магов найдём, и твоя мачеха поправится. Ты поняла, что сейчас провела действие эмпата?

— Будь осторожна, — погладила растерявшуюся сестру старшая магиня. — Но, честно, для меня твоё воздействие было родным… и знакомым.

— Мне тоже было приятно. Как будто ветерок пробежал от ног к голове. Согревающий. Плотный, — задумчиво добавил побратим.

— Фил, может быть, пригласим к Нуру магесу Сирру Альферац? Всё же она меня лечила и в какой‑то мере знает ситуацию, — задумчиво пролепетала юная ведьма. — Надеюсь, получится всем вместе просканировать её? Вдруг она сможет стать учителем для меня и других вед/ма/ми. Страшновато мне от скорости прихода сил.

Где‑то

Старый, покосившийся домишко не выделялся в трущобах своим видом. Здесь, на краю городка, ютились либо самые бедные, либо не очень законопослушные слои общества. Через замызганные, пыльные, маленькие окна внутрь домика свет практически не проникал, и, невзирая на яркое солнце на улице, в комнате царил полумрак.

Помещение поражало убогостью и скудностью обстановки, если колченогий, обшарпанный стол и два облезлых старых стула можно обозначить этим словом. Стены «украшали» трещины и чешуя отслоившейся штукатурки. Всё было покрыто толстым слоем пыли и каких‑то пятен. Создавалось такое впечатление, что в это помещение никто давно не заходил.

Не очень высокая, худая фигура, плотно укутанная длинным плащом, с низко надвинутым на лицо капюшоном, вошла в полутёмную комнату. Взмах рукой неизвестного, пас кистью с перебором пальцев — и вся пыль, скатавшись, разместилась в углах помещения.

Инкогнито только присел на стул, как в комнату вошёл его двойник. Такой же длинный плащ. Также глубоко в капюшон спрятано лицо. Различить для смотрящих со стороны эти две фигуры можно только тем, что первая сидит, а вторая стоит в дверях. Низкий шёпот вошедшего не давал понять, женщина это или мужчина:

— Как они?

— Молчат…, — раздался такой же шёпот.

— Совсем?

— О том, что хотим знать. Говорят, что не понимают, о чём речь.

— Они подтверждают факт знакомства с девушкой?

— Да, но при этом утверждают, что никаких магических способностей у неё нет.

— Всё использовали?

— И сермя поили, и аксимом обкуривали.***

***(Растительные алкалоиды. Воздействуют на разумного, как сыворотка правды. Сермя необходимо правильно заварить. Аксим воздействует дымом при сжигании семян).

— Лиц ваших не видели? Понять, кто вы, не смогут?

— Они видят нас только в таком виде, а вопросы задаём уже, когда начинается действие трав.

— Не увлекайтесь. Главное, чтобы живыми остались.

— Что собираетесь дальше делать с мальчиками?

— Вам они не нужны. Всё, что могли и хотели от них, получили. Дайте установку и уведите на Сирах. Всё равно все воспоминания будут смешаны с галлюцинациями.

— Как скажете, — склонил голову первый собеседник (или собеседница).

— Только подлечите их. Всё же для людей алкалоиды являются ядом, почти наркотиками. Не забудьте также убрать зависимость. Не хватало из‑за мелочи потом с их магами из службы охраны правопорядка встречаться.

— Жалко, что нельзя сделать так, чтобы за ними прислали ту девчонку. Могли бы своими глазами на неё взглянуть.

— Есть идеи, как?

— Приоткрыться на Сирах…

— Да? — язвительно зашипел заказчик (или заказчица). — Хочется повоевать с магами и ведьмами всех отражений? Это можно устроить легче: прийти в любую службу правопорядка и признаться, что мы незаконно удерживали людей, проводили воздействия, опасные для жизни, подавляли личность и свободу духа. Это во всех ближних отсюда мирах относится к особо тяжким преступлениям и карается жёстко…

Нур

Группа опционов стояла навытяжку перед зрелым черноволосым мужчиной, на висках которого мелькали еле заметные серебристые нити. Его брови сурово сдвинулись, нижние веки напряжены и приподняты, как будто он хотел заглянуть в душу каждого стоящего перед ним молодого человека. Губы сжаты. Ноздри раздуваются. Голова наклонена. Кулаки сжаты. Голос звенит, словно сталь, чётко роняя тяжёлые фразы.

Нур ко Сэй был не просто в гневе! Ему очень хотелось снять ремень и всем троим всыпать так, чтоб сидеть не смогли:

— Вы понимаете, о чём просите? Ещё раз сформулируйте своё предложение? Кого пригласить? Что организовать? Хорошо, что не просите в поиск отпустить! Вы хоть помните, что именно эта ведьма пыталась влезть в потоки Златы?

— Так точно, — после мимолётного переглядывания гаркнул Фил.

— Если «так точно», то что вы мне голову морочите? Мало мне переживаний о пропавшей группе?

— Никак нет! Но у опциона Веды начались непроизвольные всплески силы. Это именно её предложение, а её интуиция ещё ни разу не подводила. Тем более что магические действия происходят без её осознанного контроля, — Фил с сожалением посмотрел на Злату. Закончил он не так официально: — Вместе мы сможем поставить защиту, как на Мирах.

— Мы просим, чтобы предварительно с ней провели беседу в комнате для допросов. Наша группа при этом могла бы выполнять свои обычные функции — отслеживания её эмоций — в полном составе, — взяла слово Дарина. В её голосе, который мягкой мятной волной укутывал Нура, чувствовалось сожаление.

— На запрос по этой вед/ма/ми портальная служба ещё не дала точного ответа. Предварительно сообщают, что пока информации о посещении ею Террии нет, — опустился устало на стул старший мужчина. Он махнул рукой присутствующим, чтобы садились.

— Уважаемый Нур, — подключилась Злата, — возможно, что она не приходила ранее к нам в мир.

— А возможно, что приходила в тот период, до которого ещё не дошли? Ведь там нет интуитов, — возразил коуч. — Они проверяют архивные записи последовательно: день за днём. А сколько ведьм просто не отметили, что они имеют магическую силу? Ведь на вратах целители не стоят. Информация приходит автоматически с артефакта идентификации (АИ). Может быть, что данные о магии не занесены на АИ? — Нур уже спокойно посмотрел на хайдутов.

— Видимо, такую возможность исключить нельзя, ведь на моём АИ отметки о магии ещё нет, — согласилась младшая девушка. — Но во время беседы с магесой Сиррой Альферац, где мы проверим её намерения, Фил будет отслеживать все её магические воздействия на нас. Он уже отлично видит не только каркас, но даже нити силы при магических действиях.

— Предлагаю при согласии магесы Сирры обучать группу недоведьмачек, взять с неё магическую клятву, — Дарина говорила мягко, задумчиво. — Обещаю, что до этого мига никто из входящих в группу обучения вед/ма/ми не останется наедине с магесой.

— У тебя проявилось воздействие голосом? — устало поинтересовался старший детектив и потёр лицо руками.

— Не знаю, — удивилась старшая сестра.

— Что с вашей затеей по экстернату? — не сводил он глаз с златовласого кадета.

— Учебники проштудировали, — отчиталась красавица с голубыми глазами. — Сейчас отрабатываем навыки и посещаем факультативы с вопросами, на которые не можем найти ответы самостоятельно. До конца недели надеемся подать рапорт на допуск к экзаменам.

— Головные боли?

— В пределах нормы, — девушка с золотыми косами наклонила голову. Дарина вроде спокойно отвела взгляд, но Нур почувствовал странный запах, как будто в комнату внесли ветку горькой полыни. Маг с удивлением оглядел кабинет и вернул своё внимание к собеседнице:

— Сильные?

— Уже нет! Просто по вечерам небольшая тяжесть в голове.

— Опцион Тюхе! — взвился Нур, у которого от запаха полыни уже стояла горечь на языке. — Вы кому пытаетесь лгать? Своему жениху можете вешать… Ещё одно слово, не соответствующее истине, и я буду думать, как вас наказать.

Аромат цветущей яблони, смешанный с резкой лимонной ноткой, наполнил кабинет старшего детектива.

— Придётся вам им стать, — пробурчала себе под нос старшая посестрима и зыркнула на него внезапно заблестевшими глазами. Скорее всего, Дарина не думала, что ляпнет свои мысли вслух. Кашель, который должен был то ли завуалировать её слова, то ли скрыть смешки хайдутов, раздался и от Фила, и от Златы.

— Всей команде — бегом к Доку! — рявкнул Нур. — Фил совместно с целителем проверяет все возможности этих недолеток. Сообщи ему, что я подойду, как только у него будет возможность поработать со мной. Пусть сообщит, что освободился и может уделить мне время.

Вся молодёжь в изумлении уставилась на командира. Дарина встревоженно всматривалась в его лицо.

— С вами всё в порядке? — её беспокойство принесло нотки ванили и мяты. Лёгкие! Вкусные! Так бы и вдыхал их…

— Выполнять! Бегом! — зарычал командир. Он сжал пальцами переносицу и прикрыл глаза.

Нур был обескуражен, растерян, озадачен. В голове метались мысли: «Это то, о чём говорили отец с братом? Я правильно понял? И что она имела в виду — стать женихом? А вдруг это не то? Может, просто устал, перенервничал? Ещё эта безумная затея юных авантюристов. Ведьму им подавай. Нужно продумать клятву, прежде чем обратиться к отцу».