Глава 3: Тишина перед бурей

Тренировки начались на следующее утро.

К восьми все стояли на полигоне номер три. Место выбрали странное — меньше всего оно напоминало арену для спаррингов или дуэльную площадку. Скорее уж старый университетский стадион, местами подлатанный свежим деревом. Ни тебе магических манекенов, ни защитных куполов. Только утоптанная земля под ногами да холодный осенний ветер, гуляющий между трибунами.

Для Алексея происходящее было знакомо до дрожи. Он помнил свои первые тренировки с Анной — тогда, в самом начале, когда тело ещё не слушалось, а душа Михаила Северова только привыкала к новому вместилищу. Михаил — мужчина тридцати пяти лет, S-ранговый охотник национального уровня, погибший в другой реальности во время битвы с Владыкой Бездны. Его душа переселилась в тело слабого, почти безнадёжного студента, и первые недели стали настоящим адом. Мышцы не помнили ничего, источник маны барахлил, а каждое занятие с Анной оборачивалось часами выматывающего труда. Сложно. Но действенно.

Теперь всё иначе. Тело привыкло, дух закалился. Алексей стоял, дышал ровно и почти не чувствовал утренней прохлады. А вот для остальных это был первый опыт. Совсем другой расклад.

Команда прибыла без опозданий. Семён зевал так отчаянно, что, казалось, вот-вот вывихнет челюсть. Катарина и Иван, наоборот, выглядели собранными и даже немного напряжёнными.

Анна ждала их в центре поля, скрестив руки. Когда последний из группы ступил на полигон, она обвела всех цепким взглядом и чуть повысила голос:

— Ну что ж, все в сборе. Скажу сразу: поблажек не ждите. И не просите.

Она сделала паузу, проверяя, все ли услышали.

— Для начала распределим тренировочные обязанности. У каждого из вас своя слабая зона, и мы будем выжигать её калёным железом. — Она повернулась к Семёну. — С тебя и начнём. Как я уже говорила, тебе не хватает физической базы, выносливости и — самое главное — веры в себя. Поэтому твоя ежедневная норма на ближайший месяц: пять километров бега, тридцать отжиманий, пятьдесят приседаний и пресс — сорок раз. Минимум. И не смотри на меня так, будто я тебя на казнь отправила. Это только начало.

Семён открыл рот, чтобы возразить, но осёкся под взглядом Анны и просто кивнул.

— Иван, — продолжила она. — Твоя задача очевидна: прокачать защиту. Ты — щит группы, но помни: щит, который не умеет бить, рано или поздно сломают. Поэтому ты отрабатываешь стойкость в самом жёстком варианте. Твоя цель на сегодня — продержаться против Алексея. Да, я сказала «продержаться». Про победить речи не идёт. — Анна перевела взгляд на парня. — Алексей, можешь не сдерживаться.

Алексей коротко кивнул. Что ж, Иван сам напросился.

— И наконец, Катарина, — Анна шагнула к ней, смягчая интонацию ровно на полтона. — Скорость. Ты теряешь темп в связке, и это не твоя вина — просто над этим нужно работать. Сегодня займёмся твоей мобильностью лично. Прямо сейчас.

Она отступила на шаг, хлопнула в ладоши, и звук этот разнёсся над пустым полигоном, точно стартовый сигнал.

— Все слышали свои задачи? Тогда разошлись. Время пошло.

Семён, обречённо вздохнув, потрусил на разминочный круг вдоль кромки стадиона. Ветер трепал его растрёпанные волосы, и фигура бегуна быстро стала удаляться, оставляя остальных в центре поля.

Анна проводила его взглядом, затем шагнула вперёд и вытянула руку. С губ сорвался короткий приказ, и воздух вокруг неё дрогнул. По земле от её ног побежала изморозь — стремительно, как трещина по стеклу. А потом лёд взметнулся вверх сплошной стеной, образуя вокруг части полигона почти идеальный барьер. Сверкающая на солнце, полупрозрачная стена замкнулась с тихим, утробным гулом.

Иван присвистнул.

— Ахренеть, — выдохнул он, таращась на ледяную конструкцию. — Это ж сколько маны надо вбухать?

— Ничего удивительного, — пожала плечами Катарина, затягивая потуже фиксирующий жгут на левой руке. — Анна Северная — А-ранг. Магистр льда. Для неё это как разминка.

Анна уже стояла в центре ледяного круга, спокойная и собранная, точно всё происходящее было для неё рутиной.

— Катарина, в центр, — скомандовала она. — Твоя задача: продержаться против меня две минуты. Не победить. Не контратаковать. Выстоять.

Катарина шагнула в круг. Иван и Алексей остались за барьером.

— Катарина, — произнесла Анна, и в её голосе скользнул металл. — Я начинаю.

Первая атака пришла без предупреждения. Анна исчезла с места — не телепортировалась, просто ускорилась так, что глаз не успел зафиксировать движение. Катарина рефлекторно ушла вправо, и ледяное лезвие, сорвавшееся с пальцев наставницы, рассекло воздух в сантиметре от её плеча.

Быстро. Слишком быстро.

— Раз, — прокомментировала Анна, уже оказываясь за спиной.

Катарина развернулась, вскинула ладонь — лёд ответил ей, формируя короткий клинок. Она попыталась блокировать следующий выпад, но Анна сменила траекторию на середине удара, нырнула вниз и почти достала до корпуса. Катарина чудом увернулась, перекатившись через плечо.

— Двигайся, не стой! — окрик Анны прозвучал резко, но без злобы.

И она снова пошла в атаку.

Танец на грани возможностей — вот на что это было похоже. Анна не давила своим рангом, не обрушивала шквальные заклинания. Она работала ровно на той скорости, которая была на пределе Катарины — и чуть-чуть выше. Ледяные иглы срывались с кончиков её пальцев, рассыпались веером, заставляя уворачиваться. Катарина крутилась в центре круга, уклонялась, ставила наспех слепленные щиты, которые трескались от первого же прикосновения. Дыхание сбивалось. Пот заливал глаза.

Сорок секунд.

Анна ускорилась. Серия из пяти последовательных ударов — прямых, с флангов, по диагонали. Катарина пропустила четвёртый: ледяной шип скользнул по рёбрам, вспоров ткань тренировочной куртки. Она ойкнула, но устояла.

— Не отвлекайся на попадания, — бросила Анна, не снижая темпа. — Тело выдержит. Сознание — нет.

Минута.

Катарина начала адаптироваться. Она перестала метаться хаотично и стала двигаться экономнее. Короче шаги. Меньше лишних движений. Анна это заметила и одобрительно хмыкнула, но легче не стало — наоборот, она подняла темп ещё на полтона.

За барьером Иван заворожённо следил за схваткой, сжав кулаки.

— Она же её сейчас загрызёт, — прошептал он.

— Нет, — спокойно ответил Алексей, не отрывая взгляда от боя. — Она её учит. Смотри, Катарина уже держит ритм. Ещё тридцать секунд назад она опаздывала на полдвижения. Теперь — почти успевает.

Он видел то, что ускользало от глаз Ивана: как постепенно меняется пластика движений Катарины, как исчезает дрожь в коленях, как взгляд становится острее. Анна гоняла её по кругу, но с каждым уклонением, с каждым блоком Катарина становилась на долю секунды быстрее.

Полторы минуты.

Ледяная стена вокруг них пошла рябью — это Катарина случайно задела её магией, пытаясь поставить барьер. Анна использовала момент: рванула вперёд, заходя в слепую зону. Но Катарина уже знала этот приём — она развернулась на опорной ноге и встретила атаку лицом, пусть и не заблокировала полностью. Ледяной клинок Анны остановился в миллиметре от горла.

— Неплохо, — выдохнула Анна. Впервые за тренировку.

Финал.

Оставшиеся секунды превратились в чистую скорость. Анна больше не сдерживалась — она атаковала каскадом, заставляя Катарину уходить в глухую оборону. Шаг назад, ещё шаг, прыжок в сторону, скольжение по собственной ледяной дорожке, резкий разворот…

— Время.

Голос Анны прозвучал спокойно, будто и не было этих двух минут на запредельной скорости.

Она опустила руки. Ледяной барьер за её спиной пошёл трещинами, а потом рассыпался тысячей сверкающих осколков, которые растаяли, не долетев до земли.

Катарина стояла, тяжело дыша, упираясь ладонями в колени. На скуле красовалась свежая царапина, куртка превратилась в решето, но в глазах горел азартный огонь.

— Две минуты, — произнесла Анна, отряхивая руки. — Семнадцать касаний. Для первого раза — приемлемо. Завтра будет десять. Через неделю — ни одного.

Она повернулась к наблюдателям за барьером.

— Ну а вы чего застыли? Иван, твоя очередь. Алексей — в круг. Посмотрим, сколько продержится твой щит.

Иван сглотнул и шагнул вперёд, на ходу разминая плечи.

— Вот ведь, — буркнул он.

Катарина, всё ещё тяжело дыша, вышла из круга и опустилась на край деревянной скамьи у кромки полигона. Иван проводил её взглядом, хрустнул шеей и шагнул в центр.

— Иван, — Анна скрестила руки на груди и чуть повысила голос, чтобы он звучал поверх ветра. — Твоя задача проста: выдержать атаки Алексея. Но не только глухая защита. Ты должен искать момент для контратаки. Ты не просто танк. Твоя магия Грома — это не только щит, это ещё и мощнейшее оружие. Запомни это.

Иван переступил с ноги на ногу, размял плечи и мотнул головой, отбрасывая чёлку с глаз.

— Хорошо. Я постараюсь.

Алексей шагнул в круг напротив. Он помнил слова Анны: «можешь не сдерживаться». Но он так же помнил, что Иван — его друг и союзник. Ломать его в первом же спарринге глупо. Поэтому он решил ограничить арсенал. Только [Световой Прокол] и [Световые Иглы]. Хватит.

— Готов? — спросил он, встречая взгляд Ивана.

— Всегда готов, — ответил тот, и на его ладонях заискрились первые разряды.

Анна взмахнула рукой.

— Начали.

Алексей сорвался с места. Ноги оттолкнулись от утоптанной земли, и он рванул вперёд, сокращая дистанцию в три широких шага. Правая ладонь полыхнула светом — [Световой Прокол] сорвался с пальцев узким, сконцентрированным лучом. Воздух зазвенел.

Иван не стал уворачиваться. Он выбросил вперёд обе руки, и перед ним развернулся мерцающий купол — [Грозовой Щит], сотканный из ветвящихся молний. Световой луч врезался в него, рассыпав сноп искр. Купол дрогнул, пошёл трещинами, но устоял.

— Неплохо, — бросил Алексей и тут же ушёл вправо, заводя [Световые Иглы].

Четыре светящихся конструкта сорвались с его ладони и полетели по дуге, заходя с флангов. Иван крутанулся на месте, пытаясь прикрыть щитом все направления сразу. Одна игла всё же проскочила — чиркнула по предплечью, оставив неглубокий порез. Иван зашипел сквозь зубы, но не отступил.

— Двигайся, Иван! — раздался голос Анны с края. — Ты не стена! Ты щит, а щит мобилен!

Иван словно ждал этой команды. Он перехватил инициативу — сорвался с места, сократил дистанцию и ударил. Не кулаком — молнией. Сгусток электричества вырвался из его правой руки и дугой устремился к Алексею. [Разряд Грома]. Хлёсткий, быстрый, почти невидимый.

Алексей ушёл перекатом, пропуская молнию над головой. Волосы на макушке затрещали от статики. Он ухмыльнулся уголком губ.

— Уже лучше.

Он снова пустил [Световой Прокол] — теперь два подряд, с минимальным интервалом. Первый Иван принял на щит. Второй — попытался отбить разрядом. Свет и молния столкнулись в воздухе, и над полигоном разнёсся резкий, почти металлический хлопок. В носу защипало от запаха озона.

Иван пошатнулся, но устоял. Алексей не дал передышки — [Световые Иглы] взмыли в воздух и обрушились сверху, словно стая светящихся ос. Иван вскинул щит над головой, пригнулся, пропуская атаку. Затем резко выпрямился и двумя руками запустил волну электричества прямо под ноги Алексею. [Грозовая дуга] — нестандартное применение, но эффективное.

Алексей подпрыгнул, уходя от поражения, и в воздухе, без точки опоры, выпустил последнюю иглу. Та прошла над плечом Ивана, едва не задев шею.

Оба замерли.

— Стоп, — скомандовала Анна.

Она медленно подошла ближе, разглядывая обоих.

— Иван. Контратака была. Дважды. Это уже лучше. Но ты всё ещё опаздываешь с переходом от защиты к нападению. Думай быстрее. И ещё — не прижимай щит к телу. Держи дистанцию, давай себе пространство для манёвра.

Иван тяжело дышал, но слушал внимательно и кивнул.

— Алексей, — Анна перевела взгляд. — Ты сдерживался. Я это видела. Оцениваю.

Он не стал спорить.

— Но для первого раза — нормально. Иван должен почувствовать твой ритм..

Она отступила на шаг и хлопнула в ладоши.

— Отдых пять минут. Потом — круговая тренировка. Все участвуют.

Иван выдохнул, упёрся ладонями в колени и поднял на Алексея усталый, но довольный взгляд.

— Ну что, сильно я тебя приложил?

— Почти, — ответил Алексей и протянул ему руку. — Почти.

Семён рухнул на финише, едва пересёк черту. Грудь ходила ходуном, щёки пылали, а волосы прилипли ко лбу мокрыми прядями. Он перекатился на спину, раскинул руки и уставился в небо, пытаясь отдышаться.

— Всё, больше не могу… — прохрипел он. — Я сейчас сдохну. Честно.

Анна подошла ближе и остановилась над ним, заслонив утреннее солнце. На лице застыло выражение, в котором смешались скепсис и почти материнская укоризна.

— М-да, — протянула она. — Твоё тело настолько слабое, что мне искренне непонятно, как ты вообще выживаешь в тех боях.

— Видимо, Бог меня любит, — выдохнул Семён и, постанывая, начал подниматься — сперва опёрся на локти, потом на колени, и только с третьей попытки принял вертикальное положение.

— Ну что ж, раз ты уже встал, то вперёд, — Анна не дала ему ни секунды передышки. — У тебя по плану ещё пресс, отжимания и приседания. И не смотри на меня так, будто я тебя на эшафот отправила.

— Да-да, сейчас… Вот только чуть-чуть отдохну, — пробормотал Семён, мечтая о глотке воды.

Пока он восстанавливал дыхание, остальные уже закончили круги вокруг стадиона и подтянулись к Анне. Катарина вытирала лицо краем рукава, Иван разминал затёкшие плечи, Алексей дышал ровно и почти не выглядел уставшим — к его выносливости давно не было вопросов.

— Ну что ж, — Анна обвела группу довольным взглядом, — сегодня была отменная тренировка. Все свободны. Завтра продолжим в то же время.

— Какой отдых? — хмыкнул Иван, стягивая перчатки. — У нас ещё уроки.

— А-а-а, ещё и уроки… — Семён картинно схватился за голову. — Я точно сейчас повешусь.

— Повесишься после занятий, — сухо отрезала Анна. — А пока — марш приводить себя в порядок. Через час чтобы все были в аудитории. Живо.

После тренировки все разбрелись по своим комнатам. Впереди был душ, смена формы, учебники и долгий академический день. Но, как ни странно, даже Семён бурчал без настоящей злобы — скорее по привычке.

Несколькими часами ранее, после уничтожения Дмитрия Волкова

Колымское нагорье. Глухая, безжизненная местность, где даже ветер звучал по-особенному — низко и протяжно, словно стонал в расщелинах скал.

Под одним из нагромождений древнего камня, скрытая от глаз людских и спутниковых артефактов, расположилась секретная база Виктора Тёмного. Глубоко под землёй, в тускло освещённом зале с алтарным возвышением, две фигуры обсуждали последние события.

— Повелитель, что будем делать? — Виктор нервно мерил шагами каменный пол. — Этот… мальчишка… он уничтожил нашего слугу. Дмитрий не справился. Даже не смог прикончить низкорангового.

Тьма в центре зала шевельнулась. Существо — древнее, не имевшее постоянной формы — проявилось облаком густого мрака, в глубине которого мерцали два багровых огонька.

— Я недооценила его, — голос Существа звучал тихо, но каждый слог отдавался вибрацией в костях. — И рада этому.

Виктор замер на полушаге.

— Рады?

— Да. Теперь я вижу, с чем мы имеем дело. Этот студент — не просто досадная помеха. В нём есть что-то… знакомое. — Багровые огоньки прищурились. — Мне нужно восстановиться. Я трачу слишком много сил на поддержание этого мира. Найдите оставшиеся осколки. И как можно скорее.

— Что будем делать с Морозовым? — Виктор сжал кулаки. — Может, отправить ещё людей? Я соберу отряд. Мы сотрём этот мусор в порошок.

— Нет, — мрак вокруг Существа колыхнулся резче. — Тратить оставшиеся ресурсы на месть сейчас невыгодно. Люди нужны для поиска осколков. Каждый боец на счету. А мальчишка… он подождёт.

Несколько дней спустя

Всё та же база. Тишина, нарушаемая только гулом вентиляции и редким потрескиванием артефактных ламп.

Существо пребывало в глубокой медитации уже четвёртый день. Оно раскинуло свою сущность незримой сетью по всему континенту, сканируя пространство в поисках четвёртого осколка артефакта «Мир Цепей». Виктор стоял поодаль, не смея прерывать, но беспокойство грызло его изнутри.

Наконец он не выдержал:

— Повелитель, вы уже несколько дней в поиске. Есть ли…

— Я знаю, сколько времени прошло, — перебило его Существо, не выходя из транса. Голос звучал отстранённо, словно доносился из глубокого колодца. — Я чувствую четвёртый осколок. Он близок. Но я не могу его уловить. Такое ощущение, что он прячется. Намеренно. Будто кто-то или что-то скрывает его от меня.

— Что будем делать? — повторил Виктор свой обычный вопрос.

— Ждать. Мне нужно больше времени.

Повисла долгая пауза. А затем тьма в центре зала дрогнула иначе — не тревожно, а почти… радостно.

— Наконец-то, — произнесло Существо, и в его голосе прорезалась зловещая улыбка. — Я обнаружил его.

Виктор подался вперёд:

— Где?

— Северная часть страны, — багровые огоньки вспыхнули ярче. — Но он всё время перемещается. Быстро. Хаотично. Как будто осколок не лежит в тайнике, а носит кого-то… или что-то носит его.

Существо медленно раскрыло глаза — два бездонных провала, в которых плясало пламя.

— Готовь отряд, Виктор. На этот раз — никаких ошибок.

— Будет исполнено, — тот склонил голову и растворился в темноте коридора.

Существо осталось одна. Она подняла бесформенную конечность и сжало её, словно пытаясь схватить невидимую цель.

— Скоро, — прошелестела она. — Совсем скоро.