Песнь корней

Тишина в Хэйчэне была не просто отсутствием звука.

Она была законом.

Её высекали на камнях.

Её чеканили на монетах.

Её вбивали в глотки тем, кто пытался шептать.

Но законы пишут люди.

А землю — не заставишь молчать.

Шэнь Мяо стояла на краю руин — там, где раньше была Северная арка, а теперь зиял разлом, будто город сам себя разорвал изнутри. Под ногами хрустел пепел — не серый, а чёрный, как остывшая зола от сожжённых свитков.

Ветер не дул. Он замирал, едва коснувшись этого места, будто боялся разбудить то, что спало под камнем.

Она опустила босую ступню на землю.

Не для храбрости.

Для связи.

Холод проник в кожу, скользнул по венам, добрался до груди — и там, в самой глубине, отозвался пульс.

Не её.

Чужой.

Древний.

Тяжёлый.

Как шаг сквозь века.

Шэнь Мяо закрыла глаза.

И произнесла первое имя.

Не громко.

Не для того, чтобы услышали люди.

А для того, чтобы услышала земля.

— Юнь Лэй.

Имя сорвалось с её губ и упало вниз, как семя в сухую почву.