Теперь я подписываю его зарплату

Кабинет пах кожей кресел и дорогим кофе. Марина провела ладонью по прохладной столешнице из тёмного дуба и впервые за утро позволила себе выдохнуть. Табличка на двери ещё пахла типографской краской: «Марина Соловьёва. Директор по развитию». Соловьёва. Свою девичью фамилию она вернула ровно через неделю после того, как получила на руки решение суда.

Секретарь принесла папку с документами на подпись — толстую, тяжёлую, как будто в ней лежала не бумага, а чья-то жизнь.

— Марина Андреевна, это штатное расписание отдела продаж. Новый набор, вам нужно завизировать оклады.

— Оставьте, Оля. Я посмотрю.

Она любила эти минуты тишины перед началом рабочего дня. Два года назад в такое же утро она стояла на кухне съёмной однушки, считала мелочь на проезд и училась не плакать при включённом чайнике, чтобы соседи не слышали. Тогда казалось, что дна нет и не будет. Оказалось — дно это всего лишь то, от чего можно оттолкнуться.