Глава 38. Первая ссора
Ждали действительно только нас. Я слегка удивилась, что столы накрыли прямо во дворе. До праздничного пикника у костра оставалась ещё половина дня. По какому поводу банкет? Еды было много, но не чересчур. Собравшиеся уже смотрели на эту красоту голодными глазами, так что, когда мы пришли, все радостно заулыбались.
— Первый тост принадлежит хозяйке, — сказала Доминика.
Рядом с ней согласно кивнул Сашар. Аппетит у меня начал портиться. Они выглядели, как заговорщики, а я не любила сюрпризы. Даже приятные. Вместе с ними появлялся страх, что я теряю контроль над ситуацией. Так, ладно. Не стоит ждать подвоха от друзей, верных работников трактира и детей из приюта.
«Успокойся, Хельда», — сказала себе я, принимая бокал из рук Динали.
— О, если бы я заранее знала, что готовится праздничный обед, то написала бы речь.
Прикусив язык, чтобы больше не выдавать своей нервозности, я пошла к столу. Мне приготовили место во главе, а рядом поставили второй стул. Неужели для Кеннета? Я краем глаза проследила за главой наёмников. Он сел туда, как ни в чём не бывало, и даже Бесо зубами не скрипнул. Нет, помощник традиционно был недоволен, но уже без задора в глазах. «Так, ладно, — пришлось повторить себе снова. — Подвоха нет, подвоха нет».
— Друзья, нам многое довелось пережить, со многими проблемами получилось справиться, но я не ошибусь, если скажу, что большее ещё впереди. Жизнь не даёт нам расслабляться. А принимая испытания, стоит помнить, что за ними всегда следует награда. Мы теряем врагов и обретаем друзей. Учимся на ошибках, лечим раны, становимся сильнее, мудрее. Я горжусь, что прохожу свой путь рядом с вами. И сегодня поднимаю бокал за каждого. Пусть боги хранят вас, а удача следует по пятам. На счастье.
— На счастье! — повторили за столом, и мы выпили хмельного напитка из фруктов. Доминика раздобыла его где-то на торговом тракте. Я угадала яблоко и виноград, но чувствовалось что-то ещё. Жаль, бокалы не звенели, как хрустальные. Звук от стекла получался тихим и глухим. В богатых домах столицы хозяйку упрекнули бы за прижимистость, а здесь умели радоваться мелочам. Теплому солнцу, синему небу, вкусной еде. Оттого праздник казался настоящим. Искренним. Таким, каким и задумывался.
Все приступили к трапезе, я тоже потянулась за куском хлеба, но тут встал Кеннет.
— Минуту внимания, пожалуйста, — попросил он. — Я присоединяюсь к пожеланиям лины Беринской, но хочу прояснить одну ситуацию. Раз уж мы все здесь собрались. Наверняка вы читали последние выпуски газет, где журналисты намекали на причастность Хельды к шпионажу в пользу Фитоллии. Обвиняли её в продаже детей «ведьмам на зелья» и ещё Пекло знает в чём. А всё потому, что меня и моих соклановцев часто видели в трактире. Якобы это указывает на нашу связь и автоматически делает лину Беринскую преступницей.
Я сидела, приоткрыв рот. Зачем он говорит об этом?
— Кеннет.
— Пожалуйста, я не закончил, — мягко остановил меня воин. — Подхожу к самому главному. Сегодня утром я решил пресечь лживые сплетни и остановить волну клеветы в печати. Как именно? Сказав правду, разумеется. При этом я не стал бороться с проплаченными журналистами, а пошёл напрямую к королю.
О, боги, что он сделал? От волнения я была на грани обморока. Ситуация не просто вышла из-под контроля, она катилась в Пекло! Почему к королю? Зачем?!
— Кеннет!
— Хельда, — тихо, но с нажимом произнёс он. — Я должен был объяснить Его Величеству, почему на самом деле так часто приезжал в твой трактир. Я признался, что влюбился в тебя. И, желая как можно скорее добиться расположения, скрыл свою связь с фитоллийцами. Был уверен, что иначе ты откажешь мне в ночлеге. Да, сознательно обманул, да, прощения мне нет, но ты ни в чём не виновата. Ты не знала.
Кеннет отчаянно врал, и я не понимала, зачем. А осознание того, что врал он королю, придавливало к земле могильной плитой. «Остановись. Хватит, перестань», — хотела сказать я, но не могла даже вдохнуть. И глава Клана Смерти продолжал:
— Всё дело в любви. Да, господа, я полюбил Хельду всем сердцем, всей душой. Мы долго говорили с королём. Я был готов отказаться от фитоллийского титула, но этого не потребовалось. Его Величество лично дал благословение на наш брак. Если, конечно, лина Беринская скажет мне «да».
— Так это предложение? — вполне искренне возмутился Бесо. — И оно происходит прямо сейчас? А где кольцо?
— Мы дарим браслеты, а не кольца, — пояснил для него Кеннет. — И Хельда уже согласилась стать моей женой. Не больше часа назад. В зимнем саду. Так что нас можно поздравить. Это и был мой второй тост. За здоровье молодых!
— За молодых, — гости подхватили тост и зазвенели бокалами.
— Мы ещё не на свадьбе, — рассерженно зашипела я. Но тихо. Так, что среди поднявшегося шума услышал только Кеннет. — Какой демон тебя укусил? Почему ты меня не предупредил? Почему всё сделал сам?
— Потому что, — отрезал жених.
Ага, объяснил. Максимально подробно и доходчиво. Я едва дышала от злости, но никого это не волновало. Маховик веселья уже был запущен. Гости пили за наше здоровье и закусывали мясом. Я приложись к бокалу только ради того, чтобы успокоиться и не растерзать Кеннета прямо здесь. Ещё будет разговор, а пока придётся изображать счастливую невесту.
— Выпьем за будущих детей, — предложил кто-то. — Да, за первенца! Пусть будет мальчик.
Кеннет поддержал тост, я же зубами скрипнула. Какое счастье, что бутылки опустели, а новых не принесли. Гости не превращали обед в настоящую свадьбу и оставались в относительно трезвом уме. Вскоре обед закончился. Я героически досидела до конца, но больше не собиралась терпеть ни мгновения. Взяла жениха за руку и увела в спальню-кабинет ругаться.
Внутри жутко захотелось подпереть закрытую дверь стулом. Задвинуть занавески на окнах и повесить несколько слоёв защитных заклинаний. Душа требовала скандала. Я чувствовала, что не смогу сдержаться и волновалась только о том, что наши крики кто-нибудь услышит. Но начать стоило спокойно. Хотя бы попытаться. «Ну же, Хельда, дыши глубже».
— Я вижу, ты раздражена, — сказал Кеннет и крепче сжал мою руку. — Почему? Всё же хорошо.
— Ты издеваешься? — я выдернула пальцы из его ладони. — Зачем ты ходил к королю? Зачем устроил представление во дворе трактира? Я и так прекратила бы газетную травлю, проплаченную Паучихой. Достаточно было одного толкового опровержения от журналистки с куда большим авторитетом, чем те писаки…
— От Ниты Соель? — хитро улыбнулся жених.
— Да, от неё, — я опять не чувствовала подвоха. Говорила и говорила. — Я специально её пригласила. Заказала статью о грандиозном празднике в «Медвежьем углу». Хотела, чтобы она приехала, увидела, как у нас здесь обстоят дела и лично убедилась в лживости выдвинутых против меня обвинений. А что Нита напишет теперь?
— Правду, — беззаботно рассмеялся Кеннет. — Ту же самую, что я недавно поведал королю. Видишь ли, Хельда, я знаю, что приехавшая к тебе девушка совсем не Нита Соель, а всего лишь её ученица. Настоящая Нита — подруга Веданы, и она до сих пор сама решает, что пойдёт в печать под её именем. Решает и контролирует. Пусть ученица пишет, Нита, если нужно, поправит текст. Убедится, что он подан в правильном для нас свете. Как красивая история лины Беринской и воина из вражеского государства. «Немного лжи, и он покорил её сердце. Но она простила его за это. И даже король не сумел возразить их любви». Народ будет в восторге.
— А если нет, Кеннет? Ты понимаешь, какой это риск? Как ты вообще до такого додумался?!
— Веда подсказала, — немного смутился непобедимый Кеннет Делири. — Верховная в былые времена похожим образом использовала историю любви ведьмы и инквизитора.
— Ах, ну если у Верховной ведьмы всё получилось, то у меня и подавно сыграет блестяще.
— Что с тобой Хельда? Откуда столько желчи? — он начал терять терпение. — Всё идёт как нужно, я решил проблему.
— Да ты десять новых создал! Кеннет, дело вовсе не в Фитоллии, а в их ведьмах! Общение с ними по-прежнему приравнивается к укрывательству. Это преступление! И если до того, как ты пошёл к королю и раструбил на всё королевство о свадьбе лины Беринской с фитоллийцем, у меня ещё был шанс замять вопрос, то теперь его нет! Знаешь, что будет дальше? В «Медвежий угол» приедет великий инквизитор с проверкой. С формальной такой, ничего не значащей проверкой. Праздным любопытством: «А всё ли хорошо у невесты лина Делири? Ведь сам король благословил их союз. Надо же проследить за моральным обликом избранницы». И знаешь, что он здесь найдёт? Источник, его хранительницу-ведьму, домовых и три десятка незарегистрированных магов. «С ума сойти, какое открытие. Кто бы мог подумать. Ай-ай-ай, какая неожиданность». Меня казнят. А детей заберут. Прекрасное решение, Кеннет, гениальное. Молодец!
— Не разговаривай со мной так, — холодно потребовал жених. — Я со всем разберусь.
— О, спасибо, ты уже разобрался! Неужели так ничего и не понял?!
Я кричала на него и не могла остановиться. Знала, что вести себя так с главой Клана Смерти — самоубийство. Ладно, в нашем случае — убийство только что зародившихся отношений, но продолжала с ума сходить от ярости. Кровь бурлила, магия просилась наружу.
— Я понял, — жёстко ответил Кеннет. — И готов повторить, что хотел как лучше. Соврал ради тебя королю, впутал в эту историю Верховную Стану. Чуть не разругался с ней. Рискнул своей репутацией, в конце концов, чтобы обелить твою. И что услышал? — его голос усилился и тут же затих. Лицо воина застыло деревянной маской. Он открыл дверь, и, не оборачиваясь, сказал: — Разберись теперь с этим. Сама. Как ты любишь.
Он ушёл, а я положила голову на сложенные руки и перестала дышать. Слёзы собрались в уголках глаз, но разрыдаться я не могла. От боли сознание уходило в темноту. Что я наделала? Как могла допустить такое? Дура! О, боги, непроходимая дура!
Буря внутри становилась всё сильнее. Я вздрагивала, как от пощёчин. Хлёстких, злых. «Поделом! — твердила себе. — Так и надо. Ещё, ещё».