Три года в разводе. Один вечер до срыва

Схема рассадки стояла на мольберте у входа в шатер, на плотной бумаге, с золотыми виньетками по краю.

Аня нашла себя с третьего раза. Соболева А. Стол три, место четыре.

Через два стула значилось: Костров И.

Она посмотрела на эту строчку ровно столько, сколько нужно, чтобы никто не успел заметить, что она смотрит. Потом поправила ремешок сумки и пошла внутрь.

Два стула. Не рядом и не в разных концах зала. Два стула, через которые все будет видно и все будет слышно, и нельзя ни отвернуться, ни дотянуться.

Рядом было бы честнее.

В шатре пахло мокрой травой и лилиями. Официанты расставляли воду, за брезентовой стеной кто-то настраивал колонку и повторял в микрофон: раз, раз, проверка.

Аня села, сдвинула вилку на миллиметр и положила сумку на колени.

Сумку она за три года научилась не выпускать. В сумке лежало все, что делало вечер конечным: паспорт, ключи, повербанк, который она забыла зарядить, и подтверждение такси на двадцать два сорок.