Академия Проклятых: не ставь на изгоя

Письмо пришло в пятницу.

Плотный конверт цвета старой кости, с печатью из черного воска, лежал в нашем облезлом почтовом ящике между рекламой пиццерии и квитанцией за воду. Я держала его двумя пальцами, как держат чужое, и смотрела на свое имя. Чернила отливали синим и зеленым одновременно, как перо дрозда.

Ева Нечаева. Академия Высшего Света. Зачисление.

– Мам, – позвала я, поднявшись на четвертый этаж и открыв дверь.

Из кухни ответил холодильник.

Мамы не было. По пятницам ее не бывало никогда: она работала в регистратуре до семи, потом шла с коллегами в бар на углу, а потом иногда не приходила совсем, и я знала, что в такие ночи она на Лесной улице, в квартире, о существовании которой мы обе делали вид, что не знаем. В прихожей висела ее синяя куртка. Значит, заходила и переоделась.

Я открыла конверт сама.

Внутри был лист хорошей плотной бумаги и текст, официальный до скуки. «Настоящим подтверждаем принятие Евы Нечаевой, носительницы дара отражения, на первый курс с зачетом уровня...» Дальше шли условия, дата заезда, список вещей: три комплекта одежды, обувь для практикумов, никаких зеркал, привезенных из дома.