Глава 3. Тени прошлого

Просыпаюсь, выплывая из темного марева. Снился Жаров, теплая рука сжимает бедро, горячее дыхание опаляет шею. Секунда, и я понимаю, что это был не сон. Это был он, настоящий, и уснули мы только под утро.

Аккуратно освобождаюсь из объятий, Демон сонно мычит, тянется следом, но не просыпается. Поворачивается на бок, подминает подушку, дышит глубоко, спокойно. Я редко видела его таким, без этой вечной готовности к удару. Он изменился, возмужал, плечи стали шире, щетина, шрам на скуле, его не было раньше. Гадаю, где он его заработал. На ринге? В очередной драке? Потом спрошу. У нас у обоих есть прошлое, которое мы не трогаем. Пока.

Встаю, накинув шелковый халатик, иду на кухню. Тело ноет, между ног саднит. Он брал меня еще не раз, для нас не перебор, но я отвыкла. С другими так не получалось. С другими вообще ничего не получалось. Жалкие попытки заканчивались очередным разочарованием. Со временем я даже привыкла расставаться, перестала реагировать. Не болело, просто короткое “вжух!” и каждый идет своей дорогой.

Включаю кофемашину, пока она промывается, заглядываю в холодильник: есть яйца, сыр, помидоры. Что–нибудь сооружу на завтрак, мне–то хватит привычной овсянки.

Варю кофе и выхожу на балкон. Он у меня оборудован под маленькую террасу – бывшие хозяева постарались. Я сменила кресло, перекрасила стены, и теперь по утрам наслаждаюсь видом на море. Моя квартира на седьмом этаже в центре Адлера, до береговой линии километров восемь. Пешком минут сорок, если через парк, но вид на море отсюда потрясающий.

Падаю в кресло, откидываюсь на подушки. Сегодня шторм, прямо, как у меня в душе. Ветер поднимает белые гребни и неустанно несет к берегу. Вода темная, будто кто–то налил в море чернил. И по этой черноте повсюду белые всполохи, рваные, хаотичные, злые.

Красиво.

Делаю глоток, смотрю вдаль, прокручиваю вчерашний вечер, потом ночь.

Он вернулся.

Вернее, не так. Нас столкнули лоб в лоб. Сука – судьба оскалилась и повернулась к нам передом, организовала встречу.

Вчера Демон рассказывал о своих делах буднично, между прочим, когда мы лежали в темноте, и я почти спала. Стройка, участок у моря, аквапарк, ресторан, лаунж. Все серьезно, с размахом. Сказал, что приехал на лето, чтобы проконтролировать окончание работ, запустить проект... а потом замолчал. Я поняла – он останется. Не на лето, не на проект. Совсем, потому что я здесь. Задерживаю дыхание, чувствую, как сердце колотится о ребра. В крови кипит адреналин и похоть. Рядом с Демоном всегда так. Я рядом с ним – вулкан и черт его знает, когда он взорвется. Иногда достаточно одного взгляда или прикосновения.

Вздыхаю. Что дальше, как это будет, выдержат ли эти отношения проверку на прочность? Но сколько бы не сомневалась, я уже не соскочу с этой иглы. Я просто знаю это так же точно, как знаю, что море сегодня штормит. Так же, как знаю, что кофе остынет, если я не допью. Так же, как знаю, что Демон все еще спит в моей постели, и когда проснется, он первым делом придет искать меня.

Просто знаю.

Может это и есть взросление. Не когда перестаешь бояться, а когда понимаешь, что страх – это не сигнал к бегству. Иногда это просто фон, как шум штормового моря.

«Я тебя искал. В каждой, в каждом городе, в каждой ночи. Ни одна не пахла так. Ева...». Семь чертовых лет. Я думала, что вычеркнула. Сменила город, сменила жизнь, меняла мужчин. Не сразу поняла, что искала один и тот же типаж. Высоких, спортивных, темноволосых, с жестким взглядом. Похожих. Не работало. Потому что все они – не он.

А сейчас Демон здесь. Дышит в мою подушку, пахнет “Фаренгейтом”, табаком и чем–то своим. Тем, что я узнала бы из тысячи. Это мой запах силы и запах слабости одновременно, мой личный наркотик. Так было всегда...

Еще глоток, второй, третий, и проваливаюсь в воспоминания…

Москва. Семь лет назад. Сентябрь.

Мне девятнадцать. Я возвращаюсь с друзьями из клуба. Парень подруги, Костя, тормозит у тротуара.

– Дальше дойдешь? Там большая лужа, а я только недавно машину на мойку гонял. Воск, все дела…

– Конечно, спасибо. Всем пока.

Выхожу, осторожно закрываю дверь, Костян признательно кивает. Знаю, что он любит машину сильнее, чем мою подругу, но это не мое дело – сами разберутся. На прощанье машу рукой, ухожу.

До дома метров триста.

Обхожу лужу, срезаю дворами. Каблуки цокают по асфальту, в ушах еще долбит бас, в голове приятный шум от коктейлей. Я не пьяная, так, навеселе. Мне девятнадцать, я свободна и счастлива.

Арка. Темная, длинная, как тоннель. И тусклый свет от фонаря в конце того тоннеля, но до него еще нужно дойти. Я делаю шаг в арку, и сердце екает. Поздно.

Трое, пьяные. Разит перегаром и потом. Один присвистывает, остальные замирают, поворачиваются.

– Глянь какая, рыжая–бесстыжая, – скалится самый мелкий. Двое других побольше, а может у моего страха глаза велики.

Запахиваю косуху – там во внутреннем кармане банковская карта и телефон.

– Я просто пройду, мне домой нужно. И меня ждут, если что, – сочиняю на ходу. На самом деле родители уехали на дачу, потому я так допоздна загулялась.

– Слышь, ее ждут, – ржет мужик, крутит сигарету между пальцами. Затягивается, а я, как зачарованная, смотрю на красный огонек. Вспыхнул в темноте, погас. Все. – Это ж мы, детка. Не ссы, не обидим. Тебя как раз ждем, заходи на огонек, – тянет меня за рукав к себе.

Я дергаюсь. Не робкого десятка, вскидываю подбородок.

– Руки убрал. Иначе без них останешься.

Они ржут. А потом тот, что был с сигаретой, резко хватает меня за шею и прижимает к стене. Пальцы смыкаются. Не сильно, но достаточно, чтобы я поняла – это не игра. Меня вжимают в холодный бетон. Я хриплю, пытаюсь ударить, но он перехватывает запястье.

– Деньги, серьги, быстро все сюда. Что там у тебя с собой?

Внутри все холодеет, кровь шумит в ушах. Я злюсь и боюсь одновременно. Не успеваю ответить, слышу звук машины, а потом яркий свет ослепляет всех.

Мужлан на секунду ослабляет хватку. Я успеваю вдохнуть. Хлопок двери. Мужчина направляется к нам уверенными шагами.

– Отпусти девушку.

Голос низкий, спокойный, без угрозы. Пьяные переглядываются, тот, что держал меня, убирает руки, ухмыляется.

– Тебе че, пацан? Иди своей дорогой. Это моя телка, мы тут разговариваем.

Незнакомец смотрит на меня, ждет подтверждения, а я мотаю головой. В моих глазах такая паника, что для принятия решения ему хватает пары секунд.

Дальше все происходит молниеносно.

Мужик, стоящий рядом, летит в стену. Хруст. Второй получает ногой в грудь, отлетает в другую сторону. Третий пытается замахнуться, но парень перехватывает руку, крутит, и тот падает на асфальт, с диким воплем.

Все, тишина. Все в сознании, но никто даже на ноги подняться не пытается.

Я стою, опираясь на стену, и не могу пошевелиться. Сердце стучит, как сумасшедшее, мечется по телу где–то между горлом и пятками. Парень подходит близко. Высокий, поджарый, темные волосы. Кожаная куртка, расстегнутая на груди, под ней – белая футболка.

– Ты что тут делаешь в такое время?

– Домой иду.

– И далеко дом? – разглядывает мое лицо в свете фар.

– Вот, соседний. Почти пришла.

– Проводить?

Не раздумываю ни секунды, потому что до сих пор не пришла в себя.

– Да.

Он кивает, разворачивается, идет к машине, глушит двигатель и выходит обратно.

Идем молча. Я показываю дорогу, все еще под впечатлением от случившегося. Руки подрагивают, ноги то и дело спотыкаются о каждую неровность. Парень такой спокойный, как будто ничего не случилось, будто он каждый день бьет морды мужикам в подворотне, и это в порядке вещей.

У подъезда останавливаюсь, достаю из кармана ключи. Он смотрит как–то слишком странно, изучая.

– Спасибо вам... Не знаю, чем бы закончилось, если бы…

– Как тебя зовут? – прерывает мою любезность.

– Ева. А тебя? – раз уж сходу на «ты».

– Демон.

– Это имя?

Он усмехается одним уголком губ.

– А что тебя смущает? Не нравится?

– Ничего, как скажешь. Демон так Демон.

Не могу оторвать глаз от его лица. Красивое, мужское, над бровью небольшой пластырь.

– Ты что, постоянно дерешься? – киваю на бровь.

– Угу, – замечает мое любопытство, поясняет. – В зале, на ринге. А по ночам занимаюсь любительским спортом, чтобы навык не потерять.

Ах вот оно что! Опускаю глаза ниже – накачанная грудь , обтянутая футболкой, плоский живот, ремень на джинсах. Мельком отмечаю разбитые костяшки на правой руке. И на левой, кстати, тоже.

Блин! Поднимаю глаза. Он улыбается.

– Норм?

– Норм. Пойдем ко мне, раны обработаю.

Несколько секунд пристальный взгляд распознает подвох в моих словах.

– Просто обработаю перекисью на всякий случай. Они такие вонючие были и грязные, как бомжи. Мало ли, что можно подцепить.

– Ну пойдем.