Невеста с изъяном

Нотариус держал ее запястье двумя пальцами, будто боялся испачкаться, и разглядывал родимое пятно так долго, что Мира успела сосчитать трещины на потолочной балке над его лысой головой. Их было семь.

– Форма неправильная, – сказал он наконец, ни к кому не обращаясь. – По канону дар ложится кругом или полумесяцем. А тут... растекся, как пролитое вино.

– Оно у меня с рождения, – сказала Мира ровно. – Форма не менялась ни разу за двадцать два года. Можете записать это в протокол, если вам нужен канон.

Нотариус посмотрел на нее так, будто пятно внезапно заговорило само.

В зале для приемов баронского дома Аллард было холодно даже в разгар лета, потому что отец два года не мог позволить себе починить дымоход, а закрывать заслонку означало провонять весь этаж гарью. Мира стояла у окна, вытянув руку над раскрытой ладонью нотариуса, и через щель в ставнях видела двор, где чужие лошади в ливрейных попонах перебирали ногами по мокрому булыжнику. Три пары сапог. Один герб на плащах, повторенный трижды: серебряный волк на синем поле, Дом Стернберг.