В усадьбу Каменный Брод Аглаю привозят из приюта в шестнадцать лет, вписывают в ведомость под номером и определяют в нижние комнаты. Господ она видит только со спины и приучена не поднимать глаз.

Через семь лет усадьба переходит наследнику. Граф Дмитрий Радомирский возвращается с войны с хромотой, с орденом и с привычкой не доверять никому в собственном доме, потому что кто-то из этого дома писал доносы на его отца.

Аглая единственная, кто говорит ему правду, и первая, кого он начинает слушать. Управляющий этого не прощает, соседи считают дни до его помолвки с богатой невестой, а по губернии уже ползет слух про графа и его горничную. У Аглаи нет ни имени, ни приданого, ни права на такую любовь. Есть только доказательство того, что случилось с его отцом, и оно стоит ей жизни.

От автора

Я долго собирала описи прислуги старых усадеб. За каждым номером в ведомости стоял человек с целой судьбой, о которой никто не написал ни строчки.

Характеристики

ЖанрИсторический любовный роман

Ещё жанры Драматический любовный роман, Исторические приключения

ФормаРоман

СтатусЗавершена

Главы12

ЯзыкРусский

Время чтенияоколо 2 ч

Объём142 625 зн.

Добавлено07.08.2026

Завершена14.08.2026

16+ Содержит: АлкогольСцены насилия

Позиция и прогресс

№5 в категории «Исторический любовный роман»из 6 книг · по активности, оценкам и просмотрам = за неделю Весь жанр →

Изабелла Тернова

Серебряный автор

6 книг · 1 подписчик · 5.0

Автор 265 Блогер 40

Изабелла Тернова пишет о женщинах, которые однажды утром понимают, что жили в чужом сценарии. Пятнадцать лет она проработала в семейной медиации, слушая, как ра…

Все книги автора →

Поддержать автора

Нравится книга? Угостите автора — это мотивирует писать дальше.

Кофе автору 100 ₽ Бублик книге 150 ₽

Другая книга · популярное в жанре

Наследие утераного солнцаАгнес ГооИсторический любовный роман

Я дочь придворного звездочета, я умею считать затмения на годы вперед, но за двадцать три года...

Открыть книгу

Как это читается

В нижних комнатах вставали в четвертом часу, и Аглая поднималась первой, потому что войлок ее лежал у самой двери и на нее тянуло холодом из сеней.

Она обмотала голову платком, сунула ноги в башмаки, которые за ночь не просохли, и вышла со свечным огарком в руке. Апрель в тот год был обманный. Днем текло с крыш, а к утру все схватывало обратно, и вода в кадке бралась ледком, который приходилось ломать костяшками.

Первое дело была ночная посуда. Аглая вынесла ведра к выгребу за поварней, вымыла, ополоснула снеговой водой, поставила сушиться дном вверх на жердь. Руки к этому времени уже ничего не чувствовали. Гореть они начинали позже, в тепле.

Второе дело была зола. Она просеяла ее через решето, залила кипятком в липовой кадушке и оставила отстаиваться на щелок. От щелока сходила кожа между пальцами, но полы в верхних комнатах мыли только им, иначе половица не отдавала серого.

Третье дело был воск. Дубовый пол в зале натирали суконкой, стоя на коленях, и на две сажени уходил час.