Глава 12: Операция "Феникс"

Утро встретило меня тусклым осенним светом. Я сел на кровати и по старой привычке замер, ожидая, когда спину прихватит. Спина молчала. Я подождал ещё немного, из чистой вредности, и встал сразу, не держась за тумбочку.

— Ну и ну, — сказал я в пустую комнату.

В ванной я поймал в зеркале собственное отражение и не сразу понял, что меня в нём смущает. Морщины были на месте, седина тоже. Не хватало другого: я стоял прямо. Плечи развёрнуты, подбородок не висит над грудью. Сорок лет я входил в эту дверь сгорбившись и глядя под ноги, и вот перестал.

Приняв душ и одевшись, я достал из шкафа свой новый пиджак — тёмно-синий, с серебристыми пуговицами. Он сидел на мне гораздо лучше, чем когда я его покупал. Словно тело под одеждой стало крепче, подтянутее.

На кухне меня ждал Михалыч, требовательно мяукая о завтраке.

— Сейчас-сейчас, товарищ кот, — проговорил я, насыпая корм в миску. — Вижу, что голоден. Эх, и тебя-то придётся куда-то пристраивать, если…

Я не закончил фразу. Мысль о возможном отъезде из квартиры беспокоила меня всё сильнее. Сергей Вячеславович настаивал на переезде в «безопасное место», и часть меня понимала, что это, возможно, разумное решение. Но другая часть сопротивлялась. Это был мой дом, моя территория. И я не хотел превращаться в подопытного кролика в какой-то секретной лаборатории.

Позавтракав, я включил старенький компьютер, чтобы проверить последние новости. На первой же странице новостного портала бросился в глаза заголовок:

«НЕЙРОТЕХ ОБЪЯВЛЯЕТ О РЕВОЛЮЦИОННОЙ ТЕХНОЛОГИИ ПРОДЛЕНИЯ ЖИЗНИ»

Сердце ёкнуло. Я открыл статью и начал читать:

«Корпорация НейроТех, один из лидеров российского рынка высоких технологий, объявила о завершении первой фазы исследований в области продления жизни. По словам генерального директора компании Алексея Акулова, новая технология, получившая название 'Эликсир', позволит значительно замедлить процессы старения человеческого организма и избавить от многих возрастных заболеваний.

'Наши учёные работали над этим проектом более десяти лет, — заявил Акулов на пресс-конференции. — И сегодня мы можем с гордостью сказать, что первые клинические испытания прошли успешно. Технология 'Эликсир' потенциально способна продлить активную жизнь человека на 20-30 лет'.

По словам представителей компании, технология основана на уникальном сочетании нанотехнологий, генной инженерии и нейроинтерфейсов. Однако конкретные детали пока держатся в секрете…

Стоит отметить, что НейроТех известна своей закрытостью и высоким уровнем секретности. Некоторые эксперты ставят под сомнение реальность заявленных достижений…»

Я откинулся на спинку стула так, что он скрипнул. «Эликсир»! Какое лицемерие! Они украли технологию Виктора, переименовали её и теперь собираются продавать как собственную разработку. И, судя по всему, никакого «доступа для всех» не предвидится — такие технологии всегда сначала идут в руки элитам.

Моё размышление прервал телефонный звонок. На экране высветился неизвестный номер.

— Павел Николаевич? — раздался в трубке знакомый голос Сергея Вячеславовича. — Доброе утро. Надеюсь, я не разбудил вас?

— Нет-нет, я давно на ногах, — ответил я, поглядывая на часы. Было около десяти утра.

— Отлично. Я бы хотел встретиться с вами сегодня. Есть новости, которые лучше обсудить лично.

— Что-то случилось? — насторожился я.

— Скажем так, ситуация развивается не в нашу пользу. Я буду у вас через час, если это удобно.

— Да, конечно, — согласился я и зачем-то оглянулся на окно. — Буду ждать.

Положив трубку, я подошёл к окну. На улице было ветрено, жёлтые листья мело вдоль дома. На лавочке у подъезда сидел мужчина, читающий газету. Ничего особенного, обычный прохожий… или нет?

Я присмотрелся внимательнее. Мужчина держал газету слишком высоко и за десять минут не перевернул ни одной страницы. И одет он был странно для такой погоды — в лёгкую куртку, когда все вокруг кутались в тёплую одежду.

«Наблюдатель?» — мелькнула тревожная мысль. Я отошёл от окна, стараясь не делать резких движений. Если за мной действительно следят, не стоит показывать, что я это заметил.

Следующие полчаса я провёл, тщательно собирая самые необходимые вещи в небольшую дорожную сумку. Одежда, предметы гигиены, лекарства, документы, немного наличных… И конечно, шлем виртуальной реальности, завёрнутый в свитер и уложенный на самое дно сумки.

Оставалась одна забота. Я вышел в подъезд, где дворник Василий как раз домётывал площадку, и сунул ему запасной ключ.

— Вась, там аквариум. Корм на полке, свет по таймеру. Рыбки ни в чём не виноваты.

Он посмотрел на ключ, потом на сумку в моей руке — и ничего не спросил. За это я его и любил все эти годы.

Кристалл данных, добытый в виртуальном мире, теперь существовал только в цифровом формате. После активации он интегрировался в систему шлема, добавив новые возможности и доступ к архивам Виктора. Физический артефакт исчез, но информация осталась.

Звонок в дверь раздался ровно через час. Сергей Вячеславович был пунктуален, как швейцарские часы.

— Доброе утро ещё раз, — поздоровался он, входя в квартиру. — Вы уже собрались, как я вижу.

Он кивнул на сумку, стоящую в прихожей.

— Да, решил последовать вашему совету, — ответил я. — Судя по вашему тону в телефонном разговоре, ситуация серьёзная.

Сергей Вячеславович прошёл в комнату и сел в кресло. Его лицо было напряжённым, между бровями залегла глубокая складка.

— Очень серьёзная, Павел Николаевич. НейроТех активизировался. Они объявили о своей новой технологии «Эликсир» — якобы результат десятилетних исследований. Но мы-то с вами знаем, что это неправда.

— Читал уже, — сказал я. — Украли работу Виктора и выдают за свою.

— Именно, — подтвердил Сергей Вячеславович. — Но это не всё. Мы получили информацию, что они активизировали поиски прототипа. Каким-то образом они вышли на вас.

Я нахмурился.

— Как это возможно? Я же никому не говорил о шлеме, кроме вас.

— Возможно, они отследили активность в сети. Или у них есть инсайдер в нашей организации. В любом случае, оставаться здесь больше небезопасно.

Он подошёл к окну и осторожно выглянул, слегка отодвинув штору.

— Видите того человека на лавочке? С газетой.

— Заметил, — сказал я. — Думаете, он за мной?

— Уверен в этом. И он не один. На соседней улице припаркован чёрный минивэн с тонированными стёклами. Там ещё двое.

Сергей Вячеславович отошёл от окна и сел обратно в кресло.

— Нам нужно уходить, Павел Николаевич. И как можно скорее. Я подготовил безопасное место — небольшой домик за городом. Там вы будете под нашей защитой, и мы сможем спокойно изучить шлем.

Я задумался. Предложение было разумным, но меня всё ещё беспокоило, насколько я смогу контролировать ситуацию, оказавшись на территории спецслужб.

— А как же мой кот? — спросил я, глядя на Михалыча, который с подозрением наблюдал за незнакомцем из-под дивана.

— Можете взять его с собой, — пожал плечами Сергей Вячеславович. — Дом полностью оборудован для комфортного проживания.

Решение далось легче, чем я думал.

— Хорошо, я согласен. Но у меня есть условия.

— Я вас слушаю, — Сергей Вячеславович внимательно посмотрел на меня.

— Во-первых, я хочу иметь возможность свободно перемещаться. Никаких запертых дверей и охраны с автоматами. Во-вторых, мне нужен доступ к интернету — полноценный, без цензуры и слежки. И в-третьих, я хочу иметь право принимать гостей.

Сергей Вячеславович поднял бровь.

— Гостей? Кого именно?

— Моего внука, например, — быстро ответил я, не моргнув глазом. Артём, конечно, не был моим родственником, но эта легенда хорошо работала. — Он часто навещает меня, и его отсутствие может вызвать подозрения.

Сергей Вячеславович задумался, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

— Первые два условия выполнимы. Насчёт третьего… мы должны будем проверить каждого посетителя. Безопасность прежде всего. Но если ваш внук чист, проблем не будет.

— Тогда по рукам, — сказал я, протягивая ладонь.

Мы обменялись рукопожатием, и Сергей Вячеславович тут же встал.

— Нужно торопиться. Я подготовил отвлекающий манёвр. Через десять минут к вашему подъезду подъедет такси. Из него выйдет человек, очень похожий на вас, и войдёт в дом. Наши наблюдатели подумают, что это вы вернулись с прогулки. Пока они будут следить за ним, мы выйдем через чёрный ход и уедем на моей машине.

— А куда денется этот… двойник? — поинтересовался я.

— Поднимется на крышу и уйдёт по пожарной лестнице. Там его будет ждать другая машина. Всё продумано, не беспокойтесь.

Организация меня впечатлила. И, чего греха таить, какая-то часть меня всем этим наслаждалась.

Следующие несколько минут мы потратили на подготовку. Я посадил Михалыча в специальную переноску, которую обычно использовал для походов к ветеринару. Кот явно был не в восторге, но упирался меньше обычного, будто понимал.

Ровно через десять минут Сергей Вячеславович, стоявший у окна, сказал:

— Такси прибыло. Давайте наблюдать.

Я подошёл к окну и увидел, как из жёлтого такси выходит пожилой мужчина, очень похожий на меня. Та же осанка, те же движения, даже одет почти так же. Единственное отличие — у него были усы, которых у меня не было.

— Отличная работа, — прокомментировал я. — Если бы не знал, что это не я, сам бы поверил.

— Это наш специалист по маскировке, — с ноткой гордости сказал Сергей Вячеславович. — Один из лучших.

Мужчина на лавочке заметно оживился, когда увидел моего двойника. Он сложил газету, сделал вид, что смотрит на часы, и неторопливо направился к подъезду.

— Они клюнули, — удовлетворённо произнёс Сергей Вячеславович. — Теперь ждём, пока они поднимутся к вашей квартире, и тогда уходим.

Мы стояли и ждали. Прошло минут пять, и Сергей Вячеславович оторвался от окна:

— Пора. Берите сумку и кота, и идём. Только тихо.

Мы на цыпочках вышли из квартиры. В подъезде было пусто — все соседи были либо на работе, либо сидели по своим квартирам. Мы спустились по лестнице и вышли через чёрный ход во двор.

Там нас ждала неприметная серая «Лада Веста». За рулём сидел молодой мужчина в гражданской одежде, но с военной выправкой.

— Садитесь назад, — скомандовал Сергей Вячеславович, открывая дверь.

Я осторожно устроился на заднем сиденье, поставив переноску с Михалычем рядом. Сергей Вячеславович сел спереди.

— Поехали, Игорь, — сказал он водителю. — По маршруту Б.

Машина тронулась, и мы покинули двор, не привлекая внимания. Я оглянулся на свой дом, гадая, когда снова увижу его, и увижу ли вообще.

Мы ехали около двух часов, постоянно меняя направление и несколько раз пересаживаясь в другие машины. Это была настоящая операция прикрытия, и я впервые почувствовал реальную опасность ситуации. НейроТех явно не шутили — они были готовы на всё, чтобы вернуть свою технологию.

Наконец, мы въехали в небольшой дачный посёлок, расположенный в лесу. Дома стояли далеко друг от друга, скрытые за высокими заборами и густыми деревьями.

Наша машина остановилась у скромного двухэтажного коттеджа с зелёной крышей. Внешне он ничем не отличался от соседних домов — такой же забор, такие же занавески на окнах. Но я не сомневался, что внутри нас ждёт нечто особенное.

— Приехали, — объявил Сергей Вячеславович. — Добро пожаловать в ваш новый временный дом, Павел Николаевич.

Мы вышли из машины, и я огляделся. Воздух был свежим, пахло хвоей и прелыми листьями. Где-то вдалеке шумела река. Довольно приятное место, если бы не обстоятельства.

Сергей Вячеславович открыл калитку, и мы прошли во двор. Территория вокруг дома была ухоженной, но не слишком — никаких вычурных клумб или фонтанов, только аккуратно подстриженный газон и несколько яблонь.

Дом внутри оказался гораздо просторнее, чем выглядел снаружи. Современная мебель, техника последнего поколения, умное освещение — всё говорило о том, что здесь не экономили на комфорте.

— Ваша комната на втором этаже, — сказал Сергей Вячеславович, показывая на лестницу. — Там есть всё необходимое — кровать, шкаф, рабочий стол с компьютером. Ванная и туалет тоже наверху. Кухня, как вы видите, здесь. Холодильник полностью укомплектован, но если вам понадобится что-то особенное, просто составьте список — наш сотрудник всё купит.

Я осмотрелся.

— А что с безопасностью? Есть охрана?

— Разумеется. По периметру участка камеры и датчики движения. В лесу дежурят двое наших сотрудников, ещё двое постоянно находятся в доме напротив. Все подъезды к посёлку также под наблюдением.

Он достал из кармана небольшое устройство, похожее на брелок для ключей.

— Это тревожная кнопка. Носите её всегда с собой. В случае опасности просто нажмите и держите три секунды. Группа быстрого реагирования прибудет в течение пяти минут.

Я взял брелок и положил в карман.

— А что с интернетом? — спросил я, помня о своём втором условии.

— Полный доступ, — ответил Сергей Вячеславович. — Пароль от Wi-Fi записан на листке рядом с компьютером. Скорость хорошая, можете даже фильмы смотреть без задержек.

Он посмотрел на часы.

— Мне нужно идти. Дела в управлении не ждут. Но я буду навещать вас, и мы продолжим работу над изучением шлема. Кстати, я бы хотел, чтобы вы пока воздержались от его использования. По крайней мере, до тех пор, пока мы не проведём все необходимые тесты.

Выполнять это «пожелание» я не собирался.

— Конечно, я понимаю. Безопасность прежде всего.

Сергей Вячеславович посмотрел на меня чуть дольше, чем требовалось. Потом направился к выходу.

— До свидания, Павел Николаевич. Отдыхайте и осваивайтесь. Завтра утром я приеду с командой специалистов, и мы начнём работу.

— До свидания, — ответил я, провожая его взглядом.

Когда дверь за ним закрылась, я выпустил Михалыча из переноски. Кот сразу начал обследовать новую территорию, настороженно принюхиваясь и оглядываясь.

— Ну что, друг, осваиваемся на новом месте? — сказал я ему. — Надеюсь, здесь нет мышей. Хотя тебе бы это только понравилось, да?

Я поднялся на второй этаж и нашёл свою комнату. Она была просторной, с большим окном, выходящим в сад. Кровать, шкаф, рабочий стол с компьютером — всё, как и обещал Сергей Вячеславович.

Первым делом я достал из сумки шлем виртуальной реальности и осмотрел его. Внешне он не изменился, но в руках лежал иначе. Тяжелее, что ли, хотя вес был тот же.

Положив шлем на стол, я сел за компьютер и включил его. Система загрузилась быстро, и я сразу же проверил интернет-соединение. Оно действительно было быстрым и, насколько я мог судить, безопасным.

Первым делом я отправил сообщение Артёму:

«Я временно сменил место жительства. Адрес скажу при встрече. Будь осторожен и никому не говори о нашем проекте. Встречаемся в игре сегодня в 21:00.»

Покончив с этими делами, я решил проверить дом на наличие камер и микрофонов. Конечно, у меня не было профессионального оборудования для обнаружения «жучков», но некоторые вещи можно было заметить и невооружённым глазом.

Я медленно обошёл всю комнату, внимательно осматривая каждый угол, каждую розетку, каждый предмет мебели. Затем проделал то же самое во всём доме. К моему удивлению, я не нашёл ничего подозрительного. Либо жучков действительно не было, либо они были установлены настолько профессионально, что я не смог их обнаружить.

В любом случае, нужно было соблюдать осторожность. Я решил, что большую часть важных разговоров буду вести в виртуальном мире, где нас не смогут подслушать.

Вернувшись в комнату, я начал распаковывать сумку. Одежда заняла свои места в шкафу, лекарства расположились на прикроватной тумбочке, книги — на полке над столом. Я старался создать ощущение уюта, понимая, что, возможно, мне придётся провести здесь не один день.

Когда с распаковкой было покончено, я решил приготовить обед. На кухне нашлись все необходимые продукты, и вскоре аромат жареной картошки с котлетами разнёсся по всему дому. Михалыч, учуяв запах еды, тут же материализовался рядом, требовательно мяукая.

— Тебе своё, — сказал я, открывая банку кошачьего корма. — Человеческая еда вредна для кошачьего желудка.

После обеда я почувствовал сонливость — сказывалось нервное напряжение последних дней. Прилёг на кровать, думая немного вздремнуть, и незаметно для себя погрузился в глубокий сон.

Проснулся я от звонка телефона. Было уже почти шесть вечера — я проспал несколько часов. На экране высветилось имя Артёма.

— Да, слушаю, — ответил я, всё ещё пытаясь стряхнуть с себя остатки сна.

— Дед, ты где? — голос Артёма звучал взволнованно. — Я заходил к тебе домой, но там никого. Соседка сказала, что видела, как ты уезжал с каким-то мужчиной.

— Да, пришлось срочно переехать, — ответил я. — Появились… определённые обстоятельства. Не могу говорить подробно по телефону. Давай встретимся в игре, как я предлагал. В девять.

— Хорошо, — согласился Артём, хотя в его голосе всё ещё звучало беспокойство. — Но ты в порядке? Тебя никто не заставлял уезжать? Ты не под прицелом или что-то типа того?

Я улыбнулся его волнению.

— Всё в порядке, внучек. Я уехал добровольно. И да, я под защитой, но не против своей воли. Просто меры безопасности. Всё остальное обсудим вечером.

— Ладно, — неохотно согласился Артём. — До вечера тогда.

После разговора я почувствовал себя бодрее. Принял душ, переоделся в свежую одежду и решил прогуляться по участку, чтобы размять ноги и заодно осмотреть территорию.

Сад оказался больше, чем я предполагал. За домом обнаружилась небольшая беседка, окружённая кустами роз. Сейчас, конечно, розы уже не цвели, но весной здесь должно быть очень красиво.

Дальше, за беседкой, начинался лес. Я подошёл к границе участка и всмотрелся в темнеющие стволы деревьев. Где-то там, как сказал Сергей Вячеславович, дежурила охрана. Я помахал рукой невидимым наблюдателям и вернулся к дому.

До назначенного времени встречи с Артёмом оставалось около трёх часов. Я решил использовать их, чтобы подготовиться к серьёзной работе. Сев за компьютер, я начал составлять список вопросов, которые нужно было исследовать в первую очередь:

Как именно работает технология омоложения? Какие принципы лежат в её основе?

Насколько обратим процесс? Есть ли ограничения или побочные эффекты?

Что нужно для создания полноценной версии программы «Феникс»?

Как обеспечить её доступность для широких масс?

Список получился внушительным. Я понимал, что нам с Артёмом предстоит огромная работа, и мы далеко не эксперты в этой области. Но Виктор явно верил, что мы справимся, раз доверил нам свою технологию.

Ровно в девять вечера я надел шлем и активировал погружение в виртуальную реальность.

Мир игры встретил меня знакомыми красками и звуками. Я материализовался в своей пещере, где уже ждал Артём, нервно расхаживая из стороны в сторону.

— Наконец-то! — воскликнул он, увидев меня. — Я уже начал волноваться.

— Всё в порядке, — успокоил его я. — Просто подключение с нового места заняло больше времени, чем обычно.

Артём внимательно оглядел меня с ног до головы.

— Выглядишь иначе, — заметил он. — Моложе как-то.

— И чувствую себя иначе, — подтвердил я. — Этот шлем действительно работает, Артём. Он меняет мой организм на клеточном уровне.

— Невероятно, — выдохнул Артём. — Но это хорошо, да? В смысле, ты не замечал никаких побочных эффектов?

Я задумался.

— Пока нет. Только положительные изменения — больше энергии, лучше подвижность, яснее мышление. Но, как говорил мой дед, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Должны быть какие-то подводные камни.

— Возможно, мы найдём ответы в архивах Виктора, — предложил Артём. — АЛИСА говорила, что кристалл должен открыть доступ к ним.

Я активировал интерфейс шлема. С момента интеграции кристалла данных появились новые функции и меню. Одно из них называлось просто «Архив».

Когда я открыл его, передо мной развернулась трёхмерная проекция базы данных. Тысячи файлов, упорядоченных по категориям, датам, приоритету. Это была настоящая сокровищница информации.

— Вот это да, — выдохнул Артём, разглядывая проекцию. — Тут работы на месяцы, если не на годы.

— У нас нет столько времени, — покачал головой я. — НейроТех уже объявили о своём «Эликсире». Они будут продвигать его как собственную разработку, и, скорее всего, сделают его доступным только для избранных.

— Нам нужно искать что-то конкретное, — согласился Артём. — Что-то, что поможет нам понять основы технологии и завершить её.

Я задумался, вспоминая всё, что узнал о проекте «Феникс».

— АЛИСА говорила о девяти факторах интеграции, — сказал я. — Теломеры, митохондриальная функция, эпигенетические модификации… и ещё шесть. Давай начнём с них.

Я ввёл в поисковую строку «факторы интеграции», и система мгновенно выдала несколько десятков файлов. Первым в списке был документ под названием «Основы проекта 'Феникс' — девять факторов омоложения».

Открыв файл, мы увидели подробное описание каждого из девяти факторов, их взаимосвязи и методы воздействия на них. Это была фундаментальная работа, объясняющая научные основы технологии.

— Слишком сложно, — пробормотал Артём, пролистывая страницы, полные формул и специальных терминов. — Я в молекулярной биологии не особо силён.

— Я тоже, — признался я. — Но мы можем попросить помощи у АЛИСЫ. Она должна разбираться в этом.

Я активировал вызов АЛИСЫ, и вскоре перед нами материализовалась её фигура — всё та же женщина в белом с немного неестественно идеальным лицом.

— Рада видеть вас снова, — сказала она. — Я вижу, вы начали изучать архивы Виктора.

— Да, но нам нужна помощь, — ответил я. — Мы не специалисты в этой области. Можешь объяснить основы технологии более простым языком?

— Попробую на понятном, — сказала АЛИСА. — Представьте старый цех, Павел Николаевич. Девять узлов, и все девять изношены.

Она начала загибать пальцы, и это выходило у неё удивительно по-человечески.

— Теломеры работают как счётчик на станке. Каждое деление клетки его щёлкает, а когда счётчик выбит в ноль, клетка встаёт. Технология подкручивает счётчик назад. Митохондрии у вас за заводскую подстанцию, и с годами она даёт всё меньше тока. Мы её перебираем. А на чертежах за семьдесят лет наросла грязь: линии те же, а прочесть уже нельзя. Это эпигенетика, и чертежи мы отмываем.

— А остальные шесть? — спросил Артём.

— Стволовые клетки у вас за ремонтную бригаду, и бригада эта тает с каждым годом. Протеостаз отвечает за уборку брака. Обмен веществ работает как снабжение. Межклеточная связь: заводские телефоны, которые перестали дозваниваться. Стойкость к стрессу можно считать запасом прочности. А целостность генома и есть сами чертежи, в которых с годами копятся описки.

Она опустила руку.

— Сейчас шлем работает по первым трём узлам. На остальные нужна доработка программы и, возможно, оборудование.

Я слушал, затаив дыхание. Она разложила моё собственное тело по цеховым участкам, и от этого стало разом и понятнее, и холоднее.

— И это действительно работает? — спросил я. — Без серьёзных побочных эффектов?

— В вашем случае — да, — ответила АЛИСА. — Но есть нюансы. Вы были выбраны не случайно, Павел Николаевич. Ваш генетический профиль идеально подходит для первичного тестирования технологии. Но для массового использования требуется адаптация под разные генетические особенности.

— И как нам это сделать? — спросил Артём. — Мы же не генетики.

— В архивах Виктора есть все необходимые материалы, — ответила АЛИСА. — Включая планы по созданию универсального адаптера — устройства, которое будет анализировать генетический профиль пользователя и автоматически настраивать параметры воздействия.

— И где находятся эти планы? — спросил я.

АЛИСА указала на один из разделов архива.

— Здесь. Но для их реализации потребуются определённые ресурсы и оборудование. Виктор создал секретную лабораторию, где хранится всё необходимое. Координаты этой лаборатории также есть в архиве.

Я переглянулся с Артёмом. Мы оба думали об одном и том же — попасть в секретную лабораторию будет не так-то просто, особенно учитывая, что за нами следят и спецслужбы, и корпорация.

— АЛИСА, — сказал я, — мы сейчас находимся под наблюдением. Мне пришлось временно переехать в дом, предоставленный… скажем так, государственными структурами. Они тоже интересуются шлемом и технологией.

— Я знаю, — кивнула АЛИСА. — Я мониторю все ваши коммуникации через шлем. Ситуация сложная, но не безнадёжная. У нас есть преимущество — они не знают о существовании лаборатории и о том, что вы имеете доступ к архивам Виктора.

— И что ты предлагаешь? — спросил Артём.

— Продолжайте сотрудничать с этими людьми, — ответила АЛИСА. — Делитесь с ними информацией, но не всей. Дайте им то, что они хотят знать о базовых принципах технологии, но умолчите о лаборатории и полных возможностях проекта.

— Двойная игра, — сказал я. — Рискованно, но может сработать.

— А что насчёт нашей гильдии? — спросил Артём. — Мы можем привлечь их на помощь?

Я задумался. Наши товарищи по «Багровому Рассвету» были надёжными людьми, по крайней мере, в игре. Но можно ли доверять им в реальном мире, с такими высокими ставками?

— Думаю, пока не стоит раскрывать им полную картину, — осторожно сказал я. — Но мы можем намекнуть, что занимаемся чем-то важным, и попросить их помощи в виртуальном мире. Например, для охраны наших виртуальных активов или для сбора редких материалов.

— Согласен, — сказал Артём. — Чем меньше людей знает, тем безопаснее.

— Разумное решение, — одобрила АЛИСА. — А теперь я предлагаю начать изучение чертежей универсального адаптера. Это ключевой компонент для завершения проекта.

Следующие несколько часов мы провели, изучая схемы, чертежи и принципы работы устройства, которое должно было превратить экспериментальную технологию в практическое решение для миллионов людей. Это была сложная работа, требующая полной концентрации и огромных умственных усилий.

Когда мы наконец сделали перерыв, у меня было такое чувство, будто я разгрузил вагон. Голова гудела от обилия информации, но в душе горел огонь энтузиазма. Мы действительно могли это сделать — завершить то, что начал Виктор, и изменить мир к лучшему.

— Нам нужно составить план действий, — сказал Артём, когда АЛИСА временно отключилась, оставив нас наедине.

— Да, — согласился я. — В первую очередь нужно найти способ посетить лабораторию Виктора. Судя по координатам, она находится где-то в Подмосковье, в заброшенном научном комплексе советских времён.

— А как мы туда доберёмся? — спросил Артём. — Ты же под наблюдением, а меня могут начать отслеживать в любой момент.

Я задумался, вспоминая своё бурное прошлое. Когда-то, много лет назад, я специализировался на… определённых операциях, требующих незаметного перемещения. Эти навыки могли пригодиться нам сейчас.

— У меня есть идея, — медленно произнёс я. — Но для её реализации нам понадобится помощь гильдии. Не полное раскрытие ситуации, а именно помощь в конкретных задачах.

— Ты уверен? — нахмурился Артём. — Мы же только что решили держать их в неведении.

— Мы и будем держать их в неведении относительно реальной ситуации, — пояснил я. — Но мы можем использовать их навыки, даже если они не знают, для чего именно. Например, Макс работает в IT-безопасности, верно? Он мог бы помочь нам с обходом систем наблюдения. Леха служил в армии — у него есть опыт выживания в полевых условиях. Ника учится на химика — её знания могут пригодиться при работе с реагентами в лаборатории.

Артём удивлённо посмотрел на меня.

— Откуда ты знаешь, кто чем занимается?

Я улыбнулся.

— Старая привычка — собирать информацию о людях, с которыми работаешь. Я много слушал ваши разговоры в гильдейском холле, когда вы думали, что я занят своими делами.

Артём покачал головой, но в его глазах светилось уважение.

— Ты полон сюрпризов, дед. Хорошо, давай попробуем. Но как мы объясним им, зачем нам нужна их помощь?

— Скажем, что работаем над особым проектом внутри игры. Чем-то вроде секретного квеста или скрытой локации. Это заинтригует их, но не раскроет реальных мотивов.

Артём был согласен. И тут АЛИСА вернулась, материализовавшись рядом с нами.

— У меня есть новости, — сказала она без предисловий. — И они не очень хорошие. НейроТех активизировал поиски прототипа. Они привлекли дополнительные ресурсы и используют свои связи в правительственных структурах.

— Откуда ты знаешь? — напрягся я.

— Я подключена к их внутренней сети, — пояснила АЛИСА. — Виктор оставил мне доступ перед тем, как покинуть корпорацию. Они меня не обнаруживают, потому что часть моего кода интегрирована в их системы безопасности.

— И что конкретно они предпринимают? — спросил Артём.

— Они отследили ваше местоположение, Павел Николаевич, — серьёзно сказала АЛИСА. — Не нынешнее, а предыдущее. Они обыскали вашу квартиру, но, разумеется, ничего не нашли. Теперь они пытаются выяснить, куда вы переехали. И, судя по перехваченным мной сообщениям, они близки к цели.

Я поставил чашку, потому что она вдруг стала мешать.

— Насколько близки?

— Они знают, что вы находитесь под защитой спецслужб. И они пытаются выяснить, в каком именно безопасном доме. У них есть информаторы в ведомстве Сергея Вячеславовича.

— Чёрт, — выругался я. — Значит, мне нужно срочно менять местоположение.

— Именно. И я бы рекомендовала не сообщать о вашем новом местоположении никому из спецслужб. По крайней мере, пока не будете уверены, кому можно доверять.

— Но куда мне идти? — спросил я. — У меня не так много вариантов.

— Есть ещё один момент, — продолжила АЛИСА. — Похоже, они разработали устройство, способное обнаружить специфическое излучение шлема. Это не обычный детектор, а нечто уникальное, созданное специально для поиска прототипа.

— То есть, даже если я уйду в подполье, они всё равно смогут меня найти, пока у меня есть шлем? — уточнил я.

— Теоретически — да. Но есть способ блокировать излучение. В архивах Виктора есть схема защитного контейнера. Его можно создать даже из подручных материалов.

— Отлично, — сказал я. — Покажи нам эту схему. И, пожалуйста, подготовь все данные, которые могут пригодиться нам для самостоятельной работы. Похоже, скоро нам придётся действовать без постоянного доступа к архиву.

АЛИСА запустила выгрузку данных в отдельный файл, который можно было сохранить локально. Одновременно она показала нам схему защитного контейнера — довольно простая конструкция из обычных материалов, покрытых специальным составом.

— Ингредиенты для покрытия можно найти в любой строительной или хозяйственной лавке, — пояснила АЛИСА. — Ничего экзотического.

— Хорошо, — сказал я. — Артём, ты сможешь достать эти материалы? Тебя пока не знают в лицо, так что риск минимален.

— Конечно, — согласился Артём. — Куплю всё необходимое завтра же.

Мы продолжили обсуждение плана действий. Решили, что я покину безопасный дом завтра вечером, воспользовавшись моментом, когда Сергей Вячеславович уедет после очередного визита.

— Машину возьмёт Артём, — сказал я. — Через того перекупщика с рынка, что оформляет на кого попало. Только за руль сядешь не ты, внучек, тебе ещё год до прав. Сяду я.

— А ты умеешь? — усомнился Артём.

— Я, внучек, права получал не в автошколе, — усмехнулся я. — И с тех пор водить не разучился.

— А школа? — спохватился я через минуту. — У тебя же выпускной класс.

— Осенние каникулы, — отмахнулся он. — А дальше скажу матери, что уехал на сборы к олимпиаде по информатике. Она даже обрадуется, честное слово.

— Это рискованно, — заметила АЛИСА. — Но в данной ситуации это наилучший вариант. В лаборатории вы будете в относительной безопасности, и там есть всё необходимое для работы над проектом.

— А как же Михалыч? — спросил я, вспомнив о своём коте. — Я не могу просто бросить его.

— Возьмём с собой, — предложил Артём. — Переноска у тебя есть, еды купим по дороге. Кот в лаборатории даже полезен — будет ловить мышей, если они там есть.

План был далёк от идеала, но лучше действовать, чем сидеть и ждать, пока НейроТех или кто-то ещё найдёт меня.

— Тогда решено, — сказал я. — Завтра вечером мы уходим.

На этой решительной ноте мы закончили нашу встречу. АЛИСА дала нам последние инструкции и рекомендации, после чего исчезла. Мы с Артёмом обменялись прощальными словами и договорились о деталях завтрашней операции.

— Будь осторожен, дед, — сказал Артём перед выходом из игры. — И… спасибо, что доверяешь мне.

— Тебе спасибо, внучек, — искренне ответил я. — Без тебя я бы не справился.

Покинув виртуальный мир, я снял шлем и обнаружил, что уже далеко за полночь. Дом был тих, лишь слабый свет ночника освещал комнату. Михалыч свернулся калачиком у меня в ногах, мирно посапывая.

Я аккуратно поднялся, стараясь не разбудить кота, и подошёл к окну. Небо было ясным, усыпанным звёздами. Виктор Лазарев попытался изменить мир и не успел. Теперь это висело на мне и на семнадцатилетнем пацане, у которого через год выпускной.

Я вернулся к кровати и лёг, не раздеваясь. Завтра предстоял трудный день, и мне нужно было набраться сил. Но даже когда я закрыл глаза, мозг продолжал работать, анализируя информацию, строя планы, рассматривая варианты.

«Ну и осень выдалась, Павел Николаевич, — подумал я, засыпая. — Даже на пенсии, оказывается, можно вляпаться так, что молодые позавидуют.»

И уже проваливаясь, я поймал себя на простой мысли, от которой стало холодно: за все эти недели АЛИСА ни разу не спросила, хочу ли я всего этого. Она только объясняла, почему по-другому нельзя.