Глава 18 Каждому сыну котомку за спину? Или: Век живи — век учись.

Учитель должен обращаться не столько к памяти учащихся, сколько к их разуму, добиваться понимания, а не одного запоминания.

Фёдор Иванович Янкович де Мариево

Хайдуты

Трое молодых людей молча вошли в комнату. Каждый без слов прошёл к намеченной цели. Одна тонкая фигурка юркнула к зашторенному окну. Вторая, стройная, явно девичья, направилась к артефакту чистоты. Третий — судя по силуэту, мужчина, — ловко крался вдоль стен, что‑то проверяя.

Девушка распахнула шторы и раскрыла створки на окнах, впуская в помещение свет и свежий воздух. Резкий звук хлопнувшей материи заставил обернуться её сопровождающих. Ворвавшийся ветерок поднял невесомую пыль, которая заплясала, искрясь в лучах ворвавшегося солнца. В его свете стало понятно, что домой вернулась хозяйка и привела с собой гостей…

Злата обернулась к друзьям. В глазах её стояли слёзы. Дарина бросилась к сестре.

— Успокойся! — обняла расстроенную подругу кадет. — Мы понимаем, как тяжело возвращаться в пустой дом.

— Фил, а ты не в курсе, что по деяниям Албелы выяснили? — смахивая со щеки побежавшие слезинки, спросила младшая сестра.

— В принципе, за ней ничего криминального нет. Только давление на тебя, — присаживаясь на диван, отчитался побратим. — А что?

— После разговора с магессой Сиррой Альферац я часто думала… — промямлила Злата.

— Да ты что, — съязвил старший брат. — У тебя на это было время?

— Да ну тебя, — заулыбалась девушка. И, показав язык, добавила: — Злой ты! Брошу я вас. Бегайте сами по усадьбам!

— Подеритесь, а я посмотрю! — рассмеялась Дарина. — Жаль, ставки нельзя сделать! Я бы на младшенькую поставила!

Хайдуты зафыркали. Настроение их начало резко улучшаться.

— Так что ты там надумала? — усмехнулся старшой.

— Могу я попросить руководство СОПП рассмотреть её действия не как давление, а как попытку опекуна превысить полномочия?

— Хм! Ну, это надо посоветоваться с дедом или отцом. Вернёмся в поместье, пообщаемся.

— Вместе?

— Вместе! Я твои мысли читать не научился. Так что свои доводы будешь сама обосновывать.

— Замечательно! Я сейчас чай поставлю, а вы пока другие комнаты проверьте.

Злата метнулась на кухню, по дороге громко выкрикивая:

— Домовой! Домовой! Пообщайся со мной! Дам я крынку молока и кусочек пирога!

Старшие хайдуты иронично переглянулись.

— Ребёнок, — пожала плечами Дарина.

— Ну да. Ей не хватало вот таких открытых хулиганств. Как недопочемучила, так и недохулиганила! — улыбаясь, резюмировал Фил.

Вдруг крик Златы заставил обоих кинуться туда, откуда раздался вопль сестры.

Злата

Выставила на стол молоко в кувшинчике, кусок пирога на тарелке и начала заниматься чаем. Пока доставала из шкафчика чашки с блюдцами, стол опустел. Моему возмущению нет описания, я даже задохнулась от затопивших меня эмоций.

— Эй! Это наглость! Я предлагала пообщаться за угощением, — не смогла сдержать свой гнев и повысила голос. Однако реакции на мои слова не последовало. — Верни посуду и проявись! Проявись! Приказываю!

Я даже топнула, как ребёнок. Конечно, мне было обидно: я тут распинаюсь, а этот сгусток энергии мерцает от хохота. И нет! Я не ошиблась. Чётко вижу, как в закуточке под самым потолком этот нахалёнок давится смешками. Уставилась на него, так он с хихиканьем и шорохом «испарился». Весельчак! Зато на столе проявились пустые тарелки и кувшин.

— Вот я тебе! — погрозила кулаком в тот угол, где раздавались звуки. И что вы думаете? Шуршание, постукивание и шелест начали раздаваться со всех сторон.

— Ах ты, проказник! — кричала я, крутя головой и пытаясь ориентироваться на звуки. Этот затейник то ли умел рассылать свои фантомы, потому что то тут, то там мелькал его отблеск, то ли передвигался с такой скоростью, что у меня голова начала кружиться, а в глазах уже начинало всё рябить.

Друзья ворвались на кухню как торнадо и застыли, не зная, чем помочь мне. Да и я уже начинала злиться по‑настоящему…

— Играетесь? — осторожно уточнила Дарина.

— Издевается! — сердито пропыхтела я.

— Может, молока ещё хочешь, уважаемый Домовой? — громко предложил Фил.

— Легче у ведьмы узнать, как прогнать этого озорника и пригласить другого! — ехидно пропела во мне юная язвочка и хозяйка дома в одном лице.

— Негоже дому Духа менять, Хозяйка! — проявилось озорное лупоглазое чудо. Тёмно‑русые, с ореховым отливом, волосы торчат во все стороны. Теперь точно знаю, как смотрятся мои обновлённые локоны. Серые глазки с хитринкой смотрят прямо в душу. А тонкие губы растянуты в весёлой и открытой улыбке — ну как на такого сердиться? Однако знаю, что улыбаться нельзя, иначе навсегда проказником останется. Откуда пришла подсказка? Не ведаю… Наверное, от мира…

Тряхнув головой, отогнала посторонние мысли в сторону. Нужно ответить этому неслуху:

— А над хозяйкой потешаться можно?

— Я покумекал, что мне надо представиться затейно. Буде серчать! — пробубнил Домовой. — Меня это, Фролом кличут. Дашь ещё молока с пирогом?

— А ты будешь нам помощником? — его круглые глазки, кажется, стали квадратными от моего вопроса. Он обернулся к моим хайдутам, а потом уставился на меня, ожидая разъяснений. А мне и не жалко. Пусть понимает, что его ожидает. Я указала на лукаво улыбающихся: — Это мои обережные брат и сестра.

Он внимательно посмотрел на меня, затем, прищурившись, на ближников. А потом внезапно покраснел:

— А я и так с вашим родом уже седьмой век коротаю. Я ещё маленький, — шаркнул ножкой Фрол.

— Вот и встретились два недохулиганивших! — рассмеялся Фил.

— Давайте чай пить, — выдохнула я и удивлённо распахнула глаза. На столе стали появляться блюда с пирожками и бубликами, вазочки с мёдом и вареньем. В лёгком ступоре пролепетала: — Там ещё молоко есть! Мечи на стол!

Как только кувшин с молоком появился на заставленном едой столе, Дарина быстро налила угощение в чашку и протянула Фролу со словами:

— Прими! Не побрезгуй!

Молоко исчезло, а довольный домовёнок озорно сверкнул на меня глазами:

— Хозяюшка! Ещё что хочешь?

— Пообщаешься с нами? — откликнулась я. Глядя на чинно присевшего хулигана, теперь я прищурилась: — А ты почему так странно начал знакомство?

— Ну… того, — засмущался этот чудик. — Этого! Скучно мне! Вы меня не звали, не привечали. Вот и пошутковал чуток. Да и силу твою проверил.

— Нервы ты мои проверил и выдержку! — вырвался из меня нервный смех. — Оказалось, ни того, ни другого нет!

— Так я чего‑то не подумал, что ты сейчас в кукловании, — повинился Дух. — Ничаво, Хозяюшка, научусь! Ежели захочешь и разрешишь, то попрошусь в ученики к патриархам, только не ярись!

Хайдуты переглянулись.

— Ты можешь покинуть дом? — вкрадчиво поинтересовался Фил.

— Токмо ежели Хозяйка дозволит и токмо вместе, ну или вослед ей.

— Мы в Корпусе обучаемся. Там опекает хозяйство Рачит. Мы заберём тебя с собой и познакомим с ним, — благосклонно пообещала Дарина, глядя на мой кивок.

— Надеюсь, у нас с ним сладится уговор, — в предвкушении потёр ручками Фрол.

— Нам он дал разрешение звать на помощь, — пожала плечами подруга, — уверена, что он не откажется от своих слов.

— Не! Ежели мы изрекаем, что сделаем, то опосля вспять не сдаём, — высказался домовёнок.

— То есть? Если ты сказал, что станешь моим помощником, то буду я ведьмой или нет, уже всё равно? — вырвалось у меня. Что бы там Сирра ни говорила, но надо признать, что я переживала.

— Вообще‑то, не булоб в тебе магства, ты б меня не углядела, а станешь ты магиней или ведьмой, мне без разницы.

— Тогда предлагаю сейчас отправиться в Корпус, а потом к деду, — взял бразды правления в свои руки Фил. — Тем более что после общения с ребёнком бесхитростным хочу повторно поговорить с нашим Домовым.

Ближники

День закончился суматошно. Злата познакомила Рачита и Фрола. Старый домовой оглядел воспитанника и забрал его, буркнув, что все разговоры — когда вернутся в общежитие. После ужина вся их команда оккупировала дедушку в библиотеке. Злата рассказала о своих мыслях по поводу мачехи, и Гер мо Ген ко Сэй пообещал подумать над этим вопросом. Девчата уже ускакали в свои покои на отдых, а Фил с дедом остались в библиотеке.

Юноша вкратце рассказал о молодом домовёнке. И мужчины задумались, почему их Дух не захотел общаться с ними. Когда вчера вечером хайдуты предложили ему угощение, то он повёл себя странно: поднос с лакомствами на глазах молодёжи накрыла белая салфетка, а дух дома так и не проявился. Чем семья могла его обидеть? Может, дело в том, что не было главы рода? Фил понимал, что переложил эту загадку на главу, но помочь мог только как компания и поддержка.

Встряхнув головой, отгоняя не совсем приятные думы, старший рода посмотрел на своего внука.

— Ладно, отложим эту проблему, — спокойно произнёс он, — тем более что наши женщины сегодня везде, где можно, расставили молоко с булочками. Народ Домовых Духов может быть в обиде на то, что мы забыли о них. Но мы же не хотели никого обижать, надеюсь, он простит когда‑нибудь нашу невольную ошибку.

— Мы же думали, что это легенды! Сказки! — импульсивно воскликнул младший маг.

— Вот и будем извиняться за своё невежество. Но сейчас не об этом. — Хлопнул рукой о подлокотник кресла старший собеседник. — Мы сегодня встречались с ректором Академии целителей. Так как он входит в совет гильдий, смогли решить ваши проблемы дополнительного развития без обходных манёвров.

— Дед, не интригуй, — взмолился внук.

— О, молодость, не торопись спешить зазря! Спешка хороша, когда промедление опасно.

— Дед! Тоже мне «старшее поколение»! Дразнишься, как посестримы! И вообще, — прибегнул к шантажу любимый внук, — я бабушке пожалуюсь!

— Ну ладно! Ладно, — рассмеялся великовозрастный проказник. — Так как вы все медитацию, спайку и видение каркаса магических потоков усвоили самостоятельно, то программу развития как целителей вам будут давать факультативно. Основной упор даётся на самообразование. Временных рамок нет, но и тянуть не стоит. Рапорт о готовности к тестам‑испытаниям подаёте мне. Проводить их будет лично ректор Академии целителей. Практику будет курировать Док. Он уже пообещал, что будет гонять вас, как чьих‑то коз, а работать будете, как кони! И вертеться, как белки в колесе! Кажется, благодаря вам служба охраны прав и порядка превратится в цирк!

Смех мужчин гулко разлетался по засыпающему дому. А домовой смотрел на них, купался в тёплых эмоциях и думал: «Простить? Не простить? Утро вечера мудренее!»

А утро у Фила, как Злата выражается, началось странно. Зная каверзный характер своих наставников, да и сёстры от них далеко не ушли, чтобы подольше спокойно поспать, он закрыл вечером дверь спальни на щеколду. А проснулся от аромата какао и любимых огромных конвертиков из слоёного теста со сливочной начинкой. Родные всегда посмеивались над ним из‑за его пристрастия к сладким вкусняшкам и обзывали в шутку «маленьким сладкоежкой».

Первый взгляд был, конечно, на прикроватную тумбочку, где стоял поднос с завтраком, а потом мозг проснулся, глаза удивлённо рассмотрели весь натюрморт, и взгляд метнулся на дверь. Та была закрыта. Процесс осознания включился достаточно быстро:

— Спасибо, уважаемый! Приглашаю присоединиться к угощению! Беседа с мудрым разумным для меня будет очень приятна.

В комнате сгустилась дымка, из неё «вышел» Домовой. Чёрные волосы и ярко‑синие круглые глаза. Фил уже отмечал, что на Террии Домовые духи имели ярко выраженные черты принадлежности к роду, почему же у ведьмы Фаня не был на неё похож?

— Здрав будь, молодой хозяин! — вырвал его из размышлений приятный баритон.

— Как я к вам могу обращаться? — видя ироничный взгляд собеседника, Фил заторопился: — Не подумайте, что я заставляю назвать своё имя! Просто прошу обозначить, как мне правильно вас называть.

— Лад меня зовут! — усмехнулся опекун Рода. — Прав твой старший родич! Обиду нам причинила ваша короткая память. Но ежели вы потомков будете воспитывать в уважении к традициям, то неважно, с магией они будут или нет, оберегать будем. Дозволяю всем родичам моё имя назвать. Спасибо скажи своим обережным сёстрам. Смешливые они у тебя. Весь вечер учили наши слова. Хохотушки.

— Благодарствую, Лад! — склонился в лёгком поклоне Фил. А потом они ещё долго и неторопливо завтракали.

Хайдуты

Месяц практически закончился. Диагноз «гипермнезия» Злате не сняли. Зато ей разрешили физические нагрузки. Но Док на всех нагнал страху для приличия, чтобы измывались над девочкой без фанатизма.

Все поместья, где планировали побывать, посетили. Везде с домовитыми духами познакомились и представили их хозяевам. Рачит, как патриарх народа, принял на себя ответственность за обучение молодых домовят. Надо было видеть, как хохотали архимаги. В Корпусе открывается направление развития Духов. Как будет теперь звучать? Академия Духов и Корпуса СОПП!

И надо было видеть, как слетело их веселье, когда Рачит объявил им, что его народ видит неинициированных ведьм. Домовята искренне повеселились, глядя на то, как великие маги начали искать, чем можно заинтересовать домовитых духов, чтобы они сотрудничали с руководителями гильдий и помогали найти не вошедших в силу ведьм. В ответ пообещали, что людям аккуратно дадут знания о хранителях рода.

Так как гриф «секретно» снимать пока не будут, приняли решение дополнить занятия по истории Террии легендами и этикетом общения с Домовыми. Причём начинать изучать эти правила учтивости решили на нулевых ступенях, то есть на подготовительных курсах общего развития в городском цехе учёных. И брать на заметку тех детей, кто будет задавать дополнительные вопросы. Почему?

Потому что только те, кто увидит Домового, будут задавать вопросы, не озвученные в программе. Как сказал Фрол: «Не булоб в тебе магства, ты б меня не углядела»! Нет! Не подумайте плохого. Право пройти инициацию ни у кого не отбирают. Но наставники уже не потеряют ведьм.

Учебники из Академии целителей хайдуты получили и схватились за головы! Им выдали не только книги, но и план, что и в какую очередь учить по блокам.

Первый блок: лекарская биология и общая генетика; анатомия и физиология человека; лекарская и биологическая физика с основами высшей математики.

Второй блок: гистология, эмбриология, цитология; микробиология с вирусологией и иммунологией.

Третий блок: патологическая анатомия и физиология; введение в курс внутренних болезней; основы психологии.

Четвёртый блок: диагностика и терапия; внутренние болезни; неврология; травматология и ортопедия; психиатрия и наркология; медицинская психология.

Пока не сдашь все тесты‑испытания по одному блоку, к следующему переходить не имеешь права. В общем, весело будет всем. Девушки, узнав обещание Дока, дали встречный обет: «По всем возникающим вопросам при обучении на целителя обращаться только к куратору, чтобы на практике не говорил, что они что‑то упустили»!

В гостиной поместья ко Сэй для молодых учащихся выделили мягкий уголок и маленький журнальный столик. Целый день они сидели за учебниками, причём Злата гоняла старших хайдутов, не щадя их чувств и самомнения, а вечером приходил Док, и вся компания исполняла обещание сестёр. Куратор скрипел зубами и терпел. Лад похихикивал над юными заучками и постоянно их подкармливал.

В это же время произошло ещё одно событие. Фил пожаловался целителю на младшую сестру. Рассказал, как она беспощадно их мучает, используя свои преимущества. И посетовал, что если бы было зелье, которое подстегнуло бы работу мозга, то… А через неделю они с Дариной стали подопытными кроликами.

Зелье работало только при условии наличия очень странного артефакта‑катализатора и усиливало запоминание и хранение в памяти. Но на следующие сутки у молодых людей были ноющие головные боли, которые не поддавались никакому лечению.

Однако упёртую молодёжь это не остановило. Так что к окончанию месяца неформальные студиозы были готовы писать рапорт на тесты‑испытания по всем четырём блокам. А Док продолжал усовершенствовать такое полезное изобретение.

Руководство СОПП приняло ходатайство Златы ко Мара по её опекуну Албеле тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, но решение по нему решили принять после очной ставки опциона с задержанной. Ответственный за безопасность опциона — старший детектив Нур ко Сэй. Командир группы опционов Фил мо Сэй ко Сьян и опцион Дарина ко Ран являются наблюдателями через визор и ответственны за фиксацию на кристалл всех событий встречи.