Алмазы Арабеллы

ПРОЛОГ. ПУСТЫНЯ ТЕНЕЙ

Стеклянная Пустошь, юго-западный сектор 3046 год, четвертый оборот после Летнего Солнцеворота

Сумерки на Новом Техасе — это не просто время суток. Это переход, граница между двумя состояниями бытия, когда сама пустыня, измученная дневным пеклом, наконец-то позволяет себе вздохнуть. Жара, что весь световой оборот плавила воздух, превращая дюны в гигантскую печь, с шипением уходит глубоко в песок, оставляя после себя лишь дрожащие миражи в памяти. На смену ей приходит холод — колючий, цепкий, пробирающийся под одежду и выстужающий кости. Ветер, пахнущий пылью миллиардов раздавленных временем камней и сухой травой, срывается с вершин дюн, заставляя песчинки танцевать в причудливых, едва видимых глазу вихрях.

Сварог, местное солнце, крошечный красный карлик, не спешит покидать небосвод. Он валится за горизонт лениво, грузно, словно старый, уставший ящер, который, прежде чем лечь, перебирает лапами, ища удобное место. В его последних, умирающих лучах каждая песчинка, каждый камень и каждый выступ скалы отливает густой, тягучей кровью. Этот цвет — цвет утрат и воспоминаний — наводит тоску даже на самых бывалых пустынников. Небо над головой уже налилось глубокой, бархатистой чернотой, и на нём, как драгоценная россыпь, одно за другим загораются звёзды. Они здесь совсем другие — не маленькие, мерцающие огоньки, а огромные, чужие, равнодушные алмазы, которые смотрят на мир с высоты вечности. Они были свидетелями рождения пустыни и будут здесь, когда от неё не останется и следа.