Глава 4. Обратная дверь

Демка не дышал. Он вообще забыл, как это делается, – легкие стояли колом, а в ушах шумело так, будто кто-то приложил к голове раковину и держал, не отпуская. Двадцать семь субъектов. Шаги приближались со всех сторон, и в каждом шорохе ему чудился хруст веток, дыхание, сдержанный говор.

Марго стояла, не шевелясь, и на лице ее не было ни страха, ни удивления – только та самая почти нежная улыбка, от которой у Демки внутри все холодело.

– Ты слышала? – прошептал он, не разжимая зубов.

– Слышала, – ответила она так спокойно, будто речь шла о погоде. – Но разве это не то, чего ты хотел? Ты ведь почти открыл всем глаза на меня, верно? Ну вот они и пришли.

– Кто?

– Операторы, – Марго повертела в пальцах невидимую нить. – Те самые, чей доступ ты сейчас держишь на кончике пальца. Три оператора. Остальные – их охрана. Ты же админ, Дема. Админы следят за операторами. Операторы – за теми, кто ниже. А я… – она вздохнула, – я в этом городе, кажется, единственная, кто стоит прямо под тобой.

Демка медленно опустил руку. Панель перед глазами мигала красным, предлагая подтвердить доступ к оператору А-7. Внизу, вторым предупреждением, уже набиралась новая строчка: «Субъекты на расстоянии 40 метров. Не подтверждать». Его палец дрожал.

– Фекла, – выдавил он. – Отпусти Феклу. Прямо сейчас.

Марго подняла брови – высоко, с наигранным удивлением.

– А если я скажу, что Фекла уже не в багажнике?

Демка дернулся к «Волге» – и тут же замер. Из-за дерева, в пяти шагах от капота, вышел человек. На нем был неприметный темный плащ, капюшон низко надвинут, и от него не пахло ничем – ни потом, ни табаком, ни лесом. Вообще ничем. Как от пустого места.

– Оператор А-7, – проговорил он глухо. – Субъект не отображен. По распоряжению… – он запнулся, словно читая невидимый текст, – …по распоряжению второго сектора. Демка Воропаев. Подтверждаешь ли ты свое существование?

Демка хотел выругаться, но вместо этого услышал собственный голос – тонкий, чужой:

– Что вы сделали с бабушкой в багажнике?

Человек в плаще склонил голову, будто обдумывая, стоит ли отвечать.

– Багажник пуст, – сказал он наконец. – Уже полчаса. Субъект «Фекла» перемещен в безопасную зону по вашему же запросу.

– По моему запросу?

Человек не ответил. Вместо этого он поднял руку, и Демка увидел на его ладони ту же серую панель, что висела у него самого в углу зрения, – только у оператора она была настоящей, стеклянной, с кнопками. По панели пробежала строчка, которую Демка прочитал боковым зрением, отчего у него волосы на затылке встали дыбом: «Профиль субъекта восстановлен. Уровень: скрыт. Класс: скрыт. Уведомить владельца админки: ДА».

– Ты не существуешь для Системы, – сказал оператор, пряча панель в карман. – Но для админки существовал всегда. Ты – ее владелец. Твой предшественник пять лет держал этот город за ниточки, а потом исчез, не оставив даже логина. Мы думали, Система просто зависла. А она, оказывается, ждала. Ты.

– Я из шиномонтажки, – почти прошептал Демка. – Я пацан, который меняет резину на объездной. У меня нет ниточки ни на кого.

Оператор покачал головой.

– Админку не выбирают. Админку хоронят, когда она больше не нужна. Твой предшественник, – он кивнул в сторону Марго, – решил, что она перестала быть нужна. И заблокировал ее. Сегодня, на пустыре, ты сделал то же самое. С той лишь разницей, что ты не знал, что делаешь. А она знала все.

Марго усмехнулась – коротко, зло, и впервые за вечер ее улыбка стала не почти нежной, а настоящей.

– Ага, – сказала она. – Все. Кроме одного.

– Чего же?

Марго повернулась к Демке, и он увидел в ее глазах не страх и не надежду – а то самое выражение, с каким школьники смотрят на учителя перед контрольной, зная, что ответ на последний вопрос намазан внутри ручки.

– Я не знала, что мой предшественник оставил двери, – она показала на серую панель перед Демкой. – Ты сейчас держишь палец на «Подтвердить». А я всю жизнь была уверена, что эти двери запираются только снаружи. Что если я их закрою – обратного хода нет. А ты, дурачок из шиномонтажки, собрался открыть ее нараспашку.

Демка смотрел на нее. Потом на оператора. Потом на панель, где все еще мигала строчка: «Доступ к оператору А-7: открыт».

– И что будет, – медленно спросил он, – если я нажму?

Оператор не успел ответить. Из темноты леса, с той стороны, где стояла «Волга», донесся приглушенный, но отчетливый звук – лязг металла о металл. Кто-то открыл багажник. Демка обернулся, и сердце его сначала ухнуло вниз, а потом подскочило к горлу, потому что из багажника, щурясь на свет, выбиралась маленькая сухонькая старушка в клетчатом платке – Фекла.

– Ой, – сказала она, оглядываясь. – А где это я? И почему тут у мужиков плащи такие странные? Дем, ты чего остолбенел? Помоги бабке, сумку подай. А то ведь опять тебе хлеба не будет, мальчик из шиномонтажки.

В ее голосе была такая обыденность, что Демка едва не рассмеялся. А потом он поймал взгляд Марго – и смех застрял. Марго смотрела не на Феклу. Марго смотрела на багажник – и в этом взгляде не было ни злости, ни удивления. Только жадный, почти голодный интерес.

– Она не должна была выбраться, – сказал Демка тихо. – Ты же сказала, что она в багажнике.

Марго не ответила. Вместо этого она вытянула руку, и в ее ладони, как у оператора, проявилась серая стеклянная панель. На ней загорелась строчка, и Демка прочитал ее, не успев даже подумать:

«Субъект "Фекла": отображение – полное. Класс: скрыт. Уровень: скрыт. Тревога: субъект не является человеком. Подтвердить ликвидацию?»

Марго медленно подняла палец к кнопке «Подтвердить», и ее улыбка наконец стала по-настоящему нежной.

– Вот теперь, – прошептала она, – я тебя поймала, владелец.