ГЛАВА 10: ВОРОТА СТОЛИЦЫ

Предрассветный холод въедался в кости, пока мы подходили к Восточным воротам Канделара. С этой стороны город казался неприступной крепостью. Стены высотой в пятнадцать метров сложены из тёмно-серого, отполированного ветрами и дождями камня. Над воротами нависала массивная зубчатая бартизана, из-под которой я могла разглядеть зазубренные края решётки-герсы, готовой в любой момент рухнуть вниз. По стенам мерно прохаживались стражи в кольчугах и начищенных до блеска кирасах, с длинными алебардами на плечах. Это была не деревенская стража с ржавыми копьями. Это была профессиональная армия.

Ланс, идя впереди, сбросил с себя последние следы усталого путника. Его осанка выпрямилась, шаг стал твёрдым и уверенным, лицо застыло в нейтральной, почти надменной маске. Он больше не был «Карном». Он снова стал охотником Лансом, агентом с полномочиями. Я же, наоборот, съёжилась, стараясь казаться ещё меньше, ещё незаметнее в своей чужой, но чистой одежде. Браслеты были скрыты под широкими кожаными обшлагами, но связь между нами работала — короткая, жёсткая, всего в полметра. Он не мог позволить мне отойти ни на шаг.

Очереди на рассвете почти не было. Пропускали в основном возы с продовольствием да немногочисленных путников. Когда подошла наша очередь, старший стражник, мужчина с лицом, изборождённым шрамом от ожога, преградил нам путь алебардой.

— Цель визита? — голос у него был хриплым, как будто он наглотался дыма.

Ланс, не меняя выражения, достал из-за пазухи плоскую железную бляху с вычеканенным знаком — стилизованным пламенем внутри перекрещенных меча и жезла. Он молча протянул её стражнику. Тот взял, осмотрел, потер пальцем, проверив рельеф, и кивнул, отдавая обратно. Его взгляд скользнул по мне, задержался на моём бледном лице, на моих глазах, которые я старалась держать опущенными.

— А это?

— Пленник по контракту, — ответил Ланс тем же бесстрастным, казённым тоном. — Опасный, но под контролем. Доставка в архив Гильдии для каталогизации и оценки.

Стражник хмыкнул, его глаза сузились. Он явно видел не первый раз, как охотники тащат в город разную диковинную живность и артефакты.

— Контроль-то надёжный? Не устроит погром на рынке?

— Надёжный. — Ланс слегка дёрнул руку, и я почувствовала через связь лёгкий, предупреждающий толчок. — Без команд не шелохнётся.

Стражник ещё секунду изучал нас, потом махнул рукой.

— Ладно. Проходи. Но если что — отвечать будешь по всей строгости. И пометку в журнале я сделаю.

— Как положено, — кивнул Ланс, взял меня за руку выше локтя — жёстким, демонстративным захватом тюремщика — и повёл под сумрачную арку ворот.

Я шла, не поднимая головы, чувствуя на себе тяжёлые взгляды остальных стражников. Запах — конского пота, масла для доспехов, человеческого немытого тела и чего-то ещё, острого и химического, — ударил в нос. Звуки изменились: гул голосов, лязг железа, скрип телег, крики разносчиков — всё это смешалось в оглушительную какофонию ещё до того, как мы вышли из туннеля ворот.

И вот мы вышли. И мир перевернулся.

Канделар внутри оказался не городом, а чудовищем. Узкие, кривые улочки взбирались вверх по склону или ныряли вниз, образуя настоящий лабиринт. Дома лепились друг к другу, нависая этажами над мостовой так, что в некоторых местах с крыши на крышу можно было перепрыгнуть. Воздух был густым, напоённым запахами — пряными, сладкими, гнилостными, металлическими. И повсюду — магия. Она не просто витала в воздухе. Она работала.

Светильники. Они были везде. Не факелы в железных обручах, а стеклянные шары или цилиндры, закреплённые на стенах и столбах, внутри которых мягко горел ровный, белый или желтоватый свет. Без дыма. Без мерцания. Как современные фонари. Я не удержалась и остановилась, уставившись на один такой, висящий над входом в таверну. Внутри шара плавала какая-то светящаяся субстанция, пульсируя в такт едва уловимому ритму.

— Не пялься, — прошипел Ланс, дёрнув меня за руку. — Ты выглядишь как деревенская дура, впервые увидевшая зеркало.

— Но это же… — я начала, но он уже тащил меня дальше.

— Это пламевики. Обычные городские светильники. Гильдия Пламени обслуживает сеть. Ничего удивительного.

Но для меня это было удивительно. Потом я увидела фонтан на крошечной площади. Вода била из пасти каменного горгулья не просто так — она переливалась всеми цветами радуги, и эти цвета плавно сменяли друг друга. Магический светофор или просто украшение? Я не знала. Потом мимо нас проехала странная повозка без лошади — небольшая, закрытая, которая катилась сама по себе, издавая тихое гудение, а из-под её днища струился лёгкий пар. Люди расступались перед ней без особого удивления.

— Эфирный дилижанс, — бросил Ланс, видя моё ошалелое выражение. — Для богатых. Движется по выделенному каналу в мостовой. КПД низкий, но статусный.

Я онемела. Они тут изобрели общественный транспорт на магической тяге. Пусть примитивный, но это был транспорт! Я шла, разинув рот, пытаясь впитать всё сразу, и моё инженерное сердце одновременно ликовало и плакало от восторга и зависти. Какая потрясающая, невероятная цивилизация! И какая пугающая.

— Ланс, смотри, — я указала на желоб, по которому по стене дома текла не вода, а какая-то мерцающая голубая жидкость. — Это что, охлаждающий контур? Или…

— Канализация для малых эфирных сбросов, — отрезал он, но в его голосе я уловила тень того же профессионального интереса. — Чтобы отходы магических процессов не скапливались в домах. Но если ты не закроешь рот, — он наклонился ко мне, и его шепот стал ледяным, — нас заметят не те люди. Здесь каждый твой вздох, каждое слово может долететь до ушей Гильдии. Иди и молчи.

Я сглотнула, кивнула и заставила себя опустить глаза, сделав вид, что мне неинтересно. Но краем глаза я всё впитывала. Каждую деталь, каждое странное устройство. Это был мир-головоломка, и мне отчаянно хотелось её разгадать.

Наш путь лежал вверх, в аристократический квартал, где должна была находиться Чёрная Башня Каэлена. Но чтобы туда попасть, нужно было пересечь полгорода. Мы шли через ремесленный район. Воздух гудел от стука молотов, шипел от пара, пах маслом, древесиной и раскалённым металлом. В открытых мастерских мастера работали не только руками. Один, с лицом, покрытым сажей, водил руками над раскалённой заготовкой меча, и металл сам собой изгибался, принимая нужную форму. Другой собрал вокруг себя группу учеников и на небольшом стенде из рун и кристаллов демонстрировал принцип действия насоса, качая подкрашенную воду по стеклянным трубкам. Это была не магия-таинство. Это было магическое производство. Я шла, и у меня кружилась голова. Всё, что он рассказывал в лесу, было правдой, но видеть это воочию — совершенно другое дело.

Именно поэтому я не сразу заметила, что за нами следят.

Ланс заметил первым. Его шаг не дрогнул, но пальцы, сжимающие мою руку, стали железными. Он свернул с оживлённой улицы в ещё более узкий, тёмный переулок, почти щель между домами.

— Не оборачивайся, — его голос был тихим и плоским. — У выхода из района у винной лавки. Двое. В плащах с капюшонами. Но не нищие. Ступают слишком мягко.

— Гильдия? — прошептала я, чувствуя, как сердце замирает.

— Не знаю. Но плащи хорошего сукна. И двигаются слаженно. Как пара.

Он ускорил шаг, почти бегом протащив меня через лабиринт переулков. Мы выскочили на другую улицу, пересекли её и нырнули под арку, ведущую во внутренний дворик какого-то постоялого двора. Ланс прижал меня к стене, сам выглянул назад. Его лицо стало жёстким.

— Идут. Значит, целенаправленно. Нас вычислили или по наводке стражи у ворот.

— Что делать?

— Бежать. К Каэлену. Прямо сейчас. Без уверток. — Он вытащил меня обратно на улицу и рванул в сторону подъёма, к каменной лестнице, ведущей на следующий уровень города. — Держись близко. И будь готова ко всему.

Мы взбежали по ступеням, сбивая с ног какого-то старика с корзиной. Я слышала за спиной быстрые шаги — не бег, но уверенное преследование. Мы выскочили на более широкую, но менее людную улицу. Здесь дома были выше, чище, на окнах — стекла, а не слюда. Мы бежали, и я уже почти выдохлась, когда из-за угла впереди вышли они.

Их было двое. Именно те, что в хороших плащах. Они стояли, перекрывая узкую улицу, и теперь, когда мы увидели их вблизи, сомнений не оставалось. Под плащами виднелись темно-красные мантии с вышитой по груди и рукавам золотой нитью эмблемой — языками пламени, сливающимися в стилизованное солнце. Гильдия Пламени. И не мелкие служащие. Рангом повыше.

Старший из них, мужчина лет пятидесяти с седыми висками и умными, холодными глазами цвета стали, сложил руки на груди. Второй, помоложе, с безжалостным лицом наёмника, держал руку на эфесе длинной, тонкой шпаги.

— Охотник Ланс, — произнёс старший. Его голос был ровным, вежливым, но в нём не было ни капли тепла. — Какая неожиданная встреча. Мы ожидали твоего доклада в архиве ещё три дня назад.

Ланс остановился, поставив меня немного за себя. Его осанка снова изменилась — он выпрямился, но не в позе подчинённого, а в стойке готового к отпору равного.

— Мастер Орлан. Обстоятельства изменились. Контракт требует дополнительной верификации. Я вёл объект по альтернативному маршруту для безопасности.

— «Объект», — повторил Орлан, и его взгляд, тяжёлый и оценивающий, скользнул по мне. Я почувствовала, как будто меня просвечивают рентгеном. — Да, мы слышали о твоём «объекте». Слухи дошли до нас ещё вчера. О некоем феномене в лесах к востоку от Холодного брода. О вспышках чистой энергии. О… воронке. — Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. — Ты должен был немедленно сообщить о таком масштабе угрозы.

— Угроза под контролем, — парировал Ланс. — А поспешные доклады без полного анализа лишь сеют панику.

Молодой маг с шпагой фыркнул.

— Контроль? Она стоит тут, дрожит как осиновый лист. И пахнет страхом и… озоном. Сигнатура чудовищная. Иди, Орлан, дай команду. Мы заберем её сейчас.

Орлан поднял руку, останавливая спутника. Его глаза не отрывались от Ланса.

— Ланс. Ты хороший охотник. Исполнительный. Мы ценили твою работу. Не порть свою репутацию. Передай нам образец. Мы обеспечим его изучение в надлежащих условиях архива. Ты получишь полную оплату по контракту. И бонус за оперативность.

Это была ловушка. Вежливая, замаскированная под разумное предложение, но ловушка. Я видела, как напряглись мышцы спины Ланса.

— Контракт предусматривает моё право на первичный анализ и выбор метода доставки, — сказал он, и его голос зазвучал как лезвие, выходящее из ножен. — Я ещё не завершил анализ. Объект остаётся со мной до полного выполнения условий.

Орлан вздохнул, разочарованно покачав головой.

— Жаль. Значит, доклад «Об изменениях в договоре» мы примем к сведению как акт неподчинения. — Он кивнул молодому магу. — Возьми образец. Охотника — обезоружь и задержи для разбирательства.

Молодой маг с ухмылкой сделал шаг вперёд, его рука потянулась не к шпаге, а к тонкой металлической цепи с кристаллом на конце, висевшей у пояса — явно инструменту для подавления или связывания.

Ланс не стал дожидаться. Он рванулся вперёд, но не на мага, а в сторону, к стене дома, и его свободная рука выбросила в сторону Орлана что-то маленькое и тёмное. Камень? Капсула?

Орлан, не меняя выражения, щёлкнул пальцами. Воздух перед ним сгустился, стал матовым, и брошенный предмет отскочил от невидимого барьера, упав на мостовую с глухим стуком. Но это и была цель Ланса — отвлечь.

Пока Орлан ставил щит, Ланс был уже рядом с молодым магом. Не мечом — он ударил его локтем в горло, быстрым, жёстким ударом уличной драки. Тот захрипел, отшатнулся, потеряв концентрацию. Цепь с кристаллом выпала у него из рук.

— Беги! — крикнул Ланс мне, указывая на узкий проход между домами позади нас. — Наверх! К башне с синим шпилем!

Но я замерла. Страх сковал ноги. А Орлан уже оправился. Его лицо исказилось холодной яростью. Он не стал возиться с заклинаниями. Он просто выбросил вперёд руку, и из его ладони вырвался сгусток сжатого, бело-жёлтого огня, размером с кулак, но от него веяло такой концентрацией энергии, что воздух затрепетал. Огненный шар летел прямо в Ланса, который стоял ко мне спиной, пытаясь прикрыть отход.

Инстинкт сработал быстрее мысли. Я не знала, как создать щит. Но я знала, как притянуть что-то металлическое. А на молодом маге, корчащемся от удара в горло, висела не только цепь. На его поясе болтались несколько металлических флаконов — возможно, с реагентами.

Я не думала. Я сконцентрировала всю свою панику, весь страх за Ланса в одном импульсе: «К себе!»

Металл на поясе мага дёрнулся, сорвался и полетел через улицу, как пули, прямо на пути огненного шара. Флаконы столкнулись с сгустком пламени в метре от Ланса.

Раздался не взрыв, а серия оглушительных хлопков и ослепительная вспышка. Флаконы, видимо, действительно были с чем-то горючим или нестабильным. Улицу окутало едкое, цветное пламя и клубы едкого дыма. Орлан вскрикнул от ярости и, вероятно, боли — отдача от разрушенного заклинания должна была быть чувствительной. Молодой маг рухнул на землю, обожжённый и ослеплённый вспышкой.

Ланс, кашляя от дыма, схватил меня за руку и рванул в указанный проход.

— Идиотка! — рявкнул он, таща меня по тёмному, вонючему коридору. — Я же сказал — беги!

— Он стрелял в тебя! — выдохнула я, едва переводя дух.

— И что? Теперь они знают, что ты можешь не только светиться! Бежим быстрее!

Мы выскочили на другую улицу, ещё более узкую, и помчались вверх по крутой лестнице, вырубленной в скале. Сзади доносились крики, но погони пока не было слышно — дым и хаос задержали их. Но ненадолго.

Мы бежали, не разбирая дороги, лишь бы вверх и дальше от того переулка. Ланс, казалось, знал этот лабиринт как свои пять пальцев. Он сворачивал в арки, перепрыгивал через низкие заборчики внутренних двориков, проскальзывал под нависающими балконами. Я едва поспевала, спотыкаясь о неровности под ногами и хватая ртом горячий, спёртый воздух. Шум города, до этого оглушительный, теперь сливался в одно сплошное гудение в ушах, смешанное со стуком сердца.

— Куда? — смогла выдохнуть я, когда мы на секунду замерли в тени чьего-то сарая.

— В старый квартал. Там их юрисдикция слабее. Там владения других гильдий и независимых магократов. И там… — он перевёл дух, — …есть один человек. Мастер на все руки. Не в ладах с гильдиями. Он может помочь. Или хотя бы спрятать.

— Доверяешь ему?

— Доверяю его ненависти к Гильдии Пламени. Этого пока достаточно.

Мы снова рванули вперёд. Район вокруг менялся. Чистые, остеклённые окна сменились зарешеченными бойницами, ровная кладка — грубым, почерневшим от времени камнем. Мы вбежали в район, который явно переживал лучшие дни лет сто назад. Улицы стали ещё уже, тени — ещё гуще. Запах изменился — меньше человеческих испарений, больше плесени, ржавого металла и чего-то кислого, химического.

И тут мы наткнулись на тупик. Высокая, глухая стена какого-то склада перекрывала узкий переулок. Обойти — значит выйти на открытое пространство, где нас могут увидеть. Ланс, не колеблясь, подбежал к стене, сложил из рук «замок».

— Запрыгивай! На ту трубу, потом на крышу!

Я посмотрела на скользкую, покрытую какими-то наслоениями водосточную трубу и на карниз крыши метров на пять выше. Сердце упало.

— Я не смогу!

— Сможешь! Быстро!

Сзади, в глубине переулка, послышались шаги. Не бег. Твёрдые, размеренные. Их нашли.

Я, отчаявшись, всунула ногу в его сложенные руки, он с силой подбросил меня вверх. Я вцепилась в трубу, скользкую и холодную, и стала карабкаться, отчаянно цепляясь за каждую неровность. Гвозди рвали кожу на пальцах. Ланс, видя, что я зацепилась, отпрыгнул назад, разбежался, оттолкнулся от стены противоположного дома и ловко ухватился за карниз рядом со мной. Он втянулся на крышу одним мощным движением и тут же протянул мне руку.

— Давай!

Я из последних сил подтянулась, он втащил меня на плоскую, засыпанную гравием кровлю. Мы замерли, прижавшись к парапету, слушая. Шаги внизу остановились. Послышался голос — не Орлана, а кого-то другого.

— Должны быть здесь. След ведёт сюда.

— Проверь дворы. И крыши.

Ланс бесшумно отполз от края, потянув меня за собой.

— Ползком. К тому люку.

Мы поползли по гравию, стараясь не производить шума. Люк, ведущий внутрь здания, был приварен, но Ланс что-то прошептал, проведя пальцами по краю, и замок с тихим щелчком отскочил. Он приоткрыл крышку, заглянул вниз — темнота и запах старой пыли, — и жестом велел мне спускаться. Я нырнула в чёрную дыру, нащупала ногами скрипучую деревянную лестницу. Он последовал за мной, прикрыв люк.

Тишина и темнота поглотили нас. Мы сидели на каких-то ящиках в полной темноте, стараясь дышать как можно тише. Сверху доносились приглушённые звуки — шаги по гравию, бормотание. Они искали нас на крыше. Но люк, видимо, был замаскирован или его не заметили.

Минуту. Две. Шаги удалились. Наступила тишина.

Ланс выдохнул, и в этом выдохе была вся накопленная за день усталость и напряжение.

— Пронесли, — прошептал он. — Но ненадолго. Они поднимут на ноги весь район. У Гильдии здесь свои осведомители.

— Кто этот человек, к которому мы идём? — спросила я так же тихо.

— Элиан. Гений, еретик и лучший починщик артефактов в городе. Если он не в запое и не сжёг свою мастерскую в очередном эксперименте, он даст нам кров. И, возможно, совет. — Он встал, нащупывая в темноте путь. — Но до него ещё нужно добраться. И теперь это будет в сто раз сложнее.

Он открыл какую-то дверь, и мы вышли на узкую, тёмную лестницу, ведущую вниз, в недра старого здания. Мы спустились в подвал, потом — в какой-то тоннель, пахнущий сыростью и ржавчиной. Ланс шёл уверенно, как по знакомой территории. Видимо, эти старые служебные ходы были ему известны.

Через полчаса мы вылезли через решётку в другом, столь же заброшенном дворе. Он выглянул наружу, осмотрелся и кивнул.

— Близко. Через два квартала. Но по главной улице идти нельзя. Придётся по крышам.

Я просто кивнула, уже не в силах говорить. Адреналин от погони начинал отступать, и на его место приходила леденящая усталость. Но отступать было некуда. Мы полезли на очередную стену, и этот путь по верхам города, над пропастями узких улочек, под холодными взглядами каменных горгулий, стал последним, отчаянным рывком к надежде. И к человеку по имени Элиан, в мастерскую которого мы, наконец, спустились по старой, шаткой водосточной трубе, стоявшей у глухой, ничем не примечательной стены с одной-единственной, потёртой вывеской: «Ремонт. Необычное — специализированно».

Ланс постучал в дверь особым, сложным ритмом. Долго ничего не происходило. Потом щёлкнули замки, дверь приоткрылась на цепочке, и в щель блеснул один сумасшедший, воспалённый от недосыпа глаз.

— Кого чёрт принёс в такой час? — прозвучал молодой, но хриплый голос.

— Старого знакомого, Элиан. С необычной проблемой, — ответил Ланс.

Глаз исчез, цепочка с лязгом упала, и дверь распахнулась, впуская нас в царство хаоса, который пах озоном, маслом, серой и безумием.