Глава 4. Дворяне

— Что это у вас за костюм, сударь? — тот "мундир", что стоял по центру, ткнул пальцем в сторону моего черного плаща с золотым шитьем и высоким воротом, который подчеркивал мой суровый взгляд.

— Вы, сударь, кто, бродячий актер? — добавил его пошатывающийся друг. Третий был слишком пьян для собственной реплики и вместо нее лишь икнул.

Я медленно отложил десертную вилку и встал, по старой привычке перебирая в уме варианты расправы над наглецами: испепелить на месте, испепелить с предварительными пытками, отправить на арену к ящерам-людоедам... На этом пункте я и споткнулся, вовремя вспомнив, что у меня больше нет арены с ящерами-людоедами, а сам я больше не Темный Император и вообще твердо решил сменить образ жизни.

Я теперь мирный человек, а мирные люди не убивают своих врагов со спецэффектами при каждом удобном случае. И я сдержался, чем очень гордился. Это был огромный шаг вперед в моей новой жизни.

— А что, вы свою цирковую труппу потеряли, господа? — спросил я с усмешкой, глядя на них сверху вниз — буквально, ведь я был их выше на полголовы. Они явно этого раньше не заметили, потому что центральный задира теперь изо всех силы расправлял плечи и даже, кажется, пытался приподняться на цыпочках, чтобы оказаться одного со мной роста. Ха! Жалкий позер.

— Вы оскорбили честь дворян, сударь! — кажется, эти "дворяне" даже обрадовались, что я их оскорбил и дал повод для драки. — Мы требуем немедленных извинений!

И хотя я не знал, что значит "дворяне", эти парни явно считали себя очень важными. Тем не менее, извиняться я не привык. Это не соответствовало моей репутации — подданные бы не поняли и сразу бы перестали уважать.

— Я бы заметил, если бы оскорбил кого-то, у кого есть честь.

Я снова хотел рассмеяться своим любимым зловещим смехом, но осекся под предупреждающим взглядом Круша. Поэтому ограничился дьявольской улыбкой.

Мой насмешливый ответ лишь разозлил их еще сильнее. Тот парень, что икал, со второй попытки снял с руки перчатку и, видимо, хотел бросить в меня, но промахнулся, и она упала в суп посетителю за соседним столиком. Тот, однако, возмущаться не стал — похоже, эти трое и правда были здесь какими-то важными людьми. Или, скорее, детьми важных людей, судя по их глупому поведению и молодости лиц.

— Выйдем на улицу, — процедил центральный оскорбленный. — И там поговорим.

Я наклонился к Крушу, который спокойно допивал сливки и едва ли обращал внимания на наш диалог.

— Выходить зачем? — шепотом спросил я.

— Драться тут в помещениях не принято, — так же тихо ответил Круш, облизывая усы. — Дурной тон. И за испорченную мебель придется платить.

— Понятно, — кивнул я. Прагматичный тут народ. Надо бы взять на заметку эту хитрость — а то сколько хороших интерьеров было перепорчено в таких вот стычках.

Я эффектно взмахнул плащом и двинулся к дверям вслед за разгоряченной троицей.

Мы вышли на задний двор трактира, заставленный телегами. Из конюшни доносилось ржание лошадей, а конюх как раз набирал для них воду из колодца. При виде троицы и меня он поспешно схватил ведро и почти бегом скрылся в пристройке.

Я потер ладони, призывая силу. Рядом заклубились Тени, которые были готовы разорвать обидчиков на части, но пока даже не принимали материальный облик без моего приказа. Следом за нами вышел Круш, уселся на крыльцо и начал умываться, а в окнах я заметил любопытные лица посетителей трактира.

Итак, с чего бы начать?

— Помягче. Членовредительство в этом мире карается штрафом, а то и каторгой, — посоветовал Круш. — Особенно в отношении дворян.

Я цокнул языком. Ну что за мир такой сложный. Столько дурацких правил! И вот что мне с ними делать? Они-то явно колдовать собрались, вон как силенки концентрируют.

— Сейчас мы научим вас вежливости, господин хороший! — самоуверенно заявил центральный.

И как с такими без членовредительства? Но ладно, послушаю совета кота и буду действовать мягко.

Я перевел взгляд на стоптанную землю двора и щелкнул пальцами. Еще секунду назад твердая поверхность под ногами дворян мгновенно разжижилась, и троица с громким чавканьем ухнула вниз по пояс, а потом и по грудь.

— Что это?! — взвизгнул их главный и покраснел от натуги, пока пытался выбраться из липкой жидкой земли — отчего только погружался в нее еще глубже.

— Помогите! — заорал икающий, перестав икать и размахивая руками.

Они попытались выбраться с помощью магии, но безуспешно. Я позволял им немного вылезти, а потом заставлял землю засасывать их обратно. В итоге спустя пару минут они были по макушку в грязи, вымотались и принялись паниковать по-настоящему. В трактире послышался шум — посетители громко обсуждали представление, а трактирщик даже выскочил на крыльцо и остановился рядом с Крушем, не рискуя, однако, меня останавливать. Лишь выпустил высоко в воздух сноп ярких красных искр. Я, правда, не понял, зачем — неужели думал, что меня это впечатлит и напугает?

— Хватит! — молил один дворянин.

— Отпусти нас! — взывал второй.

— Ты хоть знаешь, с кем связался?! — угрожал третий, которого я тут же за такие слова окунул в жижу по макушку, но по совету Круша топить не стал, и тот тут же всплыл обратно, плюясь грязью.

Интересно, на что рассчитывали эти середнячки против меня, величайшего темного мага, подумал я. А потом вспомнил, что пару часов назад во время прогулки по городу спрятал свою истинную силу. Они, похоже, решили, что перед ними обычный бродяга или слабый чародей. Надо бы отрегулировать степень силы, которую стоит показывать окружающим. Чтобы одновременно не шокировать местных жителей и не ущемлять их самолюбие моей мощью, но чтобы и больше таких недоразумений не случалось. А не то только и придется тем заниматься, что доказывать всяким жалким личностям, что они ошиблись в своих оценках.

Я не стал откладывать и, не отвлекаясь на вопли своих противников, которых я великодушно не убил, начал усиливать внешний фон своей ауры.

— Послабее, — посоветовал Круш, который сразу понял, чем я занимаюсь.

— Так?

— Теперь слишком слабо. А теперь снова сильно. Вот так нормально. И убери молнии вокруг пальцев, это привлекает лишнее внимание и уже давно немодно.

Я убрал молнии и настроил фон на уровень опытного, но рядового мага. Дворяне между тем жалко орали, торча из грязи. Мне же становилось скучно. Грязь — это, конечно, унизительно, но не зрелищно и не весело. И к тому же — грязно, а мне такое не нравилось, я любил чистоту и даже на заводах по клонированию орков требовал от всех соблюдения правил гигиены.

Я уж было собирался достать дворян и отправить по домам, когда от ворот послышался громкий свист в зачарованный свисток.

Так вот зачем трактирщик выпустил те искры — это был вызов стражи.

В этот момент двор вбежали местные представители правопорядка.