Некромант который пытается стать хорошим и у него не получается

Скелет держал фиалку так, будто цветок вот-вот вцепится ему в глотку, — хотя глотки у скелета, разумеется, не было уже лет тридцать.

— Не сжимай, — терпеливо сказал я. — Корни. Ты раздавишь корни. Мы это уже проходили, Барт.

Барт был самым сообразительным из моей команды, потому что при жизни служил здешним могильщиком и до сих пор смутно помнил, с какого конца берутся за лопату. Он повернул ко мне череп и уставился пустыми глазницами, в глубине которых тлел слабый зелёный огонёк. Это горел я — точнее, моя воля, которую я третий час подряд тратил на то, чтобы научить дюжину покойников сажать цветы вместо того, чтобы, как им хотелось, кого-нибудь придушить.

— Хор-рошо, — проскрежетал Барт. Голос у него был как ржавая петля. — Сажать. Не душить. Понял, хозяин.

За моей спиной раздался треск. Я обернулся. Двое других скелетов, вместо того чтобы разрыхлять землю под клумбу, добросовестно выкопали чей-то гроб и теперь с гордостью держали его на весу, будто принесли мне подарок ко дню рождения.