Операция "Поженить родителей"

Кроссовок пропал.

Нет, серьёзно. Я стояла посреди автовокзала в офисном костюме, на каблуках, с волосами, уложенными в причёску «я-серьёзный-профессионал», и рылась в спортивной сумке восьмилетнего сына, выбрасывая оттуда носки, панамку и зачем-то упаковку мармеладных мишек.

Левый кроссовок. Синий. С волком на липучке. Его нигде не было.

— Тёмка. — Я подняла голову. — Где. Твой. Кроссовок.

Тёмка стоял в метре от меня и с абсолютным спокойствием жевал яблоко.

— Может, дома?

— Дома?! — Я чуть не уронила сумку. — Ты положил один кроссовок и не заметил?

Он пожал плечами.

— Я думал, ты второй положишь.

Я закрыла глаза. Досчитала до трёх. Открыла.

Автобус до лагеря отправлялся через двенадцать минут. Собеседование в рекламном агентстве — через полтора часа. Я ждала этого шанса четыре месяца. Четыре. И вот теперь я стояла на коленях перед набитой битком спортивной сумкой, а вокруг носились дети с рюкзаками, мамы с пакетами, и в дополнение кто-то кричал в телефон про сменную обувь.