Проклятия Тёмного Лорда

Понедельник в современной Москве года всегда начинался одинаково: с тяжёлого вздоха, шёлкового шуршания чёрного постельного белья и глухого, утробного баса акустических блютус-колонок. Из динамиков, идеально вписанных в углы просторной шестикомнатной «сталинки» 1949 года постройки, лился меланхоличный похоронный марш в современной синтвейв-обработке. Тёмный Лорд Ониквелс лежал с открытыми глазами и созерцал высокий потолок.

За огромным окном, занавешенным плотными чёрными портьерами, бурлил утренний центр столицы, подпираемый безликими зеркальными высотками нового века. В правом углу спальни, прямо над карнизом, зашевелился паук Хорхе. Он недовольно повёл лапками, как бы намекая, что музыка мешает его утренней охоте.

— Не ворчи, Хорхе, — негромко произнёс Ониквелс, садясь на кровати. Его абсолютно гладкая, бритая налысо голова блеснула в полумраке. С его средним ростом (174 см) и подтянутым телосложением он выглядел как обычный, следящий за формой москвич. Если бы не серые глаза, в глубине которых, казалось, схлопывались далёкие звёзды из его родной, обратной вселенной.