Глава 6. Тот, Кого Не Ждали
Рассвет пришёл поздно — серый, нехотя, словно солнце само не решило, стоит ли вставать над этим миром. Каэль не спал. Он сидел снаружи, прислонившись спиной к холодному камню, и смотрел, как туман стекает с гор в ущелье, заполняя его медленно и бесшумно, как вода заполняет кувшин.
Его услышали раньше, чем он появился.
Сначала — голос. Холодный, насмешливый, с той особой интонацией человека, который знает, что он самый умный в комнате, даже когда комнаты нет.
— Трогательная картина. Герой, которого поглощает экзистенциальный кризис на фоне горного пейзажа. Не хватает только дождя и скорбной музыки.
Каэль вскочил, выхватывая меч, прежде чем успел подумать. Незнакомец стоял в пяти шагах — и выглядел так, словно это он застал Каэля врасплох, а не наоборот. Высокий, в чёрном плаще с капюшоном, откинутым назад. Лицо красивое — из тех лиц, которые раздражают именно потому, что слишком красивы: острые скулы, тёмные глаза с чуть насмешливым прищуром, тонкий шрам через левую бровь. Он был молод — или выглядел молодым. Руки сложены за спиной, как на прогулке.
— Кто ты? — резко спросил Каэль.
— Человек, у которого нет привычки отвечать на вопросы незнакомцев с оружием. — Пауза. — Но в виде исключения: Рэйн. Просто Рэйн. Оружие можешь опустить, я не укушу. Хотя, — он скользнул взглядом по старому мечу Каэля, — судя по состоянию этой реликвии, ты опаснее для себя, чем для меня.
— Как ты нашёл деревню?
— Я следил за тобой от самого Авалона, — произнёс Рэйн без малейшего смущения, словно признавался в чём-то совершенно обычном. — Не слишком сложно, учитывая, что ты оставляешь следы как табун лошадей. Привычка выживать не то же самое, что умение скрываться.
У Каэля перехватило дыхание от злости, но он удержался.
— Зачем?
Рэйн наконец сдвинулся с места. Двигался он красиво — слишком плавно для человека, который только что пробрался через горы. Обошёл Каэля по дуге, разглядывая деревню за его спиной, словно оценивал покупку на рынке.
— Потому что ты нашёл дневник Тал'дора. А тот, кто нашёл дневник Тал'дора, рано или поздно придёт к старику-монаху. А тот, кто придёт к монаху, узнает про Ключ. — Он остановился и посмотрел на Каэля в упор. — И тогда ему понадобится кто-то, кто объяснит ему, что монах лжёт.
Молчание накрыло ущелье тяжелее тумана.
— Что ты сказал? — тихо произнёс Каэль.
— Ты слышал. — Рэйн сел прямо на камень, куда только что опирался Каэль, и вытащил откуда-то из плаща флягу. Сделал глоток, не предлагая. — Старик говорит правду в деталях, но лжёт в главном. Смерть носителя не закроет Разлом навсегда. Это он знает. Это заглушит Скверну на поколение, может, два. А потом — снова. И снова нужен кто-то с кровью Архитекторов, чтобы принести себя в жертву. Жертвенный цикл. Красиво звучит, правда?
Каэль смотрел на него. Что-то в словах этого человека было верным — и именно поэтому страшным.
— Откуда ты знаешь?
Рэйн убрал флягу и посмотрел на свои руки. Что-то в этом жесте было неправильным. Слишком осознанным.
— Потому что я — третий, — сказал он ровно. — До тебя было двое. Я пережил обоих. И нашёл то, что монах предпочёл бы скрыть навсегда.
За спиной Каэля скрипнула дверь. Он обернулся. На пороге стоял Ветхий Монах. На его лице не было удивления. Только что-то тяжёлое и глухое, похожее на вину.
— Рэйн, — произнёс старик негромко. — Ты всё же пришёл.
— Я обещал, — ответил Рэйн. И в его голосе, впервые за всё утро, не было ни капли насмешки.