Умный поиск по описанию

На частоте 87.3 никто не вещает уже двенадцать лет. Я слышу там голос, который называет меня по имени и предупреждает о том, что случится завтра. Пока он не ошибался ни разу. Инженер, которого прислали проверить мою аппаратуру, послушал запись и побледнел. Потому что голос на пленке – его собственный. Только он никогда этого не говорил. Завтра голос назовет его имя. И дату.

Где проходит грань между "кажется" и "есть"?Может ли быть что "поверить правде"окажется сравнимо с "убить человека"? Примечания автора:рассказ писался для дуэли в Стеклянном Тире2-е место в конкурсе "Выше звёзд"Автор: Герда (https://author.today/u/gerda/works)Название: Александра, 2018 (https://author.today/work/22023)Конкурс: "Выше звёзд" (https://author.today/post/410359)Плейлист:Dissociactive vs Manifold — RNKHGhost Signal — Put On TourDirty Saffi & Synthetik Chaos — Chicken Sequencer Country (Dirty Saffi Remix)Antagon — Bird BrainГолос: Дмитрий Кузнецов (Rick_TT — https://sonicraft.ru/)Год записи: 2023Озвучка: Дмитрий Кузнецов, проект StoryCast. Источник и другие выпуски: storycast.ru и vk.ru/storycast

Ника Дорн по уши в долгах, и жить ей осталось ровно до того дня, когда Картель придет за платой. Последний шанс – купить на аукционе списанный звездолет, содрать с него броню и жилы, сдать на лом. «Объект девять» уходит с молотка почти даром: класс «останки», реактор мертв, документы утеряны. Никто не хочет с ним возиться. Никто не знает, что под тремя слоями заваренной обшивки бьется сердце последнего звездного дракона. Стоит Нике коснуться его – и мертвый корпус просыпается, стены начинают дышать, а по следу уже идут ловчие корпорации «Гелион», три века истреблявшей драконов ради их костей. Теперь у беглянки есть крылья, древний голос в голове и одна маленькая деталь: чтобы вьюрн взлетел, ему нужно живое человеческое сердце. Ее сердце.

Восемь лет назад Аня уехала из чужого города с разбитым сердцем и маленькой тайной под сердцем. Она вычеркнула его имя, сменила номер, научилась быть сильной за двоих и вырастила сына одна – без единой строчки от того, кого когда-то любила больше жизни.Артем Ковалев стал тем, кем обещал: холодным, богатым, привыкшим покупать все, что захочет. У него есть компания, репутация и пустая квартира с видом на реку. Только однажды в осеннем парке он видит женщину, которую запретил себе вспоминать. А рядом с ней – четырехлетний мальчик с его глазами, его упрямой складкой у губ, его именем в детской ладошке.Он не знал. Все эти годы он просто не знал. И теперь у Ани есть три секунды, чтобы решить: солгать еще раз или впустить в их с сыном мир человека, который однажды уже ее предал. Роман о цене молчания и о любви, которая не спрашивает разрешения. 16+

Соня Гринева ненавидит своего соседа по столу так искренне, что коллеги делают ставки, кто из них уволится первым из-за другого.Егор Стрельцов включает музыку без наушников, ест шумные чипсы на важных созвонах и раз в неделю присваивает себе чужие идеи на планерке. Соня терпит это восемь часов в день ради должности, за которую боролась три года.Спасение приходит вечером, в анонимном корпоративном чате для жалоб под ником Кот, который слушает ее истории про несносного соседа, шутит именно там, где нужно, и за две недели переписки становится единственным человеком, которому она рассказывает правду о своем дне.Кот не знает, кто она. Соня не знает, кто он. Оба уверены, что нашли идеального собеседника где-то за пределами своего невыносимого офиса.А потом отдел кадров объявляет, что Соню и Егора закрепляют партнерами на главном проекте квартала, и кто-то из них двоих вот-вот узнает, с кем на самом деле переписывался последний месяц.

Ленинград, 1980 год. В коммунальной квартире на Фурштатской улице после смерти старейшей жилички бабы Нюры появляется новая соседка — грузная, красномордая Никитична, и вскоре начинают гибнуть обитатели: сначала кот Мордехай, затем добрейшая Евдокия Ниловна, за ней — грузчик Коля Матрос и почти вся еврейская семья Буберманов. Единственный, кто чувствует исходящую от новой жилички смертельную угрозу, — старый говорящий попугай Керзон, переходящий из комнаты в комнату как переходящее знамя. Птица пытается предупредить людей выученными фразами, но никто не понимает её отчаянных сигналов. Когда гибель грозит уже всем оставшимся, Керзон ценой собственной жизни разбивает клювом стену и выпускает призрак расстрелянного нэпмана, который расправляется с убийцей. После смерти Никитичны соседи находят в её комнате склад краденого дефицита, а в стене — клад золотых червонцев, который делят поровну. Рассказ сочетает бытовой сюрреализм позднесоветской эпохи с детективной интригой, где безмолвным героем становится маленький пернатый свидетель человеческих трагедий.Автор: Майк Гелприн (https://author.today/u/mgelprin/works)Название: КоммуналкаYouTube-канал автора: https://www.youtube.com/@mikegelprin682Плейлист:Trilingo — KalixFlembaz — LubrsuneAlic — The HostTroy Polygon — Der Rote StierMyda — OfftopicDaana — Nice To Meet YouГолос: Дмитрий Кузнецов (Rick_TT — https://sonicraft.ru/)Год записи: 2026Озвучка: Дмитрий Кузнецов, проект StoryCast. Источник и другие выпуски: storycast.ru и vk.ru/st

Космическая вспышка выжгла всю электронику, и человечество откатилось к ламповым машинам, керосинкам и голубиной почте. По крайней мере, так гласит официальная версия. Крюгер месяцами скитался в поисках работы и вдруг сорвал джекпот: место в закрытом Секретном отделе социальных сетей загадочной корпорации FriendConnect. Работа мечты. Вот только на входе его штрафуют еще до трудоустройства, требуют указать возраст несуществующей собаки и вручают пять пыльных фолиантов инструкций. За стеклянными стенами творится тихое безумие. Лайки рисуют кистью на холсте, репосты проводят через рубильники и юридический отдел, а простое сообщение неделями путешествует по кабинетам, пока его согласуют семь инстанций. У Крюгера всего один подопечный, некий Китен Гриф, и наблюдать за ним предстоит буквально круглосуточно. Странная фирма, абсурдные правила и назойливое чувство, что время внутри офиса течет совсем не так, как снаружи. А потом на мониторе вспыхивает фраза, которой там быть не должно: «ты живешь в иллюзии». Нервный сослуживец шепчет про Сопротивление и про то, чем на самом деле является этот офис. Крюгеру в руки попадает запрещенное устройство, способное напрямую заговорить с человеком по ту сторону экрана, в обход всех проверок. Но за каждым сотрудником следят, а тех, кто задает лишние вопросы, тихо стирают, будто ненужный файл. Один промах, и от Крюгера не останется даже строчки кода. Что скрывает корпорация, которая штрафует за человечность и держит своих работников в неведении о

Он уснул на двести лет и проснулся в мире, где все счастливы по расписанию. Идеальный город лежит правильным кольцом: белые кварталы, бесшумный транспорт, красивые люди, которые улыбаются ровно на полторы секунды и никогда не повышают голос. Здесь не болеют, не спорят и не плачут громко. Журналист Эрик Лангрен верит своим глазам ровно до тех пор, пока не замечает: за идеальным кольцом стоит серая стена, вдоль нее скользят патрульные дроны, а в его собственном зрачке живет столбик цифр, назначение которого ему так и не объяснили. Работу ему подобрали удобную, архивы открыли гостю лишь наполовину, а всякий острый вопрос упирается в вежливое «недоступно для вашего класса допуска». А потом умирающий мастер психологии Джозеф Колиман нанимает его на неделю. Всего одна просьба: вести честную хронику. Ради нее старик уводит Эрика за карту, в дикий лес, где под мхом еще лежит трасса из прежнего мира и ржавеет чужая машина с окаменевшими очками на панели. За периметром живут имитаторы, существа без души, так учат в городе. Но человек, которого они встречают в чаще, годами полирует большим пальцем деревянный кругляш и в бреду зовет женщину по имени. Механизмы так не делают. Либо Эрик за годы работы разучился отличать живое от мертвого, либо ему целый месяц врали в лицо, стерильно и с той самой полуторасекундной улыбкой. Кто на самом деле следит за героем и почему из всех спящих позволили проснуться именно ему? Что прячет архив идеального мира и откуда за каждым словом старика тянет поро

Кабинет нотариуса пахнет пылью, дубом и чужими деньгами. Зеленая лампа, тяжелые панели, сургучная печать на конверте – и два человека по разные стороны стола, которые видят друг друга впервые в жизни.Артем Ворожцов приехал вступить в наследство: заводы, холдинг, имя отца. Вместо этого он слышит условие, от которого хочется рассмеяться или разбить окно. Империя достанется ему только вместе с женой. Не любой. Вот с этой – с незнакомой девушкой в дешевом пальто, которая сама не понимает, что она здесь делает.Соня Гринева пришла на встречу, думая, что речь о старом долге ее матери. Она не собиралась выходить замуж за человека, который смотрит на нее как на строчку в договоре. Год. Контракт. Отдельные спальни. Никаких чувств – так они договорились, и оба почти поверили.Но покойный старик знал что-то, чего не знают они. И каждый пункт завещания оказывается ловушкой, расставленной с любовью.Сколько выдержит договор, если люди в нем начинают дышать в такт? 16+

Детектив Марк Холлоуэй расследует смерть профессора Рузвельта Китенмана, изучавшего природу сознания. Официальная версия однозначна: самоубийство. Вот только человек, который за неделю до гибели подал заявку на патент, а накануне снял со счета все сбережения, не похож на того, кто собрался умирать. А еще эта улыбка на губах мертвеца. Точно такая же, как у других ученых, ушедших слишком тихо и слишком спокойно. Чем дальше Марк тянет за ниточку, тем страшнее то, что открывается. Странный вердикт беспристрастной судебной системы, оправдавшей явного убийцу. Старый друг, лингвист Джеймс Торнтон, создавший программу, которая вскрывает тайные инструкции внутри любой идеи. И теория, от которой стынет кровь: мемы Докинза не метафора, а настоящие информационные паразиты, что живут в нашем мозге и правят нами куда чаще, чем мы готовы признать. Философский зомби. Существо, которое ведет себя как человек, говорит, спорит, любит, но внутри у него пусто: ни искры, ни того самого чувства, которое каждый из нас называет словом «я». Что, если таких вокруг больше, чем кажется? Что, если однажды ты посмотришь в зеркало и не найдешь там никого? Марк подбирается к правде, ради которой уже погибли лучшие умы. И платят за нее всегда одинаково. Продолжение рассказа «Пациент номер четыре». Научная фантастика на стыке детектива, философии и экзистенциального ужаса, где каждый ответ порождает вопрос пострашнее. Ты уверен, что твои мысли принадлежат тебе?

Только она умела так хмурить бровь и бросать мимолетный взгляд на интересующего ее человека. Короткая вспышка зеленого магния из-под полуопущенных ресниц, а далее… напускное равнодушие, надменность и холодная неприступность на лице. Я видел, что заинтересовал ее, но и она поразила меня в самое сердце. Прошлое невозможно вернуть, но эта девушка была так невероятно похожа на мою жену, что я растерялся. Смотрел на нее не отрываясь, беззвучно шевелил губами, произнося когда-то такое дорогое для меня имя — Лиза, Лизонька…Автор: Григорий РодственниковНазвание: Список, 2021Издание: Крафтовый литературный журнал «Рассказы» (https://kraftlit.ru/)Выпуск: Спецвыпуск «Слишком много роботов» (https://kraftlit.ru/shop/slishkom-mnogo-robotov)Музыка: Magic & Witchcraft - SpiralГолос: Дмитрий Кузнецов (Rick_TT — https://sonicraft.ru/)Год записи: 2022Озвучка: Дмитрий Кузнецов, проект StoryCast. Источник и другие выпуски: storycast.ru и vk.ru/storycast

Люди всегда хотят добиться большего. И чем больше человеческие амбиции, тем серьезнее последствия. И, даже если никто этого не осознает, последствия всегда наступают, а расплачиваться придется тем, кто будет после. Даже если после людей уже не будет...Озвучка: Дмитрий Кузнецов, проект StoryCast. Источник и другие выпуски: storycast.ru и vk.ru/storycast

Два года назад самолет Игоря Стрельникова пропал над тайгой, и комиссия официально признала его погибшим. Анна похоронила мужа без тела, продала квартиру, полную его вещей, и начала новую жизнь в тихом городке, где никто не знал ее прошлого. Она встретила спокойного, надежного Олега и почти поверила, что боль осталась позади. Пока однажды вечером ей не позвонили с номера, который она сама стерла из телефона два года назад. Пока на пороге не появился конверт, надписанный знакомым почерком: «Ты не должна была выходить замуж второй раз». Пока во дворе, под дождем, не возник силуэт, разворот плеч которого она узнала бы даже с закрытыми глазами. Мертвые не звонят и не пишут писем. Значит, кто-то методично и жестоко играет ее прошлым, зная о нем слишком много для случайного совпадения. Или Игорь действительно жив, и два года назад все, во что она поверила, было тщательно срежиссированной ложью. Анне предстоит выяснить это раньше, чем игра, начатая кем-то в темноте, дойдет до финала, который может стоить ей новой жизни, а то и самой жизни.

Ника Соловьева думала, что худшее в ночную смену это уснуть над каталогом. Но однажды за золотым мотыльком с бумажными крыльями она уходит к стеллажу, которого нет, и берет в руки книгу, что светится изнутри маминым почерком. Мама пропала двенадцать лет назад. А теперь выясняется, что она была девятой, кого выбрала «Книга без переплета», и ни один из читателей не дописал ее и не вернулся домой. Междубиблиотека, где истории живые, ждет последнюю строку. Гниль тянет дымные щупальца из недописанных миров, а по следам избранных идет Правщик, который стирает их начисто вместе с историей. Цена простая: год жизни за каждое написанное слово. У Ники есть дар дописывать чужие судьбы и одна ночь до рассвета, чтобы понять, спасает она чужую книгу или заканчивает собственную.

Правило номер один: не влюбляйся в человека, который знает все твои триггеры.Я пришла к Илье Северскому разбираться с тревожностью и паническими атаками. Не за тем, чтобы замечать, как он наклоняет голову, когда слушает. Не за тем, чтобы думать о нем между сессиями. Совсем не за тем.Он профессионален, внимателен и держит дистанцию так железно, что я начинаю воспринимать это как вызов. Это нездорово. Я знаю. Он тоже знает - и именно поэтому однажды говорит, что вынужден направить меня к другому специалисту.Причина: конфликт интересов. Его слова. Не мои.Это означает ровно то, что я думаю? Или я снова интерпретирую мир так, как хочу его видеть? Вот тут-то и начинается самое сложное: когда не знаешь, где граница между терапией и жизнью - и стоит ли ее вообще искать.

Полгода назад над каждым человеком на планете зажглась табличка: имя, уровень, класс, шкала здоровья. Мир бросился качать характеристики, спорить о редкости классов и делить дворы по рейтингу. Демка Воропаев из шиномонтажки на объездной сначала обрадовался – думал, хоть какой-то шанс вырваться из ямы под машиной. Не вышло: над его головой не загорелось ничего. Ни имени, ни уровня, ни строчки. Для Системы он будто не существует. Зато Система существует для него – только видит он не характеристики прохожих, а изнанку: серые панели с надписями «Недостаточно прав», кнопки [Изменить], [Выдать эффект], [Сбросить кулдаун], которые не нажимаются. Будто ему выдали учетку администратора и тут же обнулили все права. Пока весь город качает уровни в рейдах на новых тварей из леспромхозовской чащи, Демка пытается понять, зачем Система дала ему доступ, если не дала силы им пользоваться – и почему за его гаражом кто-то методично стирает следы точно таких же, как он, «нулевых». Первое разрешенное действие приходит не вовремя и не туда, куда он целился. Но оно приходит – и после этого назад дороги нет.