Совпадение бывает дважды

Три листа лежали на столе в том порядке, в каком пришли: слева направо, от старого к новому, как будто время само выстроило их в очередь. Ирина Дальцева выключила верхний свет — при нём слова становились просто буквами, а ей нужно было слышать голос. Настольная лампа била косо, снизу вверх, и тени от почерка ложились длинными, будто каждая буква отбрасывала собственную тень отдельно от соседних.

Первая записка — восемь строк, шариковая ручка, тетрадный лист в клетку. «Простите, что так. Больше не могу тянуть эту резину». Резина. Слово стояло криво, не на своём месте, как гость, которого позвали из вежливости. Люди так не говорят о собственной жизни — резину тянут в очередях, в переговорах с начальством, в браке, который надоел, но никак не о решении умереть. И всё же экспертиза тогда прошла: почерк совпал, стресс объяснили паникой, дело закрыли за одну неделю.

Вторая — уже не тетрадный лист, а вырванная страница ежедневника, шариковая паста другого цвета, другой человек, другой город в сорока километрах отсюда. «Я устал бежать туда, где меня не ждут. Простите, что так». И снова — «простите, что так». Через девять месяцев после первой. Тогда Ирина ещё не увидела совпадения: слишком разный почерк, слишком разные обстоятельства, слишком разные люди — прораб пятидесяти двух лет и завуч школы искусств тридцати семи. Совпадение фразы в базе экспертиз проходит как статистический шум. Она сама так писала в заключении.