Глава 4
– Повтори, чего сказала?!
– Так ты не только агрессивный, но ещё и тупой? Дословно повторить? Или лучше объяснить правила поведения в чужом доме?
– Полторашка, фамилию назвала! – приказывает.
У-у тип бесячий. Ему вообще пофиг. Ведёт себя тут как хозяин.
– Иванова! И что тебе это даст?! С кровати моей свалил!
– Тёлка сумасшедшая, – рычит он и слезает с кровати, неровным шагом направляясь прочь из комнаты.
– Стоять! – хватаю его за шиворот.
Ладно не за шиворот, а докуда дотянулась.
– А убираться за тобой кто будет?
– Ты сейчас реально нарываешься, – угрожает.
Хм… этот экземпляр точно не в курсе, что я в одной квартире с пятью трудными подростками выросла.
Смотрю на его руки, — Белоручка. Топор в руках явно не держал никогда, да и боевыми искусствами определённо не занимается. Слишком пальчики изящные. Такими разве что по клавишам наяривать.
Вообще, с этим типом связываться, — только своё время терять. Пусть валит.
Выходит на кухню. Я следом.
– Как я вообще в этой дыре оказался?! – ужасается..
– Насколько я поняла, по пьяному бреду, — ножками. А теперь так же ножками и вали. За ночлег, так и быть, денег не возьму.
– За что?! Совсем сбрендила? Где моя куртка?
– Может тебе ещё рукавички погладить? Глаза разуй, увидишь. А обувь у печки стоит.
Поворачивается ко мне и смотрит с таким превосходством и в то же время брезгливостью, как, наверное, ещё никто в этом мире не смотрел. Обычно даже братья, кроме одного, смотрят на меня с уважением.
Встречаю его взгляд.
Криво усмехается. Молча берёт вещи, и, толком не запахнувшись, выходит.
Закрыла за ним дверь демонстративно хлопнув. Не без удовольствия и на засов закрылась, стряхнув ладоши.
Бывают же такие бесячие!
Ну братик удружил, организовал мне утро. Пусть теперь сам стекло после дружка своего собирает.
Принципиально не притронусь!
На кухне я с вечера убралась, а остальное теперь пусть сам драит! Всё-таки в той комнате, где его дружок бардак развёл, мы с мамой спим. А мама быстро его построит, если узнает, что произошло.
Я же, раз уборка уже не моя забота, решила воспользоваться тишиной и взяться за предмет спора!
И хватило же ума поспорить с Женькой?! Теперь уже деваться некуда: за время новогодних каникул нужно успеть написать роман. Причём не ванильную муть, а вещь серьёзную.
Брат сказал, что книга должна быть не какой-то там, а серьёзной. А что в его понимании серьёзная книга, если он даже в школе ничего, кроме комиксов, не читал?! Предположим, самая серьёзная книга, которую он держал в руках, это школьный учебник по философии…
Угу… Рассуждая в этом ключе, подумала, что мемуары, к этим серьёзным вещам брат, поскрипев извилинами, отнесёт.
Ведь, серьёзно, я столько грешков брата знаю… Всё равно читать будет только он, и то, если почерк в этой “рукописи” разберёт. Зато не только пари выиграю, но и Женьку подраконю! И для верности так и назову: «Очень серьёзный… подкол». Нет, «подкол» слишком очевидно, а вот «прокол», самое оно! С намёком на то, что условия пари ему выполнять придётся и можно даже рукопись дальше титула не читать! А сто листов я в лёгкую заполню, у меня его грешков на всю тысячу наберётся!
Засада только в том, что этот изверг меня развёл на, что ни на есть настоящую, мать ее, рукопись!
Никакой электронки!
Иначе незачёт!
Сдача рукописи до тринадцатого января. А потом, до четырнадцатого февраля, он будет заниматься её расшифровкой, чтобы убедиться, что я не схалявила. Не представляю братика, читающего сто страниц рукописного текста. Его от печатных буковок-то мутит.
Не сдержала злорадную ухмылку и тут же сдулась, осознав свой косяк: как так получилось, что на прочтение оказалось больше времени, чем на написание? Я не уловила, в какой момент я успела повестись и дать согласие и на это?
Однако спор есть спор: в день влюблённых, мы подводим итоги.
Единственная хорошая черта моего брата, это то, что он умеет признавать поражение и пусть не достойно, но проигрывать. Посмотрим, не слабо́ ли будет ему и в этот раз?
Тетрадку я забыла взять в городе. Зато у деда на чердаке нашла пару пачек писчей бумаги.
Протерев стол, я положила перед собой листы. Только вот ни ручки, ни карандаша не оказалось. Письменные принадлежности всегда были в доме и хранились в определённых местах. Похоже, братик позаботился и об этом. Ради выигрыша он ещё и на такое способен. Однако в моём рюкзаке он или потерялся, или совести лазить не хватило. Нахожу свою «дежурную» авторучку.
Сажусь и начинаю писать.
Понятия не имею, с чего эти самые мемуары начинаются, ведь единственное, что из них читала, это «Мемуары гейши», но общее представление о жанре имею. Все они определённо про жизнь. Поэтому я начну с главного:
«У меня есть очень милый братик. Точнее, их у меня всего пять, но старший, самый «милый»!
Все вокруг настолько привыкли к нашему противостоянию, что вслух озвучивают счёт, если кто-то из нас в очередной раз уел другого».
– Да уж, признаю, сегодня счёт однозначно в его пользу! – произношу задумчиво, прижав к губам колпачок, но записывать это однозначно не собираюсь.
А вот компроматы про братика, с удовольствием:
«Братик умеет дать сдачи. При этом он бывает особенно щедр…
Например, вчера, когда стемнело, он затащил в дом своего дружка, с которым перед этим явно всласть надрался, а потом и подрался. С ним или против него, — не суть. Заявились-то оба!
Человек я, в общем-то, радушный и гостеприимный даже, но вот таким случайным кадрам в моей кровати, не особо радуюсь».
– Ещё бы. Особенно тем, кто тратит моё драгоценное время и бьёт мою посуду!
Сижу и втыкаю в серо-коричневый лист…
– С какого перепуга я в это ввязалась?! – очередной раз ругаю себя вслух, отбросив ручку. – Будто более приятных дел на праздники себе найти не могла!
А всё началось с того, что Женька меня спровоцировал!
Самое ужасное, что я каждый раз ведусь! Слово за слово, и я, с какого-то перепуга, уже доказываю ему, что умею грамотно писать и вообще никакая не бездарность! И руками не только махать могу, но и ручку держать! А то, что почерк ужасный, так это проблема тех, кто в чужую писанину лезет!
Вот зачем понадобилось что-то ещё доказывать?! Главным доказательством того, что я чего-то стою, являлся факт поступления на филфак! Причём на бюджет! Но, как ни странно, с этого факта спор и начался.
Ладно, успокою себя тем, что если побеждаю я, а я определённо это сделаю, — братишка, в чем мать родила, должен пробежать на лыжах и без палок, десять кругов вокруг этого дома!
В предвкушении зрелища, которое ни за что не пропущу, я вновь потянулась за ручкой!
– Пожалуй, начнём с самого детства! – хихикнула я.
«Женька первый ребёнок в семье».
– Блин, лист испортила! – комкаю и бросаю на стол.
Спохватываюсь. Разворачиваю его и переписываю начало.
Дальше всё же не про Женьку писать надо, а про себя. Мемуары-то мои.
Вдруг ума придраться хватит…
«Я родилась в большой семье. Правда, на тот момент, она состояла всего лишь из четырёх человек: мама папа, пятилетний Женька и я. Маленькая и орущая, но в отличие от старшего брата, — родная. У родителей долго не было детей, поэтому они взяли Женьку. Только через несколько лет появился сюрприз — я! С того самого момента и началось наше противостояние. Сначала, по рассказам мамы, Женька прятал мои соски. А вот из моих ранних воспоминаний остались лишь те, где он ломает мои игрушки, сваливая это на меня, а я громко реву. Всегда!
Зато благодаря этому я быстро просекла, что я младшая и девочка! Поэтому уже в четыре года активно этим пользовалась, умудряясь давать отпор брату!
И даже появление в семье других детей не отвлекло нас от друг друга».
Дальше зависаю, не зная, как продолжить. Описать ли в каком порядке и в каком возрасте в нашей семье появлялись приёмные дети. И нужно ли упоминать бездомного кота Жмурика, который стал полноправным и чуть ли не главным членом семьи?
А про Доби тоже писать? Это наш доберман, которого щенком Сашка принёс, в первую неделю жизни у нас. Откуда взял, так и не признался. Родители спустили на тормозах, так как Сашка нелюдим и хотя ему было уже девять лет, на контакт с семьёй ни в какую не шёл, однако псу даже улыбался. Сейчас Сашке уже семнадцать. Он по прежнему неразговорчив и замкнут. Но это лишь в реале. Ума не приложу, как при таком характере ему удалось стать популярным блогером. К тому же, это требует некоторого личного пространства, а все пятеро мальчишек живут в одной общей комнате! Причём, парни у нас как на подбор,— отъявленные хулиганы! Выбирались родителями по принципу: кто же их возьмёт, если не мы! Причём кое-кто уже подрос и перерос, но сваливать подальше от мамкиных котлет не спешит...
Да, похоже, мемуары будут обширными. Как бы в сто листов уложиться…
Родители после моего рождения духом воспряли и решили, что это знак свыше, поэтому нужно осчастливить больше детей!
А точно! Вот про родителей нужно написать!
Главное, не забыть упомянуть, что отец — тренер по борьбе, и наших оболтусов на раз строил.
А про маму, что написать?!
Так-то она с боевым характером, но при этом обычный закройщик одежды, которая всю жизнь посвятила детям.Ох уж и разорился бы папка на одежде, если бы мама не умела одежду латать.Дорогие читатели! Уже дописана и активно выкладывается лёгкая, юмористическая и невероятно снежная новогодняя история! Приглашаю всех: