Глава 5. Северный вестник

Совет выглядел именно так, как Ася и ожидала: много мужчин в богатых одеждах, много очень серьёзных лиц и одна женщина — высокая, лет шестидесяти, с серебряными волосами и взглядом, способным пробить броню.

Это оказалась Леора, Верховная хранительница Аркена. Что-то вроде министра внутренней безопасности, только с магией и без притворной вежливости.

— Значит, это и есть пророчица, — произнесла она, оглядывая Асю с головы до ног так, как профессиональный сапожник осматривает дрянную подошву. — Мала. Растеряна. Не обучена.

— Всё верно, — сказала Ася. — Рада знакомству.

Леора подняла бровь. Ася почувствовала — на каком-то физическом уровне — как в зале изменилась температура. Не из-за магии. Просто никто, судя по всему, не разговаривал с Верховной хранительницей вот так.

— Дерзкая, — сказала Леора. Не с осуждением. Почти с удовольствием.

— Это комплимент?

— Пока не решила. — Она повернулась к Эдварду. — Что с обучением?

— Принц Кириан начал диагностику и первую практику. — Эдвард говорил ровно, но Ася, уже немного умевшая его читать, уловила что-то в промежутке между словами «Кириан» и «начал». — Первородная магия, ледяной тип. Контроль пока нулевой.

— Ледяной, — медленно повторила Леора. Что-то изменилось в её взгляде. — Это... нетипично.

— Именно, — вставил Кириан с другого конца стола. Он сидел чуть отдельно от остальных, чуть не вписываясь в идеальную торжественность зала — как пятно краски на мраморе. — Нетипично и очень интересно в контексте природы тьмы с севера.

— Объяснись, — сказал Эдвард.

Кириан встал. Прошёл к большой карте на стене — Ася только теперь разглядела её как следует: северная часть, там, куда указывали несколько красных меток, была закрашена постепенно сгущающейся серой краской.

— Тьма с севера гасит магию. — Он провёл пальцем по серой зоне. — Все наблюдения сходятся в одном: она действует как жар. Сжигает магические источники, пережигает каналы магов. Два наших дозорных вернулись полностью опустошёнными — ни следа силы. Один не вернулся вообще. — Пауза. — Огонь гасят водой. Жар — холодом. Если это та же природа явления...

— Ты говоришь, что именно моя магия может с этим работать, — сказала Ася.

— Я говорю, что это гипотеза. Проверить её пока нечем, кроме практики.

В зале стало очень тихо.

— Сколько у нас времени? — спросила Леора, и вопрос был адресован явно Эдварду.

— Разведчики дают два месяца, прежде чем тьма достигнет Южного прохода. — Эдвард говорил ровно, как всегда, но руки на столе держал очень аккуратно — слишком аккуратно. — Если она пройдёт Южный проход, до столицы — ещё три недели.

— У меня три месяца, — сказала Ася. — По нашей сделке.

— Я знаю.

— Значит, у меня есть месяц, чтобы научиться чему-то полезному. — Она помолчала. — Это реально?

Кириан и Эдвард переглянулись — коротко, быстро, так, что Ася едва успела это поймать. Что-то в этом взгляде было старым. Не враждебным, не холодным — просто старым, как бывают старыми ссоры, которые давно перешли в стандартную форму существования.

— Реально, — сказал Кириан.

— Если вы займётесь обучением серьёзно, — добавил Эдвард.

— Я серьёзно отношусь ко всему, от чего зависит моя жизнь, — сказала Ася.

Дверь зала открылась.

Вошёл стражник — запылённый, со следами долгой дороги на сапогах и лице. Он что-то сказал Эдварду на ухо, и Ася увидела, как у кронпринца изменилось что-то в плечах. Очень чуть-чуть. Почти незаметно. Но она заметила.

— Совет закончен, — произнёс Эдвард. — Всем покинуть зал, кроме хранительницы Леоры и принца Кириана.

— А я? — спросила Ася.

— Вам тоже лучше уйти.

— Это касается тьмы с севера?

Пауза.

— Это касается разведчиков, которые не вернулись.

— Тогда остаюсь, — сказала Ася. — Это касается меня не меньше, чем вас.

Леора смотрела на неё с выражением, в котором что-то сдвинулось — от настороженности к чему-то похожему на уважение. Кириан не сказал ничего, но в уголке его рта дёрнулось то, что могло стать улыбкой.

Эдвард помолчал. Потом кивнул.

Стражник разложил на столе донесение. Ася не могла читать местный шрифт — алфавит был совсем другой, хотя устную речь она понимала легко, видимо, Врата позаботились о языковом барьере, — но по тому, как смотрели на бумагу все трое, она понимала: новости плохие.

— Тьма ускоряется, — произнёс наконец Эдвард. Ровно. Без интонации, которая выдавала бы панику. — Расчёты неверны. У нас не два месяца до Южного прохода.

— Сколько? — спросила Леора.

— Шесть недель. Может быть, пять.

Тишина.

Кириан встал, подошёл к карте и долго смотрел на неё.

— Ася, — сказал он, не оборачиваясь, — завтра у тебя другое расписание. Три занятия в день. Мне всё равно, устала ты или нет.

— Принято, — сказала она.

— И ещё одна вещь. — Он обернулся, и лицо у него было другим — серьёзным, настоящим, без фирменной кривой улыбки. — Нужно, чтобы ты поняла кое-что про эту силу. Люди, у которых она забрала магию, — они не просто опустошены. Они рассказывают, что видели что-то. Образ. Всегда один и тот же: человек или что-то похожее на человека, в тёмном плаще, с лицом без черт. И этот образ смотрел на них как... как на что-то уже принадлежащее ему.

Ася почувствовала, как по позвоночнику прошла волна холода — не магического, самого обычного, человеческого.

— У тьмы есть лицо, — медленно сказала она.

— У тьмы есть намерение, — поправил Кириан. — Это хуже.

Эдвард стоял у окна. Спиной. Как в первый раз, когда она вошла в его кабинет.

— Ваше высочество, — позвала Ася.

Он обернулся.

— Вы знали про это с самого начала? — спросила она. — Про лицо?

Долгая пауза.

— Да, — сказал Эдвард.

— И не сказали мне.

— Я не хотел... — Он остановился. Начал снова. — Я не знал, сколько вы способны принять сразу.

— Я упала сквозь пол библиотеки, оказалась в другом мире, обнаружила в себе магию и заморозила молоко. — Ася смотрела на него. — Я принимаю многое сразу.

Эдвард смотрел на неё. Потом произнёс тихо, почти как разговор с самим собой:

— Вижу.

И в этом одном слове было что-то такое, что Ася не смогла бы потом объяснить словами, — что-то, что поменяло температуру в комнате снова. Но не от магии.

— Тогда рассказывайте мне всё, — сказала она. — Всё, что знаете. Я не из тех, кого надо беречь от информации.

Леора сделала что-то неожиданное: тихо засмеялась.

— Мне нравится эта девочка, — сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь. — Оставьте её.

Но именно в этот момент Ася краем глаза поймала взгляд Кириана — он смотрел на Эдварда. Не на неё. На брата. И во взгляде было что-то острое и тёмное, что он тут же спрятал, когда заметил, что она смотрит.

«Что это было?» — подумала Ася.

И не успела додумать: в стену зала что-то ударило снаружи — глухо, тяжело, как огромный кулак, и витражное окно в углу покрылось мелкими трещинами.

— Это здесь, — сказал Кириан тихо. — Это уже здесь.