Глава 18

После встречи с начальником станции я долго не могла успокоиться. В ушах будто до сих пор стояли тихие слова… Нет. Приказы! Мои соотечественники, которые безучастно смотрели на мою казнь, обрадовались неожиданному обороту и решили воспользоваться моим положением.

И теперь мне предстояло стать шпионкой, которая будет исполнять роль послушной жёнушки для одного из высших драконов. Главы клана! Какая удача, как сказал мистер Ховард. Впервые иха подпустили к себе землян так близко.

Подошла к большому окну спальни Такета, куда меня привёл, а потом тихо исчез слуга короля, и замерла, разглядываю невероятный по красоте закат. Угасающее солнце искрилось голубыми бликами на верхушках деревьев и бросало фиолетовые мазки на барашки облаков. Мир Звёздных драконов поражал яркими, как в мультфильмах, красками.

– У-гож-дать, – тоскливо процедила, прекрасно понимая, что Марк имел в виду под этим словом.

Меня пытались использовать так же, как и множество других женщин в истории. Посылали очаровывать, соблазнять, получая в обмен за ласку ценные сведения. И я, прижатая к стенке необходимостью получить необходимое мне оборудование, не могла даже возразить. Страшно представить, что будет, когда начальник станции развернётся и исчезнет в облаке портала. Навсегда!

Но у меня было два плюса.

Я очень нужна мистеру Ховарду. Точнее, моё новое положение. И вполне могу попробовать поторговаться. Морозящие шею предположения о предстоящем «задании», которое я получу в колбе, пока старалась отогнать.

Людям свойственно бояться неизвестности. Будем решать проблемы по мере их поступления.

А второе – иха мною совершенно не интересуется.

А поцелуи… Видимо, это было необходимо для того, чтобы оставить на моей коже золотистый узор. Я невольно провела по метке кончиками пальцев.

– Хали Роза, – услышала за спиной звонкий голос и, вздрогнув, обернулась.

Но увидев мою горничную, обрадовалась:

– Теренита! Я так рада…

Но девушка, затравленно оглянувшись на строгую даму, что стояла за спиной, торопливо пролепетала:

– Иха Такет Орьил и иха Айканар Орьил вот-вот придут…

– Кхе, – сухо кашлянула дама.

– Почтут вас своим присутствием, – деревянным голосом поправилась служанка и неловко присела.

Она испуганно покосилась на свою наставницу, а та лишь пожала губы. Степенно шагнув вперёд, хорошо поставленным голосом произнесла:

– Приветствуйте супруга.

И, шагнув в сторону, грациозно поклонилась. Теренита суетливо пристроилась рядом, когда мимо них, будто не замечая, прошёл Такет. За ним семенил Айк и, стоило мальчику зайти в комнату, как дама аккуратно прикрыла дверь.

Отец и сын остановились, выжидающе глядя на меня, и я послушно присела:

– Приветствую.

«Мне же приказали угождать», – безрадостно подумалось при этом.

– Айканар желает поиграть с твоим зверем, – холодно сообщил иха.

– Что? – растерялась я, а потом несмело улыбнулась. – Вы о коте? Барлисий спит.

– Айк! – неугомонное животное, услышав, что говорят о его персоне, спрыгнул с кровати, на которой последние два часа изображал глубокий обморок, и подбежал к мальчику. – Где ты прятался? Я думал, тебя снова похитили.

– Барс, – шикнула я и опасливо покосилась на иха.

– Забирай и возвращайся к себе, – величественно кивнул тот, лениво наблюдая, как наглый Котовский точит когти о ковёр. – И помни, что обещал. Если я хоть одно слово услышу от магистра Сарда…

Он многозначительно качнул головой, и мальчик счастливо затараторил:

– Клянусь, он будет мною доволен! Спасибо!

Отодрав увлекшееся животное от многострадального ковра, он убежал так быстро, что только хлопнула дверь.

– А вы, оказывается, в воспитании не брезгуете шантажом, – невольно рассмеялась я.

Но выражение лица Такета оставалось каменным, и я поспешно убрала с лица улыбку.

– Простите.

«Угождать и быть милой», – напомнила себе про образец шестьсот тринадцать.

И, ощутив колкий морозец, пробежавшийся по коже, затаила дыхание.

Так уже вечер! Это спальня моего мужа. Его сын унёс кота, и теперь мы остались наедине. Прошлую ночь Такет исчез и не появлялся, но что будет сейчас? Ощущая неловкость, отвернулась к окну и проговорила:

– Отсюда красивый вид.

– Да.

Ответ раздался над самым ухом, и я едва сдержала испуганный вскрик. Резко развернувшись, упёрлась ладонями в грудь мужчины, не давая приблизиться ещё сильнее. Почему-то подумалось, что мужчина сейчас меня поцелует.

Иха сдвинул брови:

– Ты боишься меня?

В изумрудных глазах промелькнуло нечто, напоминающее пламя.

«Угождать и быть милой», – несчастно простонала я про себя и выдавила улыбку.

– Н-нет… – Понимая, как это прозвучала, смиренно вздохнула. – Да.

– Мне жаль, – серьёзно произнёс он. – Я понимаю, что мои… – Он запнулся и слегка, едва заметно, поморщился: – Мои прикосновения весьма болезненны. Но нам придётся продолжить, чтобы никому не пришло в голову оспаривать этот брак.

Мне вдруг стало неприятно, что он поморщился. Ему так противно меня целовать?

Впрочем, в следующее мгновение пришло понимание более важного. Оспаривать брак?! Значит, его могут отменить? И что потом со мной будет? Вряд ли отпустят. Но и казнить уже не станут? Или… Вопросы роились, жаля меня жуткими предположениями. И худшее из них – что, если я не успею заполучить образец шестьсот тринадцать?

Этого я допустить не могла.

Порывисто схватила мужчину за руку и выпалила:

– Если так нужно, я потерплю!

Зажмурившись, запрокинула голову и замерла в ожидании. Цепочка выводов выстроилась мгновенно. Поцелуи – боль – рисунок на коже, при виде которого беловолосая красотка Кнэссэ превратилась в фурию.

Прикосновение лёгкое, как крыло бабочки, приморозило меня к месту…

Но больше ничего не произошло.

Удивлённо приоткрыв глаза, я заметила, что мужчина всего лишь убрал с моего лица выбившуюся из причёски прядку. И сейчас иха старательно поджимал губы, то ли злясь на меня, то ли… Ох! Он явно сдерживал усмешку. Зелёные радужки Такета так и искрились смешинками.

– Нам не обязательно спешить, – всё же произнёс он, и я ощутила, как щёки наливаются жаром.

Проклятая бледная кожа, которая всегда выдавала мои эмоции ярким румянцем, подвела и сейчас. Как бы не пыталась скрыть смущение, для иха оно было как на ладони.

«Надо было обнять его, – запоздало подумала я. – Представить, что рядом со мной Эдан. Мой законный муж целует меня».

И что теперь? Не поведи я себя, как девственница, иха добавил бы метке новых завитков и, как вчера, исчез из спальни. Я была готова локти кусать, ведь совершенно не представляла, как себя вести. Ведь Такет уходить не собирался, и его присутствие нервировало всё сильнее.

Облизав враз пересохшие губы, я хрипловато спросила:

– Тогда чем займёмся?

Иха вновь поднял руку и едва прикасаясь, провёл по моим волосам. На пол посыпались драгоценные заколки и украшения для причёски, а локоны свободно рассыпались по плечам. Стало легко, но я не спешила благодарить иха. Вдруг он так же, дуновением магии, лишит меня и одежды.

– Тебе наверняка так и не удалось поесть, – внимательно рассматривая меня, предположил мужчина.

– И даже воды попить, – сокрушённо вздохнула я, не переставая, впрочем, следить за каждым его движением.

– Я так и думал, – он подал мне руку. – Идём.

Я покосилась на его длинные аристократические пальцы, как на клубок змей.

– Куда?

Такет выгнул бровь, взгляд его похолодел, и я обречённо ухватилась за ладонь мужчины. Другой рукой иха очертил перед собой круг, и перед нами заклубилось синеватое облако. Зажмурившись, я ступила в него, как прыгают в холодную воду.

«Угождать и быть милой, куда бы это не привело».

Но по ту сторону портала нас встречал накрытый стол, кубки с вином и парящие чуть выше, будто светящиеся шары, ингары. И всё это великолепие было на площадке под открытым небом, вокруг которой царила непроглядная тьма…

Но так было на первый взгляд. Когда глаза привыкли после ярко освещённой спальни к полумраку, то я заметила вдалеке мигающие огоньки, а над головами раскинулось звёздное небо. Всё это великолепие искрило, переливалось и создавалось впечатление, что я вдруг оказалась в бескрайнем космосе.

– Где мы? – завороженно прошептала, будто боясь нарушить сказочную атмосферу. – Здесь глубокая ночь. Ещё недавно был закат…

– В родовом имении, – пояснил Такет. Он повёл меня к столу и даже галантно помог сесть, чего я никак не ожидала. Впрочем, сама в необъятном платье точно бы не справилась, а слуг не видно. – Я вырос здесь. Это смотровая площадка на самой высокой башни замка моего клана.

– Твой дом, – от потрясения я снова перешла на «ты». – Видимо он очень далеко от королевского дворца.

– Да, – просто согласился он и сел напротив. – Попробуй, это лучший напиток, который производят только здесь. Распустившиеся цветы роззиссы заливают сладким сиропом и закатывают в бочки и выстаивают год или больше. Чем старее бочка, тем слаще нектар.

Наполнил кубок себе и мне.

– Этой, – пригубив, добавил он, – не менее двадцати лет.

Я послушно отпила немного и, зажмурившись, прошептала:

– Невероятно!

По нёбу разлилась чудесная терпкая сладость. Она была пронзительной, но не приторной и безумно освежала. Можно было бы сравнить с цветочным льдом, но холодно не было. Проглотив чудесный напиток, я ощутила на языке ореховое послевкусие.

– Рад, что тебе понравилось.

Я замерла. Мне показалось, или иха почти улыбнулся? Нет, уголки его губ однозначно дрогнули, а в зелени глаз снова заплясали смешинки. Отставив бокал, я осторожно произнесла:

– Наверное, я смешно себя веду. Прошу прощения, я постараюсь изучить этикет и следовать ему…

– Не надо, – как-то резко оборвал меня Такет. – Лицемеров у меня в окружении хватает.

Повисла тишина. Ощущая на себе испытующий и оценивающий взгляд мужчины, я снова отпила напитка. И ещё… Боже, какой же он вкусный! И насыщал, и освежал. А когда бокал опустел, показалось, что жизнь не так уж и плоха.

– Мне нужно рассказать, что произошло на «аудиенции» короля? – прервала я затянувшееся молчание. – О! Спасибо, что позволил мне встретиться с…

– Не благодари, – снова оборвал Такет. – За это не благодарят. Иха всегда держат своё слово. И не нужно рассказывать о том, что было в королевской спальне. Я знаю.

Я округлила глаза:

– Откуда?

Признаться, спина похолодела, и пронёсся целый вагон мыслей, начиная с каких-нибудь магических подслушивающих устройств и заканчивая пытками королевского слуги. Но реальность оказалась прозаичней.

– Отец рассказал.

Такет на миг поджал губы, лицо его на миг приобрело выражение мрачной решительности.

«Значит, планы Марка ему не известны», – облегчённо выдохнула я.

– Тогда… – Вспоминая «аудиенцию», я предположила: – Его Величество проверял меня? Или… – Мелькнула идея: – Луина?

– Я не для этого пригласил тебя сюда, – ушёл от ответа иха.

– А для чего? – снова насторожилась я.

– Хочу больше узнать о женщине, на которой женился, – признался он. – Расскажи о себе.

– А ты о себе, – вырвалось у меня, и я улыбнулась: – Я тоже… Хочу узнать, за кого же вышла замуж.

Первой начала я. Поведала иха о своём детстве и юности. Как училась и мечтала совершать открытия. Как работала над образцами, которые привозили с Луниана и чувствовала себя так, словно заглядываю в сказку через игольное ушко.

О муже я умолчала.

Как и Доминике.

Я пока не могла доверять человеку, который сидел напротив меня. Человеку? Дракону!

Иха в свою очередь поведал историю единственного наследника клана. Мальчик, которому пришлось заменить отца, когда того на клановом совете избрали королём. Такет в то время был немногим старше Айканара.

Ребёнку пришлось рано взрослеть и искупаться в кровавых играх. Каждый иха его клана пытался использовать неопытность мальчика и сделать своей марионеткой. Было немало покушений…

У меня мороз по коже шёл, когда Такет как бы вскользь упомянул об этом, переходя к следующему этапу своей жизни.

Свадьба.

Тут иха стал скуп на слова, и я лишь поняла, что брак был договорным, чтобы укрепить положение юноши. Семья невесты оградила юного наследника от коршунов, раздирающих клан.

– А почему Его Величество не вступился за сына? – поинтересовалась я.

– Правитель не вправе ставить под угрозу государство из-за своей слабости, – сухо ответил он.

Вот так так… Обучение плаванию по-драконьи.

Мне стало щемяще жаль того юношу, которому пришлось жениться, чтобы выстоять. О супруге иха рассказывать не стал ничего, кроме скупого «она мертва». И вроде брак был договорным, но мне казалось, что Такет испытывал к той женщине тёплые чувства. Иначе почему его взгляд так потемнел?

Поддавшись порыву, я поднялась и обошла стол. Когда я обняла мужчину за плечи, иха выпрямил спину и замер, как будто был сделан из проволоки. Мне хотелось утешить Такета. Что-то подобное испытала и я, когда из моей жизни исчез Эдан. Тогда я ещё не знала, что мы можем увидеться. Ведь с Луниана никто не возвращался.

А потом мы с Такетом вернулись в спальню, и мужчина коротко поцеловал меня.

Будто обжёг.

Может, из-за необыкновенного напитка, но сильной боли не было. По телу прокатился жар, от которого заколотилось сердце, а потом на миг опалило кожу шеи. Рисунок явно стал больше.

Иха исчез в портале, а я ещё долго ворочалась, пытаясь представить себе маму Айка.

Интересно, какой она была?

Утро началось с неприятного визита.