Глава 14 Что прошло, того уж нет?

Остерегайтесь тех, кто хочет вменить вам чувство вины, ибо они жаждут власти над вами.

Конфуций.

Сирра

Сирра была недовольна тем, как прошёл у иномирных гостей первый день в её доме. С утра ей надо было отлучиться по своим делам, но она была уверена, что её приказ будет исполнен. А тут — БАРДАК! Никого нет.

Фаня ничего интересного не узнал. Рассказывал в этой своей несносной манере: «Спали — встали! Взяли — читали! Поели — погуляли!» Когда он признался, что даже не думал остановить гостей, то ведьма взорвалась:

— Недолетки в чужом для них мире! — орала Сирра на домового. — О чём ты думал?

— Дык, оне ведь…, — пытался оправдаться Фаня.

— Что они? — шипела хозяйка. — А если сейчас нарвутся на какого‑нибудь неадеквата? Если им придётся защищаться от тёмной ведьмы? Ты мне дашь гарантию, что пациентка не зачерпнёт магической энергии Миррах?

— Мобуть, обойдётся…, — мямлил дух.

Так и хотелось прервать его неспешное изложение и закончить в рифму матом! Да ещё и мальчишка этот! Дали тебе амулет личной связи — надень его так, чтобы кожи касался! Ведь и дураку ясно, что кулон носят на шее! А этот? Куда можно засунуть такую безделушку? Как его предупредить, что его сёстры могут быть в опасности? Ведь не слышит её вызова!

Целительница успокоилась, только когда девочки вернулись со своего променада целые и невредимые. Ну, как успокоилась? Выдохнула! А мысли вокруг Златы не перестали кружить…

Уникальнейший случай! Возможно, недомаг переродится в ведунью. Нет! В вед/ма/ми! По идее, девчонка должна пластом валяться, ведь умирала у неё на руках. А сейчас бегает довольная — вдруг непроизвольно хапнула из потока силы? У неё был сильный приступ. Можно сказать, черепно‑мозговая травма. Скорее всего, сотрясение головного мозга, если он у неё есть. Простой осмотр, даже с помощью магического зрения, ничего не даёт, а к ней нельзя применять сканирующую диагностику.

К тому же, если в приёмном зале портала Сирра видела все нюансы микротравм на различных уровнях тела, просто перейдя на осмотр ауры, то после ритуала — как отрезало. Сплошной дымчатый кокон, даже каркас перестал быть виден.

Если бы ведьма смогла остаться с девочкой наедине и попробовать взять чуточку её силы, она бы уже смогла определить: успешно прошла инициация юной ведьмочки или нет. Но это тайный ритуал вед/ма/ми, а от Златы сегодня её подруга на шаг не отходит. Вот и думай, как узнать и защитить…

Ритуалы оберега с пациенткой никто не проводил. Специальные амулеты, чтобы обезопасить себя от нападок со стороны, недолетка не успела создать. Да и как она их создаст, если она этого просто не умеет? Есть различные обряды как белой, так и чёрной магии, которые под силу ведающим. Может, забрать эту девочку в ученицы? Да, надо войти в доверие к ней, поговорить по душам. У подростков часто возникают проблемы, которых не понимают взрослые.

На этой мысли магесса успокоилась, и сигнал вызова от входной двери прозвучал для неё неожиданно. Фаня ввёл в гостиную троих человек. Ведьма сидела в своём любимом кресле у камина. Она склонила в приветствии голову:

— Рада вновь всех вас видеть!

— Доброго здоровья! — за всех ответил старший маг, а молодёжь изобразила лёгкие поклоны. — Я не буду сегодня долго вас задерживать. Хотел только уточнить, не стесняют ли вас мои ученики?

— Ну что вы! Мы толком и не виделись! Вы уже подпитывали систему нашей пациентки?

— Хотел провести эту процедуру при вас. Вы как лекарь проверите, всё ли протекает должным образом.

— Это замечательно. И девочку не будем лишний раз расстраивать. Мне показалось, что её не только вчерашняя травма беспокоит.

Злата удивлённо зыркнула на ведьму, но тут же постаралась надеть на лицо маску спокойствия и присела на диван. Уважаемый Нур устроился рядом и взял её за руку. Фил перестроился на видение потоков, а магесса запустила диагностику.

— Странно, — откидываясь вглубь кресла, зажмурилась Сирра. — Даже с учётом движения вашей энергии я не вижу, как идёт восстановление!

— Это плохо? — не оборачиваясь, уточнил молодой маг.

— Это странно! — раздражённо ответила женщина. — Вчера проследить динамику восстановления организма было возможно, а сегодня девочку окружает кокон. Днём он был серым, дымчатым. Я надеялась, что увижу поток вашей, уважаемый Нур, силы, и он как подсветка сработает. Но…

— Не получилось? — посочувствовал Нур.

— Кокон стал серебристым, поток сливается с ним по цвету и уровню свечения, причём сразу.

Ведьма раздражённо отвернулась к огню. Саламандра играла с язычками пламени, как кошки играют с бабочками. Расстроенно вздохнув, врач, не поворачиваясь, продолжила:

— К сожалению, с помощью магии проверить состояние пострадавшей у меня не получается, но немагическое наблюдение никто не отменял. Настаиваю, что ещё три дня пациентке не рекомендуются сильные физические и магические потрясения, а тем более — межмировой портал.

— Но гулять потихонечку можно? — жалобно пропела младшая, начинающая лицедейка.

Маги переглянулись между собой. Фил подмигнул сестре и усмехнулся, когда от камина в ответ прозвучало:

— Недолго. Только в центральном районе, где безопасно, — хмуро кивнула каким‑то своим мыслям врач. — Никаких быстрых движений и только с сопровождающим! Если ваши друзья не смогут составить компанию, то я с удовольствием разделю с вами прогулку.

Вновь пропел сигнал вызова, а через несколько минут в помещение ворвалась старшая посестрима.

— А вот такими темпами гулять категорически запрещаю! — указывая на Дарину, закончила свою мысль ведьма.

Ближники

Прошлым вечером хайдуты прогулочным шагом дошли до гостевого блока и попросили Фаню организовать им ужин, не забыв заказать для домового молока и булочек. Перед сном молодые люди позанимались уголовным правом — сестра честно старалась вызубрить определения вплоть до запятой, — а потом болтали ни о чём. В их разговоре промелькнула лишь одна фраза на серьёзную тему: побратим сказал, что Корпус в курсе, где они сейчас находятся, и родственников, чтобы те не волновались, предупредят. Уснули хайдуты быстро, как выключились.

Вот и рождение нового дня! Посестримы проснулись практически одновременно. Не спеша вскакивать, молча смотрели, как проявляются на стенах первые лучи солнца, как золотистым парусом вздымаются от сквозняка занавески на окне. Утро сегодня практически ничем не отличалось от утра вчерашнего. Только сейчас младшей стало понятно, почему в голове, словно комар, зудит непонятное ощущение — «ЧТО‑ТО НЕ ТАК!». Видимо, Фаня уже их контролирует. Подруги встретились глазами и весело рассмеялись. Каждая старалась сохранить тишину в комнате, чтобы не помешать подруге выспаться. Их смешинки рассыпались в свете утра звонкими переливчатыми колокольчиками.

— Фаня, угостишь нас творожной запеканкой, сладкой кашей и яишенкой? Сметанкой, маслицем и сырком? Чаем с молочком и булочками? — отсмеявшись, звонко обратилась к соглядатаю младшая гостья. После этого девушки быстро соскочили с кроватей и стали наперегонки одеваться. Старшая из сестёр первой подскочила к двери, сделала подружке ручкой «пока‑пока» и показала язык.

— И это пример для подражания? — крикнула ей вслед Злата, заливисто хохоча. В комнату заглянул заспанный брат.

— Ну что вам‑то не спится, хохотушки? Ладно, мне пора собираться на службу.

— Пойдём, ворчун! Там, по идее, уже завтрак готов, — потащила его к столу младшая посестрима. — Фаня, приглашаем угоститься с нами, чем душа попросит!

Домовой проявился рядом со столиком. Серебристый поднос в его руках ловил блики света от бра. Фаня был хмур и что‑то бурчал себе под нос, но разобрать слова у друзей не получалось. В этот момент свежая, как весенний цветок, появилась Дарина. Фил тут же нырнул в освободившееся помещение и перед тем, как закрыть дверь, подмигнул Злате и показал язык! Младшая копуша закатила глаза, притворно теряя сознание. Старшая язвочка лишь усмехнулась. Она внимательно слушала бормотания духа, а затем озвучила их:

— Наш гостеприимный хозяин сообщает, что мы неправильные угощения выбираем! Вчерашняя утренняя трапеза была более продуманной и изысканной, — доложила она.

На столе появлялись заказанные яства. Их аромат возбуждал аппетит. Побратим довольно быстро покинул вожделенную комнату, чем Злата сразу воспользовалась, мышкой юркнув туда.

Дарина начала хозяйничать за столом. Занятые поглощением нехитрой, но вкусной еды, хайдуты не разговаривали. Фил по уже опробованной схеме подпитывал пострадавшую и параллельно вкушал яичницу с зеленью и колбасой. Сёстры наслаждались кашей с фруктами, а Фаня чинно уничтожал запеканку и молоко. Они уже почти закончили завтракать, когда домовой поднял голову, прислушиваясь к чему‑то, и заявил:

— Хозяйка приглашает гостей провести с ней свободное время — как раз до обеда.

— Но мы хотели позаниматься, — расстроилась Злата.

— Вот так и скажете целительнице, — хмыкнул маг, выскакивая из‑за стола. — Я убежал! До вечера! Держитесь!

Сестрицы помахали ему, переглянулись, взялись за руки и пошли к хозяйке дома.

Сирра Альферац выглядела великолепно. Длинное платье светло‑кремового цвета с короткими рукавами будто струилось по её изящной фигуре, медные косы были уложены короной вокруг головы. Свежее лицо слегка тронуто аккуратным макияжем: румянец подчёркивал белизну кожи, а длинные ресницы — яркие зелёные глаза.

— Доброе утро! — в унисон поприветствовали хозяйку вошедшие.

— Доброе, дорогие мои! — улыбнулась магесса. — Надеюсь, я не нарушила ваши планы?

Сёстры понимающе переглянулись, но постарались сделать вид, что не знают о слежке.

— Мы хотели позаниматься, — призналась Злата.

— Отлично! — искренне обрадовалась ведьма. — Значит, вы не будете скучать в нашем мире. Мне очень хочется, чтобы вы его полюбили так, как люблю его я! Но не буду вас долго задерживать. Дарина может сразу идти заниматься, а Злату я быстро осмотрю и отпущу.

— Можно я останусь? — потупила глазки юная магиня. — Мне очень интересно, как проводится диагностика без применения магии. Да и за здоровье сестрёнки беспокоюсь.

Ведьма вроде безразлично пожала плечами, но по её лицу скользнула тень. Она повела рукой в сторону кресла:

— Присядь возле камина, а мы устроимся на диванчике.

— А что это? — кивнула на стол Злата, с интересом рассматривая лежащие на нём непонятные артефакты.

— Это сфигмоманометр, применяется для измерения артериального давления, — начала пояснять врач, надевая странную манжету на руку недолетки. — Это не магический инструмент, скорее, артефакт. Его придумали в техническом мире для измерения внутриглазного давления. Обследование проводится через веко, — лектор кивнула на тонкий цилиндр длиной с ладошку. — Мы им посветим в глазки и узнаем результат.

Сестра тихонечко сидела в кресле, не сводя глаз с ведьмы, пока та измеряла давление и пульс, задавала вопросы о самочувствии пациентки и рассматривала что‑то в её глазах. Злата спокойно лежала, негромко отвечая. Наконец ведьма отложила в сторону инструменты и разрешила ей подняться.

— Отклонений от нормы нет, — порадовала девушек целительница и тут же погрозила пальчиком. — Но организм не перегружать! Не бегать! Не прыгать! Не нервничать! Родным уже сообщили, что с вами всё в порядке?

— Да! — откликнулась посестрима.

— У меня только мачеха осталась, я сирота, — вырвалось горькое признание у Златы.

— Её тоже надо успокоить, — мягко улыбнулась вед/ма/ми. — Она же переживает!

— С чего бы ей переживать? Я никогда ей не была нужна! Она меня совсем не любила!

— А должна была? — тихий спокойный вопрос ввёл Злату в ступор.

— Она в храм собиралась, — вскочила Злата. — И давала там клятвы о любви и верности…

Видя, что девочка не может подобрать слова, Сирра продолжила:

— А ты её любила? Уважала?

Услышав от ведьмы такие странные слова, Злата заметалась по комнате:

— Это не я говорила, что убью и мужа, и приёмную дочь!

— Может, она и говорила! — усмехнулась женщина. — Но разве совершила? Твоя подруга там, в портальном зале, тоже кричала, что убьёт задержанную. Разве это её сделало убийцей? Или она стала для тебя другой?

Юная ведьма выпучила глаза на посестриму. Та пожала плечами:

— Я не помню! Может, и кричала!

— Вы меня не путайте! — начала нервничать младшая посестрима. — Причём здесь Дарина? Как можно сравнивать состояние аффекта и выбор взрослого человека?

— Девочка моя! — невзирая на накалившуюся атмосферу, спокойно продолжила магесса, жестом предлагая темноволосой гостье присесть. — Сколько лет было твоей мачехе, когда она стала женой твоего отца?

— Двадцать, — опускаясь на диван, буркнула Злата.

— А сколько лет вам? — склонила голову, пряча лукавую усмешку, Сирра.

— Мне девятнадцать. Дарине — двадцать два! — Злата оглянулась на сестру, та кивнула, подтверждая её слова, но промолчала.

— Давайте без бремени прошедших лет посмотрим на поведение девушки вашего возраста. Девочки, устройтесь поудобнее, закройте глаза и представляйте каждая ту ситуацию, что я вам буду проговаривать. Готовы? — Девушки откинулись на спинки стульев и прикрыли веки. Ведьма усмехнулась, глядя на доверчивых малолеток («бери и делай, что хочешь!»), и продолжила монотонным тихим голосом:

— Ты влюбилась. Собираешься в храм. От счастья поёт душа. Вдруг узнаёшь, что у него есть ребёнок. Твои мысли, без раздумий?

— Обижусь! — сказала Злата.

— Уйду! — донёсся голос Дарины.

— А где же заявление, что должна буду полюбить этого ребёнка? — съязвила Сирра.

— Подождите! — опять вскочила Злата. — Ведь этот ребёнок не виноват, что мужчина не сообщил о нём! И обижусь я на обманщика, не на безвинное дитя!

Дарина подошла к подруге и сжала её ладошку в поддержке и согласии. Видя их единодушие, целительница удовлетворённо кивнула и продолжила:

— А кто говорил, что мы ищем виновного? Один умный человек, Эрих Фромм, сказал: «Для ребёнка быть нелюбимым лучше, чем пользоваться псевдолюбовью». А другой, не менее мудрый человек, Алис Миллер, настаивала: «Многие не хотят знать историю своего детства и не догадываются, что именно то, что было заложено в детстве, предопределяет их поступки. Они не догадываются, что стараются избегать опасностей, которые действительно когда‑то были реальными, но уже давно не являются таковыми. Зачастую душевная драма детства настолько глубоко загнана внутрь, что человек вполне способен сохранять иллюзорные представления о своём якобы счастливом детстве». Так вот! Мы не ищем правых или виноватых. Мы просто рассматриваем модель поведения увлечённой девушки в случае обмана со стороны объекта увлечения.

Вернёмся к началу нашего разговора. Девушка в сердцах кинула страшную угрозу, но ведь не предпринимала ничего, чтобы исполнить её. Я права? Ты жива, здорова, имеешь образование и достаточно сильный характер. Из всего перечисленного можно сделать вывод: тебя не избивали, не травили, на цепи не держали. Что ты ещё хотела от человека, неродного тебе? Просто помни: ты такая, какая есть, благодаря тому, что рядом были именно эти люди и происходили именно эти ситуации. Будь что‑то не так, передо мной находилась бы иная девушка! Да! И не факт, что та, другая, выжила бы при досрочной инициации.

Чем дольше говорила вед/ма/ми, тем ниже Злата опускала голову и тем ярче становился румянец на её скулах. Дарина обняла сестрёнку и легко поглаживала по спине.

— Значит, всё это время я зря обижалась на Албелу? Напрасно подозревала её?

— Разве я сказала, что ты неправа? — слова магессы Альферац, казалось, запутали девушек. — Мы просто оценили ситуацию. Взглянули на неё, увиденную маленькой девочкой, с высоты опыта взрослых людей.

Сёстры ошарашенно смотрели на врача, а та мило им улыбалась. Затем как‑то по‑бабьи всплеснула руками:

— Ах вы, любопытные Варвары! Заставили меня саму нарушить своё же предписание! — и ведьма погрозила им пальцем.

— Какое? — пролепетала Злата, ещё не пришедшая в себя.

— Никаких нагрузок, в том числе и эмоциональных! Пациентка, марш отдыхать! До обеда запрещаю даже заниматься!

— А Дарине помогать можно? Ведь со скуки с ума сойти можно! Я не буду ничего учить, только проверять по учебнику её знания!

— Можно! Идите, девочки, — как родным, улыбнулась им хозяйка. — Я до вечера в госпиталь. Если что‑то будет нужно, Фаня поможет!