Пока в доме кто-то есть

Вера работает в аварийной службе: две смены в неделю, четыре района, сумка с тестером и связка ключей весом с гантель. Ночные вызовы — это выбитые пробки, залитые щитки и пьяные жильцы, которые сами вкрутили «жучок» вместо предохранителя. Ничего такого, к чему нельзя привыкнуть.

Пока в одиннадцать сорок не звонит женщина и не говорит: у нас свет не выключается.

Адрес — Садовая, шесть. Дом расселили в марте. Кабель обрезан, акт подписан, жильцов нет. Но когда Вера подъезжает к дому, свет горит во всех окнах, штукатурка в подъезде тёплая, а индикаторная отвёртка показывает фазу там, где фазы быть не может.

В доме осталась одна жилица — Анна Петровна из четырнадцатой квартиры, восемьдесят два года, дочь в Норильске, ехать некуда. Она не выходит из квартиры четвёртый месяц. И, кажется, свет держится именно на ней.

Её покойный муж тридцать один год отработал на подстанции и говорил: свет — это не то, что бежит по проводам. Свет — это когда кто-то дома. Как выйдет последний, дом станет просто коробкой.

Лампы в подъезде начали лопаться. Уже три за сутки. И Вере предстоит понять, что она чинит на самом деле: проводку, чужое одиночество или собственную привычку не смотреть на мигающие фонари — с тех пор, как полгода назад её впервые вызвали в дом номер шесть.

Городское фэнтези без плащей и артефактов. Про обычную женщину с отвёрткой, про дом, который не хочет умирать, и про то, что держит стены, когда из них ушли все.