Дракона мне доставили по ошибке

Аглая Веточкина проснулась от звука, с каким рушится не дом, а целая улица. Балки над головой охнули, с полки слетела банка сушеной ромашки, и по чердачной комнате пронесся сквозняк, пахнущий паленой чешуей и чужой бедой. Первая мысль была здравой и профессиональной: если рухнула стена архива, придется заново подшивать три года отчетов по хвостатым правонарушителям. Вторая мысль была уже не такой здравой: а если рухнул не архив, а прямо на нее?

Она скатилась с топчана, накинула халат поверх ночной рубашки и, зацепив по дороге тапку одной ногой, а щеколду двери другой, вывалилась на крыльцо съемного домика при Гильдейском переулке. Утро было серое, сырое и совершенно не готовое к тому, что случилось с забором.

Забора, если точнее, больше не было. На его месте лежал деревянный короб размером с два фургона, треснувший по всем швам, а из проема, куда еще час назад выходила калитка, торчала морда. Морда была крупная, чешуйчатая, цвета старого пергамента и глядела на Аглаю с выражением глубочайшего канцелярского неудовольствия.