Двойное чудо для бывшего мужа

Кондиционер капал в пластиковый тазик из-под майонеза. Ровно, раз в четыре секунды. Света считала капли, чтобы не считать ничего другого.

— Живот открыли. Выше. Еще выше.

Инна Аркадьевна говорила, не поворачивая головы. Монитор стоял экраном к стене, и Свете доставался только синий отсвет на стеклах ее очков.

Гель был холодный. За окном стояло двадцать девятое июня, асфальт у крыльца к обеду делался мягким, и каблуки оставляли в нем ямки, как в пластилине.

— Жалобы.

— Задержка. Два месяца. И тошнит.

— От чего тошнит?

— От столовой, — сказала Света. — И от жары.

Врач молчала и водила датчиком.

Света лежала и заранее раскладывала по полкам все слова, которые сейчас услышит. Она была готова к яичникам. Была готова к гормональному фону. Была готова даже к кисте, потому что киста у нее уже была, слева, в позапрошлом году, и рассосалась сама, без всего.

Хуже всего она была готова к слову «возраст». Ей было тридцать четыре, и в карте, которую она сама принесла в регистратуру, лежали три протокола, две отмены и одна выписка, где чужим ровным почерком стояло: беременность неразвивающаяся, срок семь недель.