Умный поиск по описанию

Девушка вбежала в мою чайную, светясь нежно зеленым, и с порога объявила, что влюблена сразу в трех стражников, продавца рыбы и, кажется, в мою входную дверь. Передозировка приворотного зелья, вторая за неделю в этом квартале. А чайная открылась только вчера, и я в жизни не заваривала ничего сложнее пакетика из супермаркета.Я умерла в своем мире помощником шеф повара и очнулась в теле внучки покойной травницы, оставившей мне лавку и свиток с рецептами, где вместо трав написаны судьбы: этот настой лечит от лишней любви, тот возвращает сон.Городская казна дает мне три дня, чтобы чайная начала приносить доход, иначе дом заберут за бабушкины долги. Сборщик податей, присланный проверять мою выручку, вместо протокола отчего то приходит каждый вечер за чашкой настоя от бессонницы.А на обороте последней страницы свитка обнаруживается запись не бабушкиным почерком, с именем человека, который двадцать лет назад забрал этот дом себе первым, а потом вернул. И я не уверена, что хочу знать, чем бабушка расплатилась за этот дом на самом деле.

На меже, между мирами, случайно встретились две простых женщины... Если бы на их месте были бы мужчины, то (скорее всего) жанр рассказа был бы "боевик"...

Ей сорок, и она пришла на свадьбу собственного мужа.Двадцать два года Марина Ветлицкая была женой Андрея – держала его дом, его репутацию и его руку в реанимации. Теперь он ведет к алтарю двадцатичетырехлетнюю Алису в белом платье, а Марину пригласили. Официально. С витым вензелем на плотном картоне: «Мы будем рады видеть вас». Она надела темно-синее, взяла бокал и вошла в зал, где триста человек ждали, что она заплачет.Она не заплакала. Она улыбнулась.Но лед – плохая броня, когда юная невеста вдруг подходит сама и говорит то, чего Марина не ожидала услышать никогда. Потому что Алиса пришла на эту свадьбу не за победой. И то, что она знает об Андрее, перевернет все: кто здесь жертва, кто охотник и чья это была идея – позвать бывшую жену.История о достоинстве, которое дороже мести. О женщине, которая думала, что ее жизнь закончилась в тот вечер, – и не заметила, как та началась.16+

16+ Двенадцать лет Марина знала запах его рубашек лучше, чем собственные духи. Стирала, гладила, застегивала верхнюю пуговицу перед важной встречей и верила, что этим держит их дом. Все кончилось в один вечер: чужая помада в кармане светло-голубой рубашки и чужой молодой смех в ее прихожей. Марина не устроила сцену. Она вымыла чашку, из которой пила другая, догладила рубашку и положила помаду обратно в карман. Он так и не полез туда. Дальше было обручальное кольцо, сданное в ломбард за одиннадцать тысяч четыреста, стойка приемщицы в химчистке, полуподвал в восемнадцать метров с окном под потолком и вывеска, написанная фломастером на листе бумаги. А потом позвонила та самая женщина. У Артема опухоль в голове, операция, и по бумагам, которые он оформил заранее, врачи выйдут в коридор с вопросом к одному человеку. К Марине. Убрать все и оставить его без речи или не трогать и оставить ему полгода разговоров. Решение принимать сейчас, там открытая голова. Роман о женщине, которая двенадцать лет отстирывала себя добела, о чужой правде, которую невозможно ненавидеть вблизи, и о письме, которое она писала двенадцать лет и оборвала на полуслове за два дня до чужой помады. Дописать его будет некому, кроме нее самой.

Двенадцать лет Марина Ковалева была тенью своего мужа. Не женой владельца строительного холдинга, а человеком, который по ночам сводил сметы, гасил скандалы с подрядчиками и знал каждый объект лучше главного инженера.Развод Сергей объявил между делом, за завтраком. Брачный контракт, квартира его матери, три чемодана и вежливая просьба не устраивать сцен при детях. Он был уверен, что все посчитал.Он не посчитал одного. В тот год, когда банк отказал ему в кредите, компанию на пару месяцев переоформили на жену. Юрист тогда сказал: подпишем обратно, как только пройдет проверка. Обратно так и не подписали, а бумага легла в папку, о которой Сергей давно забыл.Теперь у Марины есть выбор. Тихо уйти с тремя чемоданами, как ее просят. Или сесть в кресло напротив и впервые в жизни назвать свою цену.

Второй помощник Артем Ветров ушел в рейс в марте и не вернулся. Сухогруз пропал у чужих берегов, поиски свернули через полтора месяца, а еще через год суд признал его умершим.Настя носила траур ровно столько, сколько смогла. Потом были работа в две смены, ипотека, больная мать и Слава, который просто оказывался рядом три года подряд и ни разу не сравнивал себя с фотографией на полке.Она вышла за него в июне. А в октябре в дверь позвонили.Артем стоит на площадке. Худой, седой раньше срока, с чужими документами в кармане и шрамом через всю кисть. За семь лет он прошел через то, о чем не сможет рассказать ни ей, ни следователю. И все это время держался за одну мысль: она ждет.Теперь в маленькой квартире трое взрослых людей, которые никому не желали зла. И ни одного правильного решения на всех.

Марго просто хотела контент для TikTok. Свечи. Ритуал. Немного гламура. А получила — чужое тело, магию, замок без отопления и говорящего кота с отвратительным характером. Теперь она — Леди Морра Хладной Бездны. Последняя из древнего рода. И совершенно не готовая к жизни без Wi-Fi, мыла и здравого смысла. Ведьмовство, интриги Совета магов, охотник с подозрительно идеальными скулами — и всё это вперемешку с сарказмом, пожарами и попытками не сойти с ума. Ироничное фэнтези о магии, ребрендинге личности и том, как выжить в мире, где нет TikTok, но есть заклинания.

Марина Вешнякова пять лет разбирает в суде фальшивые аудиозаписи: ищет склейки там, где чужое ухо слышит ровную речь. Ее последняя экспертиза - запись перед несостоявшейся свадьбой, где невеста будто бы сама отказалась от брака и сбежала с чужими деньгами. Марина за одну ночь находит в файле три шва, которых там не должно быть. Утром она просыпается не в своей квартире, а в теле леди Авроры дан Кестрель, в шаге от храмового обряда, где Оракул Голоса заставит ее вслух повторить обвинение в клятвопреступлении. Если слова прозвучат из ее рта при свидетелях, магия выжжет клеймо предательницы навсегда. Марина не знает здешних законов и не помнит чужой жизни. Зато она узнает склейку, даже когда та спрятана в священной клятве: обвинение, которое ей велят произнести, кем-то дописано поверх настоящего текста. Кем и зачем, придется выяснить раньше, чем толпа в храме решит, что она виновна.

Восемь лет назад Аня уехала из чужого города с разбитым сердцем и маленькой тайной под сердцем. Она вычеркнула его имя, сменила номер, научилась быть сильной за двоих и вырастила сына одна – без единой строчки от того, кого когда-то любила больше жизни.Артем Ковалев стал тем, кем обещал: холодным, богатым, привыкшим покупать все, что захочет. У него есть компания, репутация и пустая квартира с видом на реку. Только однажды в осеннем парке он видит женщину, которую запретил себе вспоминать. А рядом с ней – четырехлетний мальчик с его глазами, его упрямой складкой у губ, его именем в детской ладошке.Он не знал. Все эти годы он просто не знал. И теперь у Ани есть три секунды, чтобы решить: солгать еще раз или впустить в их с сыном мир человека, который однажды уже ее предал. Роман о цене молчания и о любви, которая не спрашивает разрешения. 16+

Я, Ярослава, обыкновенная современная девушка и не подозревала, что можно так попасть…Мало того, что я проснулась в чужой постели, так еще и выясняется, что рядом храпит Кощей бессмертный, а я теперь И.О. бабы Яги. В моем, точнее, в ее доме на курьих ножках хозяйничает ворчливый домовой, местный княжич посматривает на меня с мужским интересом. А Елена премудрая и Василиса прекрасная не могут поделить жениха и требуют моей помощи обе разом. А мне? А мне домой надо, некогда с вами здесь… Вот только сейчас русалку спасу, спорщиц замуж пристрою и сразу назад. Ах да, самая малость, я же каждое утро просыпаюсь рядом с Кощеем, где бы я ни уснула накануне — с этим тоже надо что-то делать. А то я так и назад передумаю... Друзья, возрастной ценз книги не подразумевает жарких объятий, существует множество ситуаций, которые обязывают ставить 18 +. Ну а упоминание зелий, даже выдуманных автором, автоматически влекут за собой дисклеймер.

Веревка впилась мне в запястья раньше, чем я поняла, что это вообще мои запястья, а не финал провального сна перед защитой диссертации.Я очнулась на коленях посреди огромного зала, связанная, в теле знатной леди, которую обвиняли в попытке отравить собственного жениха, генерала драконьей крови с холодными янтарными глазами.Хозяйка тела ненавидела его так сильно, что полгода готовила месть за убитого брата, а мне, обычной аспирантке из другого мира, теперь нужно доказать невиновность, о которой я узнала пять минут назад из чужих обрывочных воспоминаний.Улика оказалась поддельной, зато на моей коже, там где генерал коснулся запястья, проступил золотистый чешуйчатый узор, которого прежде никогда не было.Вместо того чтобы отправить меня в темницу, генерал объявляет свадьбу сегодня же ночью, чтобы выманить настоящего заговорщика, и я понятия не имею, страшнее ли это плахи, которой я только что избежала.

Я должна была стать женой по переписке и тихо войти в чужой дом. Вместо этого топор просвистел у самого виска, едва я переступила порог поместья.Барон умер за неделю до моего приезда, оставив мне титул, гору долгов и троих детей, которые видят во мне чужачку и охотницу за наследством. Старший мечтает меня прогнать, средняя молчит, будто меня не существует, а младший прячется за нянькой при одном моем появлении.Управляющий дает три дня, чтобы доказать, что усадьба выживет под моим началом, иначе сосед заберет землю в счет долга, а детей отправят в приют на другом конце королевства. Три дня, чтобы стать хозяйкой дома, в котором меня никто не ждал и не звал.Но в запертом кабинете покойного мужа я нахожу портрет женщины с моим лицом, написанный за десять лет до моего рождения. И теперь я уже не уверена, кого должна спасти в первую очередь: усадьбу, детей или саму себя от тайны, в которую меня втянули без спроса.

Я лечила собак и котов, а не оборотней, но в ту ночь ко мне в клинику ввалился истекающий серебром альфа, и выбирать между вызовом скорой и спасением его жизни было уже некогда.Стоило мне коснуться его раны голыми руками, как между нами вспыхнула связь, которую волки называют истинной и о которой человеку знать не положено. Теперь я не просто ночная медсестра для животных, я угроза для целой стаи.У древнего закона простое решение: разорвать связь через смерть человека, пока она не закрепилась. На это у охотников есть три дня, а у меня в подсобке спит младший брат, который ничего не выбирал.Альфа предлагает бежать вместе и разобраться там, где нас не найдут чужие носы. Вот только я не уверена, что готова доверять мужчине, из за которого моя обычная жизнь за один вечер превратилась в охоту.Первая ночь только началась, а меня уже назвали по имени те, кто пришел решать, жить мне до утра или нет.

Дракон разнес мою дверь в щепки, требуя вторую чашку того самого черного зелья, которое я сварила ему час назад по чистой случайности. И это был только первый посетитель моей кофейни в первый рабочий день.Я умерла в своем мире бариста с двенадцатилетним стажем и очнулась в теле наследницы заброшенной лавки в квартале магов. Здесь пьют чай, вино и сонные зелья, а слово кофе никому не известно. Зато мешок зерен в моем сундуке известен отлично мне, и я знаю про него все.Драконы после моего напитка не спят три дня подряд и разговаривают без остановки. Чайная гильдия считает это черной магией и грозит меня закрыть, оштрафовать и, возможно, посадить. А инспектор гильдии, присланный меня прищучить, вместо протокола почему то тайком просит налить еще чашечку и молчать об этом при начальстве.У меня три дня, чтобы доказать: кофе это не проклятие, а просто вкусно. Три дня, чтобы не потерять лавку, не разозлить целую гильдию магов и, что уж скрывать, не влюбиться в собственного инспектора.

Кольцо на прилавке забилось, как чужое сердце, и Вета Соколова сразу поняла: дежурство будет коротким, для нее или для клиентки.Третий год Вета работает в Бюро находок, за вывеской которого прячется тайный отдел городского ковена по расследованию проклятий. Сюда приносят не забытые зонтики, а вещи, забравшие чужие жизни.Новое дело выглядит просто: вдова получила кольцо покойного мужа там, где его быть не должно. Но клеймо на металле принадлежит мастерской, закрытой восемь лет назад вместе с исчезновением матери Веты.Пока ведьма ищет ответы, к тому же делу подбирается следователь угрозыска Марк Дорохов, обычный человек без грамма дара и с огромным запасом упрямства. Он не верит в совпадения и не намерен отступать.Кольцо не собирается ждать, пока они разберутся друг с другом. У него есть свой счет, и после одной неосторожной секунды этот счет идет уже не в пользу клиентки.

Майор Максим Орлов приходит в себя посреди чужого удара мечом, в чужом теле, на поляне, где ночью вырезали весь его новый отряд.Из тридцати трех наемников роты Стервятники в живых остались трое: он сам в теле рядового клинка по имени Ярема, десятник со сломанной ногой и мальчишка поваренок без двух пальцев.Барон, приказавший вырезать лагерь, уверен, что рота стерта с карты насовсем, а значит, северный тракт теперь можно брать голыми руками.Но капитана убили выстрелом в спину со своей стороны лагеря, а предателя, который открыл дорогу убийцам, кто то удавил уже после резни и оставил лежать среди чужих.Орлов решает собрать новый отряд с нуля прямо на костях старого и напомнить барону, что мертвая рота умеет возвращаться.