Глава 13

Елисей

После еды я узнал у Еси где лежат средства для уборки и пошёл убирать комнату. Впервые! Мама бы в обморок упала, увидев как я стекло веником на железный совок загребаю. А у подчинённых даже фантазии не хватит такое представить. А я вот подмёл и пол драю. Хорошо, что в стакане вода была, а не что-то липкое. Раз взялся, то как надо сделать нужно. Теперь, посмотрев на ситуацию спустя время и со стороны, понимаю, что неправ был я. Сам бы за такое в дом назад не пустил, а Еся ещё и за больным ухаживала.  Кстати, после еды девушка с братом оделись и пошли прореживать лес. То есть за ёлкой. Чему я был рад. Не хотелось чтобы кто-то видел, как я в трениках на корячках ползаю.

К их возвращению со своей задачей я справился, а ещё вновь нагрел снеговой воды в тазу и залил в бак умывальника горячей, а главное, уже безопасной воды. Опустевшую флягу помыл и начал заливать в неё кипячёную фильтрованную воду. Чтобы для приготовления еды всегда была наготове.

Поймал себя на том, что как-то быстро здесь освоился и думаю уже на перспективу.

В любом случае до Нового года осталось три дня, а значит, минимум ещё четыре дня я здесь живу.

Пока делал дела не мог не думать о том, что рядом с колкой и суровой Есей, брат выглядит её противоположностью. Им бы характерами поменяться. Ник, с характером Еси, выглядел бы внушительно. И она, если бы хоть раз улыбнулась так открыто, сразу бы преобразилась.

Баня к возвращению брата и сестры протопилась. 

Мы с Ником пошли первыми, натаскав снега побольше, закидывая его прямо в уже кипящую воду в огромном баке. Снег тает, а воды с него не так много, как хочется. Я постирал свои вещи, обрадовавшись наличию пресловутого стирального порошка в предбаннике.

Хм… как мало нужно для счастья…

Хозяйственное мыло с непонятным запахом, которым мы мыли руки в избе, меня на эти цели не вдохновляло.

Было необычно мыться в такой бане, пропитанной запахами листвы и хвои так, как ни одна новомодная сауна пропитана быть не может. Ник, особо не спрашивая, отходил меня берёзовым веником и попросил ответки. В общем, вышел я оттуда раскрасневшимся и заново родившимся человеком, в чистых, приятно пахнущих вещах. 

После нас пошла Еся. Веник для неё Ник  предусмотрительно заварил новый.

Тем временем мы с Ником   снова присоседились к столу.

Парень оказался редким, довольно интересным для меня собеседником и в процессе общения я уже совершенно не вспоминал о его возрасте.

– А это что? – Ник указывает на стопку бумаг, лежащих на подоконнике.

– Не знаю. Еся постоянно что-то пишет.

– Ого! Да, судя по всему, она уже листов пятьдесят исписала! – веером пролистывает стопку.

– Не думаю, что стоит трогать. Вдруг личное.

– Поверь, в нашей семье личное на видном месте не оставляют. Ух ты! 

– Что там?!

– Сейчас разберёмся. Надо же, довольно точные характеристики. На, подержи. Заочное знакомство с нашей семьёй тебе не помешает. Большинство из них тридцать первого утром приедут. 

Ошарашенно смотрю на заголовок.

– У Еси пять братьев? 

– И четверо из них приёмные, так что, прошу удержись от комментариев, что мы не похожи. Особенно Артур на них болезненно реагирует.

– Но вы с Есей очень даже похожи, – зависаю на анализе.

– Потому что все, кроме нас с Есей, от других биологических родителей. Но это не значит, что они как-то отличаются от нас в глазах отца и матери. В общем, не затрагивай эту тему, лады? 

– Уже понял. Подожди, а Джек?!

– Наш старший. Его родители усыновили первым. Потом родилась Еся. С того времени между ними война. Короче, чтобы большие глаза не делать, изучи содержание этого листа.

Смотрю на лист, где трудноразличимым почерком Еся по пунктам описывает свою семью:

– Теперь я начинаю понимать, почему у Еси такой характер, – перевожу взгляд от листа бумаги на парня.

– Учитывая, что родители приводили в семью исключительно трудных подростков по принципу: если не мы, то кто… – парень ухмыльнулся, – то у Еси просто ангельский характер. Здесь ещё не указано, что наш отец, тренер по борьбе и Еська на общих спартанских условиях воспитывалась. Так получилось, что каждый из нас чем-то занимался, а Есе спешил  показать то, чему научился. Я не исключение, – хмыкает. – Еся у нас нечто вроде индикатора: слабак ты или нет.

– А почему у вас лица такие серьёзные, – спрашивает Еся, сбежавшая в избу после бани.

– Рукописи твои читаем, – не моргнув глазом отозвался Никита.

– Не советую читать. Это лично для Женьки. Спор у нас.

– Очередной? – хмыкает Никитка. – И на что на этот раз поспорили?

– Поэтому лучше отдай, – Еся пытается вырвать бумаги из рук Никиты, но тот лишь поднимает их над головой, а она, естественно, не дотягивается.

– Значит, тем более мне нужно это прочитать, – делает вывод не по годам взрослый парень.

– Никитка. Отдай, – требует спокойно.

– Как только пойму, почему ты так дёргаешься.

– Хотя бы родителям не рассказывай, – как-то слишком легко сдаётся Еся. Видимо, хорошо знает своего брата.

– А такое хоть раз было?

– В этот раз у тебя может появиться желание.

– Короче, сидите здесь, а я читать пошёл, – с этими словами парень уходит и хлопает дверью комнаты.

– Ну а ты чего на меня так смотришь? – устало падает на табурет она. – Давай назад мою писанину. Мне ещё тридцать пять листов докатать надо. 

Держи, – протягиваю. 

– Хм, ну вот, интригу всю испортили, – взглянув на бумагу, усмехается она. 

– Похоже я узнал о тебе больше, чем ты хотела, – примирительно улыбаюсь.– Да ладно, всё равно стебаться над тобой больше желания нет. Ты совсем на Женьку не похож.– Кстати, о нём: тогда, в разговоре, ты имела в виду, что он специально меня здесь оставил. Я имею отношение к вашему спору?

– Сейчас думаю, что нет. Он ведь твой снегоход хотел вытащить и поехал за подмогой, а там с жаром свалился. Но не зная этого я решила, что он хочет помешать мне выиграть спор, подкинув тебя.

Хмыкаю. Н-да. Подкинуть меня ещё никому не удавалось… Интересно увидеть лицо этого Джека, когда он узнает, кто я такой!

– И что ты должна сделать? Предмет спора?

– Написать книгу, точнее рукопись на сто листов, до конца новогодних праздников. Обязательно серьёзную. Поэтому я решила, что мемуары вполне сгодятся. Заодно постебаться в них над Женькой.

Ну, в общем-то, спор довольно безобидный. Не понимаю, почему она не хотела, чтобы родители узнали. Строгие у них? Учитывая количество воспитанников, — наверняка.

– Судя по объёму ты успеваешь, – делаю вывод.

– Не люблю проигрывать, – пожимает плечами соглашаясь. –  Тем более теперь не вижу в этом смысла. – Добавляет больше для себя.