Агент под прикрытием влюбился в объект

Бокал шампанского треснул в ее пальцах ровно в ту секунду, когда в зале погас свет.

Темнота накрыла парадный зал Дома Ланских мгновенно, будто кто-то одним движением сдернул со всего вечера золотую скатерть. Только что под сводами плыла музыка, горели витрины обновленной коллекции «Северное сияние», сотня гостей поднимала бокалы за Дом и за память его основателя. И вот уже ничего, кроме черного бархата и чьих-то испуганных вскриков.

Вероника не вскрикнула.

Она стояла у центральной витрины, чувствовала, как по ладони течет теплое, не то вино, не то кровь, и заставляла себя дышать ровно. Ровно и медленно, как учил отец. Пока ты дышишь ровно, ты хозяйка положения, даже если положение хозяйничает над тобой.

В темноте к ней придвинулись. Совсем близко. Чужое дыхание коснулось шеи, и низкий голос, без лица, без тела, произнес на самое ухо:

— В следующий раз погаснет не только свет, Вероника Андреевна. Отца вы уже не спасли. Спасите хотя бы себя.