Глава 23

Дворец «Звездный». 23 часов 25 минут – новой жизни

– Деда! Катерина! Спасите! – Иравел (Ивко) бежал сквозь анфиладу в кабинет прадеда, пытаясь не дать ухватиться за тунику шаловливым пальцам мелкой бестии, которая пообещала, что поймает и дотянется до его ушей. Леди Катарина бежала за ним, подпрыгивая и шипя как закипающий чайник. Не пристало юным барышням так носиться, но кто бы объяснил это его младшей сестре. Нет бы чинно, не спеша прогуливаться по галереям дворца, не пытаясь отомстить брату за маленькую шалость!

Когда он влетел в рабочую комнату, где над столом склонились мужчина и девушка, на него оба молча посмотрели с одинаковым подозрением во взглядах.

– Что стряслось? – первым не выдержал Элендил.

– Не знаю, – честно ответил пацан, продолжая похохатывать и быстро прячась за стул деда. – Ведь всего то и согласился с ней, что в каждой женщине должна быть изюминка! Надо только ее хорошо поискать!

– Да, – закричала, врываясь Ката. Девочка быстро окинуть взглядом предстоящее поле боя. Просчитала, как она может перекрыть брату пути отступления и решила подождать его возле двери. – А кто при этом тыкал в зеркало и ржал, что может я где-то бородавку не заметила? Но для начала ты заявил, что я медлительная и неповоротливая соплячка, которой нечего заглядываться на стариков! Ой!

– А вот с этого места поподробнее, – прищурился прадед, глядя как, залепив ладошками ротик, младшая правнучка с испугом смотрит на него честными глазищами.

– Я просто хотела по-быстрому принять душ и переодеться, – залепетала, покраснев Катарина, бочком пробираясь под защиту старшей сестры.

– Ну, да, – высунулся из-за спины деда мелкий нахаленок и показал сестре язык. А потом выпалил: – Поэтому пять минут стояла, рассматривая две практически одинаковые туники. А мама с папой до сих пор носятся по мастерским. У них уже языки отваливаются! Я же предложил заменить их! Могла бы у мамы женщин перехватить, а я у отца мужиков бы отобрал.

Шутливая перебранка грозила перерасти в нешуточную ссору!

– Как говорит наш предок: «потомки, вы совесть потеряли»? – попытался воззвать к разуму подростков глава семьи. – Что за свара в нашем благородном семействе?

– А что он? – надулась Ката.

– Казаки поперёк совести не ходят! А ты совесть маешь чи не? – вдруг лукаво улыбнулась Катерина, произнеся фразу на мягком диалекте родной станицы. А в памяти возникло, как маленькие внучки застывали, раскрыв ротики, когда она их также вводила в ступор казачьим говором. Но лучшего способа остановить детскую ссору не было. Обе росли в больших городах, где ни родители, ни тем более они сами не использовали обороты речи своих дедов и прадедов.

– Переведи! Ты все время пока лечила, что-то говорила, а мы не понимали, – потребовала девочка. Она забыла, что только что сердилась на родных, которые не приняли ее сторону.

– Свободные воины не пойдут против совести. У тебя совесть имеется или нет? А во время лечения? – Катерина задумалась, вспоминая, что она там могла говорить, – А! Не стони воин – командиром будешь (Терпи казак – атаманом станешь)! Это у нас такая присказка была. Но ты разговор в другую сторону не уводи! Ката, тебе сколько лет? Такое впечатление, что десять!

Девочка гордо вскинула голову и сурово посмотрела на сестру. Однако увидев искорки смеха, что плясали в таких знакомых глазах, на мгновение удивленно вскинула бровки, а затем расхохоталась!

Прадед, глядя как буря в стакане улеглась, а правнуки спокойно веселятся, с облегчением выдохнул. Ну не любил он женские истерики и слезы, поэтому и внучку растил как воина. Доверил ей оружие. Точно надо будет всем ежедневные тренировки по магии и военным искусствам вставлять в расписание. Приняв такое решение, он его тут же передал через сообщение Седу. Уведомив, что распорядок будет жестким, поэтому желательно подобрать как можно больше гипнограмм по боевкам с разделением по гендерному признаку. А когда веселье в комнате улеглось, пристально посмотрел на младшую непоседу и задал прямой вопрос:

– А теперь рассказывай, с чего все началось?

– Да ни с чего…– надулась эта мышка.

После встречи с хранителем леса Катерина и Иравел отправились в замок на совет энергоидов, а Ката и Элендил решили провести еще несколько магических воздействий и вернулись в операционную.

Прадед кастует заклятия, Ката «на подхвате». Система уже сегодня была опробована. Когда подготовили к нанесению исцеляющих плетений третьего больного, девочка почувствовала, что кто-то пристально на нее смотрит и оглянулась. В коридоре, за прозрачным защитным экраном стоял рыцарь Хемминг Гуннар. Он опирался на стену и внимательно осматривал и операционную, и врачей, и воина, что сидел рядом со столом, уложив под нужным углом сломанную руку.

Как ассистент Ката не могла себе позволить отвлекаться от процесса лечения. Но, почему-то, глаза этого мужчины нет– нет, да всплывали в ее памяти. «Как будто он нас в чем-то подозревает», – нахмурилась девочка и запретила себе думать о посторонних вещах. Они с дедом осторожно сняли иммобилизационную повязку из гипса и удостоверились, что репозиция костных отломков не нарушена. Маг прикрыл глаза и начал вливать силу в травмированную конечность, а темные глаза мужчины внимательно наблюдали за выражением лица своего побратима.

Как только прадед открыл глаза, Катарина стала фиксировать пострадавшему конечность. Жесткий гипс не требовался, но пластиковый лангет еще на сутки решили оставить. А что ВЫ хотите? Лучше «перебдеть», чем заново лечить! Конечно о том, что у них появился наблюдатель, правнучка сообщила предку. Но недоверие этого мужчины больно ударило по ее самолюбию. Она врач! Пусть еще не маг, но и без этого может помочь людям!

Отпустив пациента, они быстро привели операционную в порядок. Мила, умница, развеяла и пыль, и мусор. Ката разложила по местам весь инструмент, давая возможность прадеду запомнить схему их размещения. Приняли зов от Иравела. Поместили накидки в стерилизаторы и только после этого вышли к поджидающему их, а может только одного из них, рыцарю.

– Разве Вам уже разрешили длительные прогулки? – накинулась на бледного пациента юный доктор. Мужчина обозначил вежливый поклон, но не удержал равновесие и покачнулся. Лекари быстро подхватили его, помогли устоять на ногах, а как только расфокусированный взгляд этого живчика обрел ясность, повели в его палату. Причем сдержать эмоции у девочки не получилось. Она всю дорогу ему сердито высказывала: – Вы понимаете, что Вас вернули с «того света»? Как можно быть таким безответственным? Катерина чуть не поседела, пока мы проводили Вам операцию. Дед держал щиты, чтобы сохранить ваши мозги в рабочем состоянии…

Прадед просто молча тащил этого спринтера, пряча улыбку. Однако, когда этот бессовестный человек оказался в постели он улыбался!? Представляете? Ни капли раскаяния, ни грамма смущения! Он смеялся над ней! А потом попросил оставить их с лордом Элендилом наедине для серьезного разговора, который не предназначен для женских, а тем более для детских ушек. Вот и хотела леди Катарина привести себя «в порядок» чтобы дать понять этому неотесанному мужлану, что она взрослый человек!

В конце рассказа Ката даже топнула ножкой, не обращая внимания на то, что Ивко совсем спрятался за стул деда и издает звуки похожие на похрюкивание. Старшая Катерина упрямо смотрела только на прадеда, а он уткнулся глазами в какой-то лист на столе с непонятными рисунками. Несколько секунд стояла полная тишина, а затем, слегка кашлянув, Екатерина спросила:

– Дед, если не секрет, о чем говорили?

– Он просил разрешения обосноваться со своими людьми в нашем пределе. Готов принести вассальную клятву, – с благодарностью посмотрел на старшую девушку лорд Руаэль.

– А его люди? – увидев вопрос в глазах родственников, Катерина пояснила, – У нас в некоторых государствах действовало правило: «Вассал моего вассала – мне не вассал».

– Естественно! Они же принесли присягу другому господину и не могут ее нарушить! И служить двум синьорам они не могут, – не уловил смысл ее сомнений глава рода.

– Дед, они будут обосновываться на НАШИХ землях! Или сэр Гуннар получит от нас надел?

– Нет, – задумался Элендил. – Вручить участок нашей земли только за желание принести присягу я не готов.

– Вот ты сам и ответил! Значит, у нашего подданного не будет возможности набрать своих вассалов. Вывод? Все воины, пришедшие с рыцарем, должны дать обет верности нашему роду. А клятву побратимов требовать расторгнуть никто не будет.

– Ты уже дал ответ этому высокомерному нахалу? – сердито пробурчала Ката.

Старшая Катерина, подавив улыбку, глянула на прадеда, а он, надев маску невозмутимости, серьезно ответил малой:

– Нет, конечно! За кого ты меня принимаешь? Я сказал, что дам ответ после семейного совета. Вот он у нас и состоялся! Миримон и Эмили были с нами через Седа.

– Как? – покраснела младшая из рода. – Мы вам помешали?

– Ну и почему ты так решила? Разве мы сейчас не обсудили очень важный вопрос? – выдохнул дед с чистой совестью, но быстро сменил тему: – Иравел! Миримон слышал твое предложение и просит провести ознакомительные экскурсии по фермам и садам. А мы продолжим с кузней разбираться. Нам предок подбросил приятный сюрприз, но всем понятен только общий принцип работы с ним. Так что Миримон забирает с собой кузнеца, и мы дальше определяемся, что можно «выжать» из кузнечного пресса.

– Скоро встреча с лешим, – напомнила Катерина. – Кто кроме энергоидов пойдет на переговоры и представит ему дриад? Иравел, возьмёшься? Ты же все равно в сады пойдешь!

– Как ты себе это представляешь? Толпа мужиков и я говорю сам с собой, потому что они хранителя не видят… Нет! Вон, Ката пусть будет представителем, – пробираясь с опаской мимо младшей вредины предложил братишка. А, уже выскочив в коридор, крикнул, – Тем более что садовые Берегини получились такими же наглыми и ехидными!

– Это они все в тебя, – не осталась в долгу мелкая егоза. Подмигнула оставшимся родственникам и бросилась за нахаленком. А Элендил и Катерина тихо посмеивались, слыша удаляющиеся крики:

– Раз они девчонки, то в меня быть не могут!

– Если они переняли твою манеру язвить…

Дальнейшие опусы данного возвышенного спора старшее поколение семьи слушать не стали. Конечно, можно было попросить Седа, вывести на мониторы видео или подключиться к ребятне через имплантаты, но зачем? Дети – люди взрослые! Сами разберутся!

Озорники дали пять минут передышки, необходимо вновь приниматься за работу. Тем более, что ни Катерина, ни старшие члены семьи не представляли, как можно использовать механический молот. Единственное, что пришло в голову Катерины — это штампованная посуда и садовый инструмент: лопаты, вилы, грабли, ложки, вилки, ножи, кружки и кастрюли. Но насколько это реально и возможно сделать на данном оборудовании девушка не знала. Она в прошлой жизни не интересовалась, как эти вещи делают. Приготовить, постирать, огород и скотину обиходить. Нет, пришлось и топор в руках держать, но это не означает, что ты знаешь, как этот топор делать.

Вот, казалось бы, есть мужчины – пусть решают мужские вопросы. Только сейчас Катерина очень хорошо понимала Матрицу. Если бы это оборудование в кузницу было исторически обоснованной необходимость, то не смотрели бы они с прадедом друг на друга так виновато. Она из-за того, что в прошлой жизни не интересовалась кузнечным делом, а он просто в принципе не понимает, куда это прогрессивное оборудование применить.

Еще до встречи с лешим Ката напомнила старшей сестре, что после гипнообучения необходимо закрепить навык, чтобы он не пропал. Вот и отправилась Катерина и Ивко к энергоидам. Озадачили Седа и Антона встречей с лесовиком. Сразу разбрелись: Иравел – в скорняжную мастерскую, а Катерина в студию. Так вот! Минут двадцать было спокойно. На общей волне переговаривались. Делясь впечатлениями от неумелых рук и пальцев, что не хотят передвигаться, так как хочется их хозяевам. Ивко стенал, что у него кромкорез в руке гуляет, что у Катарины быстрее получится освоить скорняжные ножи, чем у него, потому что он видел, как крепко и уверенно ее рука держит скальпель. Старшая сестра его успокаивала, а отец посмеивался, что нужно младшей дочке тогда отдать не только скорняжный, но и его охотничий нож, чтобы сын не порезался. И тут отец завел мужиков в кузню…

То, что отца что-то поразило, было ясно по всплеску эмоций что «докатились» до всех участников небольшой ментальной конференции. Все услышали начало его мысли: «Что за…» и он тут же отключился. Эмили потребовала у Седа информацию жив ли ее муж, на что получила ответ, что предок не понимает такой реакции на обычный кузнечный цех разносторонней направленности. Теперь постепенно начала холодеть Катерина:

– Какой направленности?

– Разносторонней! Ты сама говорила, что необходимо постараться воспроизвести все процессы доэлектрической эпохи. И задание дала: «наштамповать монет и перстней». Вот кузню и переоборудовали! Там есть и механический пресс, и молоты с механическим приводом, и станки токарный и фрезерный… Даже мини-литейный цех получилось создать.

– Стоп, – у старшей Кати даже голова закружилась. Она невидяще уставилась на узенькую полоску кружева и не увидела, как Эмили с женщинами зашли в ее ателье. Руки девушки не перестали работать, а она продолжала общаться через имплантаты: – Я слышала все эти названия. Но я не представляю – для чего они нужны! А когда давала задание, то думала о результате, а не о процессе. Прости Сед. Но видимо я не совсем была адекватной.

– Потомок! Ты это брось!! Все получилось. А знать все использующиеся производственные процессы ты не можешь! Ты же человек! И голова у тебя на плечах одна.

– Ма, подключись к папе постарайся его успокоить! Иравел, зовешь деда и Кату. Как они освободятся, ждем их во дворце.

– Катюшка, ты сама успокойся, – забеспокоилась мать, чувствуя панику дочери. – Антон, организуй, пожалуйста, холодный чай с мятой.

– Спасибо, ма! Сед, поднимай базу профессий. Все связанное с обработкой металла сведи в отдельный список. Антон! У тебя на примете нет элементалей управляющих огнем и металлами? Очень хочется, чтобы они стали нашими друзьями!

Эмили, оставаясь на беззвучной связи с семьей, показала женщинам и сосредоточенно плетущую кружево дочь, и пяльцы с натянутым для вышивки платом, на котором гладью был вышит маленький бутон мака, а по периметру шевронным стежком была выведена окантовка. Видимо Катерина начала закрепление именно с вышивки. Сохраняя на лице доброжелательную улыбку, хозяйка замка позвала любопытных кумушек в помещение, где установили несколько ткацких станков. Но видела, как мелькнуло в глазах у некоторых девушек восхищение и азарт.

Когда Катерину прадед позвал в кабинет, Ивко сообщил, что отправляется к мелкой, а девушка автоматически закрепила булавками неоконченное плетение и побежала, продолжая вспоминать все металлические предметы, чем пользовалась в прошлой жизни. По дороге попросила подготовить лист бумаги и грифель, чтобы хоть как-то нарисовать предметы обихода. Думаете, много вспомнила? Не угадали! В голове продолжали крутиться ложки, кружки, миски, ведра, тазы и корыта для стирки. Мелькнули даже жестяные коробочки для чая и печенья, которые она потом использовала как шкатулочки для своих мелочей, но насколько это нужно сейчас? Здесь! Благо Сед заверил, что запасы различных сплавов есть и запустить их в процесс будет не сложно. Только вопрос: кому не сложно? Не уточнил! Вот они и рисовали с дедом все, что им приходило в голову, когда малые прилетели со своими разбирательствами.

Когда вдалеке затихли голоса Иравела и Катарины, возле Элендила соткалась фигура призрака.

– И кто у нас будет отвечать за тяжелую промышленность? – хохотнуло приведение. Две пары зеленых глаз, с каким-то нехорошим прищуром уставились на предка. Прозрачный силуэт взлетел к потолку и замахал руками: – Вы чего задумали? Учет, планирование, прогноз, аналитика – пожалуйста! Даже службу безопасности на себя возьму. Но в любой творческой работе надо уметь мечтать, ставить перед собой фантастические цели. Это не мое!

– А чье? – патетично провозгласил прадед.

– Да хотя бы твоего зятя, – воскликнул фантом. – Вон Антона можете спросить, как он ходил, облизывался по кузнице!

– А что Антон? – проявился на книжной полке рыжий шалун. Он сидел, раскачивая ножками и дирижируя пальчиком. Как будто сам режиссировал данный спор.

– Подтверди, что Миримон был заинтригован и хотел что-нибудь создать в том цеху, – жалобно попросил Сед. – Да и эмоции были как у кота рядом с крынкой сливок!

– Предок, ты меня выдал? – протянул Миримон от входа. – Служба безопасности тебе ближе говоришь? Но ведь это такая же работа? Надо ставить перед собой цели!

– Там цель понятна! Ее легко просчитать и спрогнозировать, – парировал Седэльрин. – Обеспечить безопасность жилища и каждого члена рода.

– То есть! Вы сэр отныне глава тайной канцелярии? – усмехнулась Катерина, а лица всех без исключения мужчин вытянулись в удивлении. Не обращая внимание на их эмоции, Катерина приказным тоном продолжила: – Быть посему! Внести в указ Звездного предела, что Седэльрин Руаэль после передачи регалий Владыки назначен Первым министром и ответственен за все вопросы безопасности до скончания времен, даже после ухода в мир иной!

– Твою ж…

– Папа, имей снисхождение к нежным девичьим ушкам! Тем более что сейчас уже к нам присоединится мама. Хочу предложить ей рассмотреть взять под свой контроль направление ювелирного производства. У нее настолько тонкие и красивые узоры получаются, что, если их перенести в украшения это станет шедевром. И где кузнец? Я думала, что он придет с тобой.

– Дочь! Как ты там сегодня у сестры спросила про совесть? Он живой! Ему иногда надо справлять естественные, для любого человека, потребности!

– Ох, – заалели щеки девушки. – Простите! Что-то я, с этой гонкой, совсем потеряла чувство меры.

– Чувство времени, ты потеряла, – показал ей язык Антошка. – К нам скоро гость прибудет из леса. Пошли, поможешь сестре! Негоже неинициированному магу с духом-хранителем одному встречаться. Заодно познакомлю с нашей дриадой!

– Иди-иди, – захохотал призрак. – Твои рисунки у нас есть. Обучающий пакет я создал. Здесь мужчины и сами управятся! А по ювелирам мы тебя услышали. Отдельный пакет создам.

– Не беспокойся, внученька, – мягко пророкотал Элендил. – Передадим мы твои задумки Эмили! Да, и Ньял Ове подскажет, сможет он сам или может, кто из его подмастерьев с тонкой работой возиться любит.

Катерина шла по галерее, а на душе разливалась тоска. Не надо думать о девушке плохо. Просто метания сестры непроизвольно вызвали в ее памяти образ мужа. Его улыбку. Его нежный шепот: «Катюша»! Его легкую иронию и придуманное для нее прозвище «Катюха– краюха», что он использовал при посторонних. Она была благодарна Хранителю за новую жизнь и семью, но… Когда она рассталась с любимым человеком… Когда он ушел… Она надеялась, что в следующей жизни они будут вместе! А теперь она в другом Мире…