Глава 4:Кровавый рассвет.

Сирены разорвали тишину Блока-9.

Их вой прокатился по бетонным коридорам, ударился о герметичные двери и вернулся гулким эхом. Красные лампы тревоги вспыхивали одна за другой, окрашивая стены в цвет свежей крови.

Лаборатория проснулась.

Автоматические системы запирали сектора. Печати переходили в боевой режим. Из потолка выдвигались турели, а в вентиляционных каналах открывались клапаны газовых ловушек.

Но близнецы уже двигались.

Ичицури шёл впереди, удерживая в памяти всю схему комплекса. Благодаря Тансейгану он видел не только коридоры, но и скрытые потоки чакры внутри стен: расположение печатей, механизмы дверей, маршруты патрулей и слабые места защитной системы.

За ним двигался Хикизури.

Его шаги были бесшумными. Пурпурный Риннеган мерцал в красном свете тревожных ламп, а воздух вокруг тела становился тяжелее.

— Ещё два поворота, — прошептал Ичицури. — Затем резервный шлюз.

— Я знаю.

— Не торопись. Патруль впереди.

Хикизури остановился.

За дальней дверью Ичицури видел шесть чакровых потоков. Охранники приближались, выставив оружие. Их печати уже активировались.

— Я задержу их, — сказал Хикизури.

— Не убивай.

Старший брат медленно повернул голову.

— Ты всё ещё просишь об этом?

— Да.

— Даже сейчас?

— Особенно сейчас.

За дверью раздался металлический щелчок.

Охранники приготовились к атаке.

Хикизури поднял руку.

— Тогда не мешай мне выжить.

Дверь распахнулась.

Первый охранник вошёл, подняв кунай. В тот же миг из пола вырвались ледяные шипы. Один ударил в оружие, выбив его из руки, второй пробил защитную печать на бронежилете.

Третий шип оказался направлен прямо в грудь.

Ичицури успел увидеть движение.

— Хикизури!

Но было поздно.

Лёд пробил тело охранника и пригвоздил его к стене.

На белый пол брызнула кровь.

Мир на мгновение замер.

Ичицури смотрел на красное пятно, расползающееся по металлу. Он уже видел кровь раньше — на инструментах, бинтах, одежде других подопытных. Но теперь она появилась по его воле. Вернее, по воле Хикизури.

Мальчик закрыл глаза.

— Я сказал не убивать.

— Он вошёл с оружием.

— Можно было остановить его.

— Я остановил.

Хикизури выдернул ледяной шип из стены. Тело охранника тяжело рухнуло на пол.

— Мы не можем позволить себе жалость.

Второй патрульный бросил дымовую шашку.

Ичицури мгновенно создал Пылевой Щит. Частицы пыли поднялись с пола и стен, собрались в полупрозрачный купол и рассеяли дым. Затем щит изменил структуру, преломляя свет аварийных ламп.

Коридор наполнился ложными силуэтами.

Охранники потеряли ориентацию.

Ичицури направил ладонь в сторону пола. Пыль закрутилась под ногами противников, лишая их равновесия. Один упал, второй врезался в стену, третий выронил оружие.

— Уходим! — крикнул Ичицури.

Хикизури не двинулся.

Он смотрел на выживших охранников.

Пурпурное свечение в его глазах усилилось.

— Хикизури!

Старший брат резко сжал пальцы.

Гравитация в коридоре изменилась. Охранников прижало к полу, металлические пластины под ними прогнулись.

Ичицури почувствовал, как напряжение в чакре брата переходит опасную границу.

— Достаточно!

Он направил Пылевой Щит вниз. Купол поглотил часть давления и перераспределил его по стенам.

Охранники потеряли сознание, но остались живы.

Хикизури бросил на брата короткий взгляд.

— Ты замедляешь нас.

— Я не позволю тебе превратить побег в бойню.

— Это уже бойня.

Ичицури посмотрел на тело у стены.

Ответить он не смог.

Система безопасности активировала следующий уровень защиты.

На перекрёстках вспыхнули лазерные заграждения. Из потолка выдвинулись турели. В стены начали подаваться пары парализующего газа.

— Влево, — сказал Ичицури. — Турели работают по тепловым меткам. Не подходи к центру коридора.

Хикизури усмехнулся.

— Тогда пусть стреляют в потолок.

Он раскрыл ладонь.

Гравитационное поле сместилось.

Первые снаряды сорвались с траекторий и ударили в верхние панели. Искры посыпались на пол. Второй залп Хикизури направил в ледяные пластины, возникшие перед ними. Осколки отрикошетили и разбили камеры наблюдения.

Ичицури тем временем создал несколько Пылевых Зеркал.

Тонкие конструкции возникли под разными углами, отражая лазерные лучи обратно в стены. Печати перегорели. Заграждения погасли.

Газ уже заполнял коридор.

Ичицури увидел состав через Тансейган: молекулы оседали в нижних слоях воздуха, поднимаясь к лёгким.

Он поднял руку.

Пылевой поток прошёл по коридору, вытесняя газ в вентиляционные шахты. Затем Ичицури запечатал клапаны тонкой плёнкой из спрессованных частиц.

— Дорога свободна.

Хикизури пошёл дальше.

Ичицури задержался на секунду, заметив на стене едва заметную царапину.

Она складывалась в знак расколотого круга.

Знак исчез прежде, чем он успел рассмотреть его полностью.

— Ичицури! — раздался голос брата.

Он догнал Хикизури.

За ними уже поднималась новая группа охраны.

В главном зале наблюдения младшие ассистенты пытались вернуть контроль над системой.

— Закройте сектор C!

— Команды не проходят!

— Почему камеры показывают пустые коридоры?

— Включите резервные контуры!

Один из операторов замер перед экраном.

На изображении коридора стояли два мальчика. Но камеры были отключены, а запись не соответствовала текущему времени.

За спинами близнецов виднелась тёмная трещина.

— Это не может быть трансляцией, — пробормотал ассистент.

— Что?

— Здесь кто-то ещё.

Изображение дрогнуло.

На экране осталась только надпись:

ОБЪЕКТЫ ПОКИНУЛИ КОНТРОЛИРУЕМУЮ ЗОНУ.

Через секунду она сменилась другой:

ПРОТОКОЛ САМОУНИЧТОЖЕНИЯ ПОДГОТОВЛЕН.

Ассистент побледнел.

— Мы не активировали самоуничтожение.

Никто ему не ответил.

В глубине системы уже пошёл обратный отсчёт.

Близнецы добрались до главного защитного коридора.

Перед ними находилась массивная бронедверь. Она отделяла внутренний комплекс от внешнего технического тоннеля. Створки были рассчитаны на прямое попадание тяжёлого оружия и покрыты несколькими слоями чакровых печатей.

Ичицури подбежал к панели управления.

— Замок связан с центральным ядром. Я могу отключить печати, но понадобится время.

— У нас его нет.

— Тогда не ломай дверь.

Хикизури уже активировал свой Риннеган.

Воздух вокруг него сгустился.

— Отойди.

— Хикизури—

— Отойди!

Он направил ладонь на дверь.

Гравитационный поток сжался в одной точке. Металл застонал. Печати вспыхнули и начали разрушаться. В центре створки появилась вмятина, затем — трещина.

Хикизури усилил давление.

Дверь сорвалась с креплений и разлетелась на несколько тяжёлых обломков.

За ней открылась пропасть.

Часть технического тоннеля обрушилась, и между ними и внешним шлюзом зиял провал. Внизу клубился дым, а из глубины поднимались искры.

— Назад! — крикнул Ичицури.

Хикизури ударил ладонью по воздуху.

Из противоположной стены вырос ледяной мост. Он протянулся над пропастью, но поверхность была покрыта трещинами.

— Беги!

Ичицури ступил на лёд.

В этот момент из коридора донеслись крики. Преследователи приближались.

Хикизури остался позади.

— Я догоню, — сказал он.

— Нет. Вместе.

— Ичицури, иди!

Старший брат развернулся к преследователям.

Пурпурный Риннеган пульсировал, будто в нём вращалась чёрная воронка.

— Хикизури…

— Ты хотел выбраться без крови. Тогда доберись до выхода и открой шлюз. Я задержу их.

Ичицури хотел возразить.

Но мост под ногами начал разрушаться.

Он побежал.

Охрана ворвалась в тоннель.

Первый ряд выпустил залп кунаев и чакровых снарядов.

Хикизури поднял руку.

Снаряды остановились в воздухе. Несколько мгновений они неподвижно висели перед ним, а затем изменили направление и ударили в потолок.

Каменная крошка обрушилась на преследователей.

Охранники активировали защитные барьеры.

Хикизури шагнул вперёд.

Лёд поднялся из пола, разрезая строй. Гравитация смещалась рывками, бросая противников на стены. Он не сражался — он уничтожал пространство вокруг себя, превращая коридор в ловушку.

Из глубины сознания донёсся голос Ичицури:

— Остановись!

Хикизури стиснул зубы.

— Я делаю это ради нас.

— Ты убьёшь их.

— Они не оставят нас в живых.

— Мы можем уйти.

— Только если они не пойдут следом.

Один из охранников поднялся и бросил взрывную печать.

Хикизури мгновенно создал ледяную стену. Взрыв разорвал её, но ударная волна отбросила охранников назад.

Затем вокруг Хикизури начали вращаться кристаллы.

Он почувствовал, как техника сама тянется наружу.

Гравитация стала тяжёлой.

Холод — почти болезненным.

— Не надо, — прошептал Ичицури. — Не используй шторм.

Хикизури уже не слышал.

Его глаза потемнели.

— Гравитационный Ледяной Шторм.

Коридор исчез в белой спирали.

Ледяные кристаллы закружились с такой скоростью, что воздух зазвенел. Преследователи исчезли в вихре. Металлические стены покрылись глубокими порезами.

Ичицури увидел происходящее через Тансейган.

Он видел, что среди охранников есть раненые, но живые.

Он направил чакру в Пылевые Зеркала, создавая их прямо в коридоре. Зеркальные плоскости приняли часть вращающейся энергии и перенаправили её вверх, в пустой технический канал.

Шторм ослаб.

Хикизури рухнул на одно колено.

Его дыхание было неровным.

— Ты опять потерял контроль, — сказал Ичицури, подбегая к нему.

Хикизури поднял голову.

— Но вернулся.

— В этот раз.

— Этого достаточно.

Ичицури посмотрел на лежащих охранников. Некоторые не двигались, другие пытались подняться.

Кровь стекала по льду тонкими красными линиями.

— Мы не можем продолжать так.

— Мы уже начали.

— Это был не наш выбор.

— А чьим он был?

Хикизури поднялся, отряхивая иней с рукава.

— Их.

Ичицури добрался до внешнего шлюза первым.

Перед ним находилась последняя дверь. За ней ощущался настоящий воздух — влажный, холодный, наполненный запахом травы и дождя.

Он коснулся панели.

Внутри механизма проходили десятки чакровых цепей. Некоторые были повреждены, другие уже перешли в аварийный режим.

Ичицури направил пыль в замок.

Тонкие частицы проникли в щели, разомкнули внутренние соединения и перенаправили энергию.

Дверь дрогнула.

За спиной послышались шаги.

Хикизури появился в тоннеле. Его лицо было бледным, а пурпурный свет в глазах стал слабее.

— Открывай.

— Печати почти разрушены.

— Тогда разрушь их полностью.

— Если я сделаю это, шлюз рухнет.

— Мы выдержим.

— А тоннель?

Хикизури посмотрел назад.

Из глубины уже доносился гул самоуничтожения.

— У нас нет выбора.

Ичицури закрыл глаза.

Тансейган раскрыл перед ним структуру двери. Он увидел слабое место — не в механизме, а в самой печати, удерживающей давление внутри комплекса.

Ичицури направил чакру в узел.

Дверь раскрылась.

Свет ударил по глазам.

Они впервые увидели рассвет.

Братья выбежали наружу.

Над лесом поднимался багряный свет. Туман стелился между деревьями, цепляясь за корни и камни. Воздух пах дождём, травой и холодной землёй.

Ичицури остановился.

Он не знал, что свобода может пахнуть именно так.

Хикизури сделал несколько шагов вперёд, но не стал оглядываться.

— Мы свободны, — прошептал Ичицури.

— Пока нет.

Земля под ногами задрожала.

Глубоко под ними активировалось ядро Блока-9. Внутри горы начали разрушаться опорные конструкции. Печати самоуничтожения вспыхнули одна за другой.

— Нужно уходить! — крикнул Ичицури.

Он поднял руки.

Пылевые потоки собрались в широкий защитный купол.

Хикизури активировал гравитационный щит. Воздух перед ними стал плотным, как невидимая стена.

Взрыв ударил через несколько секунд.

Земля вздыбилась. Из-под леса вырвался столб огня, камня и дыма. Холм раскололся, деревья рухнули, а ударная волна прокатилась по лесу.

Гравитационный щит Хикизури удержал основную силу.

Пылевой купол Ичицури поглотил осколки и рассеял пепел.

Когда всё стихло, от Блока-9 осталась только огромная воронка, заполненная дымом.

Вокруг братьев лежали обломки бетона, обугленный металл и снег из серой пыли.

Ичицури тяжело дышал.

Хикизури смотрел на разрушенную лабораторию.

— Всё кончено, — сказал младший.

— Нет, — ответил Хикизури. — Теперь только начинается.

В дыму перед ними возник силуэт.

Сначала Ичицури решил, что это человек, вышедший из обрушившегося комплекса. Но фигура не касалась земли. Она была соткана из теней, дыма и рваных участков пространства.

Контуры постоянно менялись.

Лицо невозможно было рассмотреть.

Тансейган Ичицури не видел в существе ни нормальных чакровых каналов, ни тела, которое можно было бы описать. Пурпурный Риннеган Хикизури, напротив, показывал вокруг силуэта множество тёмных колец.

— Кто ты? — спросил Хикизури.

В его руке сформировалось ледяное копьё.

Существо слегка наклонило голову.

— Тот, кто наблюдал.

— Ты был в лаборатории.

— Я был там раньше вас.

Ичицури почувствовал холод в груди. Перед глазами мелькнули операционная, тени в камерах, символы на стенах, исчезавшие записи.

— Ты направлял события?

— Иногда.

— Ты манипулировал нами?

Существо не ответило сразу.

— Я создавал условия. Вы сами выбирали, кем становиться.

Хикизури сделал шаг вперёд.

— Это ты сделал нас такими?

— Нет. Это сделали те, кто запер вас под землёй. Я лишь показал, что скрывалось внутри.

— Тогда я уничтожу и тебя.

Ледяное копьё сорвалось с его руки.

Оно пролетело сквозь силуэт и исчезло в тумане.

Фигура даже не дрогнула.

— Твоя ярость ещё не принадлежит тебе, — сказал наблюдатель. — Ты лишь носишь её, как чужое оружие.

Пурпурный Риннеган Хикизури вспыхнул.

Гравитация вокруг него сгустилась.

Ичицури схватил брата за плечо.

— Не надо.

— Отпусти.

— Мы не знаем, с чем столкнулись.

— Я знаю достаточно.

Существо перевело взгляд на Ичицури.

— А ты пытаешься сохранить свет, который родился из боли. Посмотрим, сколько он продержится.

— Что тебе от нас нужно?

— Пока — ничего.

— Тогда зачем ты пришёл?

Вокруг силуэта прошла рябь.

— Чтобы вы поняли: побег не означает свободу. Вы покинули Блок-9, но его след уже внутри вас.

Ичицури почувствовал, как остаточная связь с Хикизури болезненно отозвалась.

— Кто ты?

На этот раз голос существа прозвучал тише:

— Тот, кто ждёт за пределами трещин.

Земля снова задрожала.

Оставшиеся подземные секции Блока-9 начали проваливаться. Огненное зарево поднялось над воронкой, а дым закрыл рассветное небо.

Силуэт стал прозрачным.

— У вас есть выбор, — произнёс наблюдатель. — Жизнь или месть. Свет или тьма.

Хикизури сжал кулак.

— Мы выберем сами.

Ичицури посмотрел на брата.

— Вместе.

Хикизури не отвёл взгляда от исчезающей фигуры.

— Даже если наши пути разойдутся.

На губах существа появилась едва заметная улыбка.

— Они уже разошлись.

Силуэт исчез.

В воздухе остался только шёпот:

— Запомните этот рассвет. Он станет началом вашей легенды.

Некоторое время братья молчали.

Позади них догорала лаборатория. Над разрушенным Блоком-9 поднимался чёрный столб дыма, а пепел кружился в воздухе, оседая на траве.

Ичицури смотрел на север.

Там начинался лес.

Настоящий.

Не изображение на экране и не воспоминание, украденное из чужого сознания.

— Нам нужно идти, — сказал он.

— На север.

— Почему на север?

— Потому что там меньше дорог. Меньше людей. Меньше шансов, что нас найдут.

Ичицури кивнул.

Хикизури сделал шаг, но Ичицури остановил его.

— Ты должен знать: я не забуду тех, кто погиб.

— И что ты будешь делать? Оплакивать их?

— Помнить.

— Память не спасает.

— Иногда она удерживает от превращения в чудовище.

Хикизури долго смотрел на него.

В его глазах всё ещё горел пурпурный свет, но где-то глубоко под ним оставалось прежнее выражение — едва заметное, почти потерянное.

— Я не чудовище, — сказал он.

— Я знаю.

— Я убивал, чтобы мы выжили.

— Я знаю.

— Тогда не смотри на меня так.

Ичицури отвёл взгляд.

— Я боюсь не того, кем ты стал. Я боюсь того, кем ты можешь стать.

Хикизури ничего не ответил.

Братья пошли на север.

Их шаги оставались на влажной земле, пока туман не скрыл следы. Ичицури постоянно проверял окрестности через Тансейган: движение в кустах, чакровые следы, тепловые пятна за камнями, вибрации почвы.

Хикизури шёл рядом, но уже не смотрел по сторонам.

Он смотрел вперёд.

В его душе росла месть.

В душе Ичицури — надежда.

Они ещё были вместе.

Но свобода не вернула им детство.

Не стерла боль.

Не уничтожила связь с Блоком-9.

Лаборатория осталась под землёй, однако её тень продолжала идти следом — в их чакре, в их глазах, в их снах.

А где-то за границей видимого мира древнее сознание наблюдало за двумя детьми, покидающими место своего рождения.

Один из них нёс в себе разрушение.

Другой — защиту.

И оба пока ещё верили, что смогут остаться братьями.