Глава 20. Крылья на стаканчиках.

Утро началось как обычно: будильник, душ, кофе. В свой первый рабочий день после отпуска Сара пришла в кофейню раньше обычного. Сама от себя не ожидала, но, оказывается, она соскучилась по работе и по Стиву. И даже по Ронде и ее бесконечной болтовне.

— Кто это у нас такая ранняя пташка? — послышался бодрый голос коллеги. — Хармет, я скучал! — Стив подошел и обнял Сару. — Ну, рассказывай. Тех фото, что ты присылала из отпуска, мне мало. Мне нужны подробности!

Сара пожала плечами:

— Да особо нечего рассказывать.

— Ты покинула свою квартиру и отправилась в турне. Это уже повод для рассказов, — развел руками Стив.

Сара закинула душистые зерна в кофемашину и пошла за сливками в холодильник-склад. Стив проводил ее беспокойным взглядом.

— Ты или переотдыхала, или что-то стряслось, — констатировал он, когда Сара вернулась.

— Все хорошо, Стив, — она задумалась и посмотрела на друга. — Правда. Честно. Мне хорошо, как никогда. Я словно…вернулась другим человеком. Мне нужен был этот перерыв.

— Я надеюсь, — улыбнулся Стив. — То, что ты пришла на работу не просто вовремя, а раньше, чем нужно — уже достижение. Это явно какая-то другая Сара. Кстати, что ты там делаешь?

Сара достала одноразовые бумажные стаканчики и маркером на каждом из них рисовала крыло. Ангельское легкое крылышко.

— Не знаю. Показалось, что это будет красиво и приятно для клиентов.

Стив подошел, заглянув Саре через плечо:

— Красиво. Сроду не знал, что ты художница.

— Сама не знала. Но получается ничего так, — одобрительно посмотрела на рисунок Сара.

Стив открыл жалюзи, впуская в кофейню лучи яркого солнца.

— Я все же надеюсь, что ты расскажешь мне все в подробностях. Благо, теперь у нас есть много времени.

— Само собой, — ответила Сара. — Дай мне войти в привычное русло. Отпуск — это тоже стресс. Точнее, возвращение из отпуска.

— Не могу не согласиться, — произнес Стив, глядя, как девушка надевает фартук.

Он стоял у окна и внимательно смотрел на улицу и на спешащих прохожих. В столь ранний час посетители не ожидали открытой кофейни, поэтому она была почти пуста, только несколько сонных клиентов.

Сара подошла и встала рядом с парнем.

— Ты никогда не думал поменять место работы? — спросила она.

— С чего такой вопрос, Хармет? — насторожился Стив.

— Просто. Я вот не хотела бы, наверное. Хотя иногда думала раньше, но сейчас понимаю, что мне все это дорого. Город, люди, океан. Друзья, — посмотрела она на Стива. — И знаешь, я счастлива, что у меня все это есть.

Стив удивленно слушал неожиданные признания подруги.

— Я не знаю, что ты делала, пока тебя не было, но такая ты мне определенно нравишься больше.

Сара усмехнулась, Стив пошел встречать посетителей.

Неподалеку от кофейни Сара заметила высокого мужчину в строгом костюме. Она сначала подумала, что ей показалось, но нет — он смотрел прямо на нее. Не зная, что делать, Сара неловко помахала ему и улыбнулась. Хотела позвать Стива, повернулась, но в следующую секунду мужчины уже не было.

Сара поспешно вышла на улицу. Ей показалось странным такое быстрое исчезновение мужчины. Родимое пятно на запястье неожиданно стало ощутимым, словно кто-то прикоснулся теплой ладонью.

— Странно… — проговорила Сара тихо.

— Хармет, что такое? Ты куда сорвалась? — Стив выглянул из-за двери.

Сара еще раз осмотрелась и ответила:

— Ничего. Наверное, показалось…

Где-то за пределами…

Ифриил снова стоял в бесконечном пространстве, в мягком, рассеянном свете и тумане. Перед ним парил Высший.

— Ну что ж. Миссия успешна, и я, честно сказать, удивлен. Душа в порядке, и баланс восстановлен.

Ифриил молчал, зная, что за этим последует.

— Но метод, которым ты этого добился, — продолжил Высший. — Нарушает все существующие протоколы. Ты покинул архив без разрешения, напрямую вмешался в человеческую жизнь, раскрыл человеку больше, чем дозволено. Но самое главное — позволил себе привязаться и чувствовать. Ты же понимаешь, что должен быть наказан?

— Да, — уверенно ответил Ифриил. — И понести наказание готов.

Высший вздохнул или сделал что-то, что у людей было бы вздохом. Свет его крыльев чуть потускнел.

— За нарушение протокола ты лишен права покидать архив. Навсегда. Ты будешь хранить свитки, смотреть и наблюдать, но без контакта с человеком. Все, как и прежде, но теперь зная, что ты можешь намного больше.

Ифриил молчал, потому что был к этому готов.

— Но, — продолжил Высший. — Учитывая, что душа спасена, я готов смягчить наказание. Ты сможешь приходить к ней во сне и иногда наблюдать за ее душой не только из архива. Но надзор за тобой я не убираю. Теперь-то я буду знать, что ты, оказывается, бунтарь и мятежник.

Он собрался уходить, но остановился:

— Ты сделал то, чего никто из нас не смог. Это заслуживает уважения.

Высший развернулся и растворился в свете.