Глава 4. Родственники

— Привет, родственничек! — ехидничает в трубку Егор Рыльев.

— Привет‑привет, родственничек! — стараюсь ответить ему в тон, но этот паучара сразу чует неладное.

— Я так понимаю, ты звонишь не поздравить нас с Инной? — скорее утверждает, чем спрашивает.

— С чем поздравить? — искренне недоумеваю. Вроде с годовщиной свадьбы я их уже поздравлял, дни рождения у них не зимой — что тогда пропустил?

— А я уж было хотел похвалить тебя за вздрючку службы безопасности. Думаю, неужто твой непризнанный гений научился с ними нормально сотрудничать. — Сколько яда на меня льётся! Вот же засранец.

— Ближе к делу! — порыкиваю на него, напрочь забывая, что сам же и набрал.

— Поздравляю тебя, ты скоро станешь дядей! — в голосе Егора не остаётся ехидства — только радость и гордость. А я будто получаю смачный такой удар по затылку — битой или арматурой какой. Звенит в ушах также.

— Вы же не удочерили ещё кого‑то? — у ребят уже есть дочь, которую они удочерили, и у меня мелькает не самая корректная мысль, что они опять кого‑то спасают.

— Нет‑нет, — к счастью, Гор не обижается за упоминание не самой лёгкой для себя истории, а просто поясняет. — Жень, ты скоро станешь дядей. Инна беременна.

Егор впервые меня называет по сокращённому имени и не подкалывает. А у меня лютые флешбэки перед глазами. Егор вообще мне не родственник. Он муж сестры жены моего брата. Вот такая хитровымудренная связь, ага.

Вот только брата моего и его жены нет в живых уже двенадцать лет. Как и их нерождённого ребёнка. Двенадцать лет назад мой родной брат Елисей звонил по телефону и говорил: «Жень, ты скоро станешь дядей!» Не судьба мне была стать дядей.

Семья его жены Алисы и Инны тогда находилась под ударом. Против них плели хитрый заговор. Детали которого Егор разрыл буквально в прошлом году. А тогда погибли и родители девочек, и Алиса с Елисеем, и мой племянник. А Инну удалось вывести из‑под удара только потому, что я выкупил их бизнес.

Всё это обрушивается на меня лавиной. Егор и Инна только недавно смогли быть вместе, преодолев демонов прошлого. У них великая радость. Я не имею никакого морального права подставлять их под опасность. Да, Егор и сам работает не в самой лёгкой сфере обеспечения безопасности, но я точно не рискну терять ещё одного брата. Пусть не родного, вредного и ехидного, но…

Пауза затягивается, когда я, хрипя, выдаю:

— Поздравляю. — Откашливаюсь и продолжаю уже нормальным голосом: — Это очень крутая новость.

— Спасибо, — тон Егора тут же меняется. — Однако если ты сейчас переобуешься в полёте и не скажешь, зачем звонил, я всё равно узнаю и помогу уже в своём видении проблемы — и не факт, что оно тебя устроит.

— Засранец, — смеюсь прямо в трубку. По роду деятельности Егор отлично читает людей, и мой многолетний опыт в бизнесе тут тоже не спасает.

— Засранец не засранец, а вряд ли бы ты мне звонил с просьбой, если бы всё было под контролем, — грустно хмыкает. — Колись…

И я рассказываю общие факты, без лишних деталей. Знаю, что детали Егор нароет сам в течение суток. Объясняю приоритет для себя — вытащить девчонку. Увы, как бы мне ни хотелось казаться рыцарем на белом «Запорожце», Егор прекрасно понимает мои мотивы. Наташа — жена местного «авторитета». Пять лет сидела у меня на документах, жила с ним. Её информация будет бесценной: пару минут назад она почти открыто сказала мне, что готова сотрудничать. Если я уеду, она сольёт документы к проверке. Только вот мне этого мало. Я понимаю, что она может даже не подозревать о ценности информации, что спрятана в её умненькой головке. Она — живой свидетель, который мне очень нужен.

Муж её — Сүөдэр, Дамир и две Наташи. Где здесь родственники? Как Дамир стал директором? Ведь он был одним из последних назначений отца, прежде чем тот отошёл от дел. Тогда всех местных директоров проверял предыдущий глава СБ — тот же, что и не дорыл инфу по смерти Елисея и Алисы; тот же, который не смог найти спрятанную Инну; тот же, что отказался работать в моём подчинении, потому что «соплякам не подчиняется». Он же рекомендовал и нового моего начальника СБ.

Чего я не знаю? Кому могу доверять?

Внезапно ответы на часть вопросов получаю от Егора.

— Значит так, — начинает он командовать, получив вводные. — Местным ты доверять не можешь никому. Первым делом будешь уходить — избавься от всех, кроме Эдика и Мухи. Эти ребята надёжные, мы их проверяли.

— В смысле проверяли? — хмурю брови.

— Я — параноик, — без тени сожаления сознаётся Егор. — После всех приключений прошлого года я поручил медленно, но верно проверить всех близких к семье людей. У вас с отцом огромная контора, поэтому всё сразу проверить сложно, да и не было приоритета. Но ближний круг охраны отсмотрели весь.

Сдавленно матерюсь. Вот это масштабы.

— Как тебя Инна‑то терпит? — не выдерживаю и спрашиваю вслух. Интересно, а он ей в трусы датчики слежения не пихает?

— Она… понимает, откуда ноги растут, — грустно хмыкает.

А я сворачиваю тему. Не имею никакого права его судить. Не знаю, как сам вёл бы себя на его месте, тем более что сейчас это только благо. Потому спрашиваю:

— С охраной понял. Что дальше‑то?

— Вам придётся задержаться там минимум на сутки. Вот умудрился ты влипнуть в Якутске! Не мог попроще локацию выбрать? — бухтит, как старый дед; по тону понимаю, что переписывается с кем‑то.

— Почему? — уточняю сразу.

— Твой этот Сүөдэр реально может не выпустить из города, — похоже, он уже получил какие‑то первичные отчёты. Грустно хмыкаю: спецы и есть спецы. — Соваться к джету — глупость. А мои ребята недавно выехали из города по своим делам. Там сейчас только несколько узких спецов да пара должников, но вам на сутки хватит, а дальше разберёмся. Твой гений на тебя ещё пашет?

— Куда он денется! — Егор систематически пытается стащить у меня Марата, но безрезультатно.

— Разреши ему прямую связь со мной, моими ребятами и тобой. Ваша задача сейчас — выйти из квартиры под предлогом работы и уехать в тачке только с твоей охраной, дальше — по инструкции. Помни: в тачке 100 % прослушка. Так что следите за разговорами.

— Понял‑принял. — Замечаю, что в комнату входит Наташа, сумевшая за макияжем спрятать часть синяков. Чувствуется опыт. — Поздравляю ещё раз, брат! Звони, как будут новости!

Егор быстро понимает, что к чему, и сухо прощается.

— Ты звонил своей СБ? — в голосе девушки отчётливо слышна паника.

— СБ? Нет! — отмахиваюсь. — Брат звонил, невестка беременна.

Выдаю полуправду. Это лучший способ врать: говорить правду, но не до конца.

— Брат? — брови Наташи становятся домиком, что выглядит крайне комично. Такая миленькая сразу… Хотя ситуация не смешная. Понимаю, что Наташа в курсе нашей семейной драмы. Хотя история и была публичной, за давностью лет мало кто помнит об этом. Мысленно ставлю зарубку: мне много предстоит узнать у «умной» Наташи в Москве.

— Названный брат, — поясняю и внутренне принимаю этот факт. Пора уже перестать врать себе. Сегодняшний диалог очень наглядно показал, что если Инна для меня — сестра, то Егор так похож на младшего, что я его давно записал в братья.

— Никогда бы не подумала… — шепчет девушка, нервно собирая бумаги в кейс.

— Что у меня есть близкие друзья? — хмурюсь.

— Да… Простите, вы просто кажетесь таким… строгим и безэмоциональным. — Хмыкаю. Проницательная девушка. Большинство считает меня взрывным и эмоциональным; мало кто понимает, что всё демонстративное «битье посуды» — лишь маска.

— Ничто человеческое мне не чуждо. — В этот момент Наташа вся напрягается, а в двери поворачивается ключ.

Я весь собираюсь и становлюсь безумно деловым.

— Неонилла! — из коридора доносится грозный рык, и девушка срывается к двери.

А я хмурюсь. Неонилла?