Терранский синдром

Двенадцать человек на корабле «Паломник» просыпаются из анабиоза у планеты Сэрра. Она почти копия Земли: та же гравитация, тот же кислород, сутки длиннее земных на три часа. А редкоземельных металлов в коре в десятки раз больше, чем дома. Руководитель миссии Максим Карасев сокращает карантин с сорока восьми часов до фильтрующих масок, под личную ответственность, и просит записать это в журнал именно такими словами. Через неделю он поймет зачем.

Сэрра ведет себя не как планета. Камни меняют температуру от прикосновения и рассыпаются в порошок, стоит их унести. Атмосферные вихри идут за людьми, держа дистанцию в двадцать метров. Подводный дрон находит на дне город из тех же камней, а потом его выбрасывает из воды. Биолог видит сны, в которых смотрит на лагерь сверху и чувствует инфракрасное излучение тел. Приборы каждый день показывают чуть больше редких земель, чем накануне, и объяснить это не может никто.

Ответ лежит под горной грядой, куда не проходит ни связь, ни техника. Там выясняется, что за спиной у экспедиции стоят три силы: те, чьи технологии подняли «Паломник» к звездам, те, кто готовил Сэрру под людей и подгонял ее породу под ожидания приборов, и те, кто приходит забрать свое, когда планета созрела. Максиму придется решать не научный вопрос, а человеческий: можно ли соглашаться за того, кто не понимает, на что соглашается.

А потом к Сэрре подходит флот с тремя тысячами колонистов, и с Земли для экипажа «Паломника» уже прислали диагноз. Реагентов хватит на одиннадцать суток, топлива на обратный прыжок нет и не планировалось. Восемьсот сорок один человек требует немедленно уводить корабли. Как выбирать, если ни один из вариантов не хороший?