Пролог

Ева пришла в кафе чуть раньше назначенного времени, желая взять кофе и насладиться уютной атмосферой в ожидании сестры. Она лениво скользнула взглядом по рядам столиков, выискивая свободное место, но вдруг замерла, заметив Влада.

Он сидел у окна, непринуждённо откинувшись на спинку стула. Рядом с ним — его друг Макс. Ева невольно хихикнула, подумав, что Влад тоже решил провести последний вечер перед свадьбой в единственном приличном кафе их маленького городка. Забавное совпадение, но вполне предсказуемое. Однако её веселье быстро сменилось тревогой: выражение лица Влада казалось странно напряжённым. Макс же, напротив, выглядел оживлённым, говоря что-то быстро и громко.

Ева застыла, инстинктивно спрятавшись за вешалкой. Её охватило смятение. Подойти и поздороваться? Или лучше подождать, пока он сам её заметит? Но в его взгляде было что-то такое, что заставило её остаться на месте. Влад произнёс какую-то фразу, но она не смогла расслышать, а Макс вдруг пораженно замолчал.

— Ты уверен? — донёсся до неё приглушённый голос Макса.

— Абсолютно, — хмуро ответил Влад, потирая подбородок. — Она показала мне тест.

Сердце Евы застучало быстрее.

— И что теперь? — продолжил Макс, наклонившись ближе. — Как собираешься выкручиваться?

Влад резко выдохнул, словно пытаясь избавиться от тяжести на душе.

— Я не знаю, Макс, — его голос прозвучал глухо. — Это… это слишком.

— Ты понимаешь, что теперь выбора у тебя нет? — Макс перешёл на полушёпот, но Ева услышала его отчетливо.

— Понимаю, — Влад опустил голову и коротко кивнул. — Это может на многое повлиять.

Ноги перестали слушаться. Ева сжала пальцы на вешалке так сильно, что ногти впились в ладонь.

— И как ты собираешься объяснить это Еве? — голос Макса внезапно стал громче, и, услышав это, она невольно отступила на шагд и ударилась спиной о стену.

— Я ещё не думал, — Влад взъерошил волосы рукой. — Но сказать ей сейчас? Накануне свадьбы? Это невозможно.

— Знаешь, ты сам виноват, — фыркнул Макс, разводя руками. — Ты постоянно хочешь всё контролировать. А теперь поздравляю: она беременна.

Ева замерла. Беременна? От Влада? Кто? Она прижалась к холодной стене, стараясь оставаться в тени. Они не могли ее видеть, но она чувствовала себя так, словно стояла посреди городской площади у позорного столба.

— Я не знаю, что делать, — глухо повторил Влад, уставившись в свою чашку.

— Все они только и мечтают о таком, — ядовито заметил Макс. — Рано или поздно Ева сделает то же самое. Не успеешь оглянуться — станешь многодетным отцом.

С каждой его фразой Ева всё сильнее чувствовала тошноту.

— Ни за что, — Влад резко отмахнулся, его голос стал твёрже. — У меня есть план, и она это знает. К тому же мы даже универ ещё не закончили.

Вздрогнув, Ева машинально прижала похолодевшие ладони к животу. Осторожно выглянув из-за вешалки, она увидела лишь, как Влад наливает другу ещё кофе. Пальцы, по-прежнему лежащие на животе, нервно поглаживали ткань куртки, пока в голове лихорадочно крутились мысли о том, как выбраться из кафе незамеченной. Ещё недавно представляла, как во время свадебного путешествия в Японию, которое им подарили родители, она расскажет Владу о малыше. В её мечтах он радовался, обнимал её, и они вместе строили планы на будущее. Ева видела себя и Влада, прогуливающихся по магазинам, выбирающих первые игрушки и одежду для их ребёнка. Но теперь… теперь эти образы рассыпались, словно хрупкое стекло, разлетевшееся на сотни острых осколков.

Не в силах больше терпеть происходящее, Ева вытерла слезы, накинула капюшон и выскочила из кафе.

Влад тяжело вздохнул и поднял взгляд на друга:

— Макс, ты вообще меня слушаешь? В какие дебри тебя понесло? Лучше скажи, как признаться Еве, что мой брат умудрился сделать беременной её лучшую подругу.

Макс поморщился, словно от кислого лимона:

— Ну, ситуация, мягко говоря, неприятная…

Влад на мгновение застыл, взгляд его потеплел, а уголки губ тронула грустная улыбка:

— Ева… Она — единственное, что держит меня на плаву. Понимаешь? Я не могу ее потерять из-за этого олуха.

Макс коротко хмыкнул, кивнув:

— Знаю, дружище.

Влад посмотрел на чашку кофе, затем поднял её и осушил одним глотком:

— Она гораздо лучше, чем я заслуживаю.

На следующий день…

Влад переминался с ноги на ногу, нервно поглядывая через плечо на дверь. Где, черт возьми, Ева? Гости, собравшиеся у входа в городской ЗАГС еще час назад, уже начали переглядываться. Регистраторша с пластиковой улыбкой демонстративно посматривала на часы, давая понять, что у нее тоже есть расписание. По словам сестры, Ева по пути в ЗАГС неожиданно вспомнила, что забыла дома что-то важное, и попросила водителя вернуться в квартиру. Что именно она забыла, так и не сказала, да и Лизе не позволила поехать с ней. А теперь Ева не отвечала на звонки. Это совсем не было на нее похоже. Непонятное беспокойство накатывало волной, в груди холодело.

Влад нервно осмотрелся. Гости перешептывались, но никто не решался сказать что-либо вслух, будто боялись усугубить его состояние. Напряжение росло, сжимаясь в пружину, готовую вот-вот лопнуть. Когда стало очевидно, что что-то пошло не так, Макс и еще двое друзей Влада вызвались отправиться на поиски.

Влад старался сохранять спокойствие, но в голове вихрем проносились противоречивые мысли. Что, если Ева передумала выходить замуж? Или, что хуже, с ней случилось что-то ужасное? Он прокручивал все возможные варианты, пытаясь найти хоть какое-то рациональное объяснение, но тревога лишь усиливалась.

Вернувшись, друзья сообщили, что дома Евы не оказалось. Соседи рассказали, что она прибежала домой в свадебном платье, а через несколько минут вышла — уже в куртке и с чемоданом. Никто из них не осмелился спросить, куда она собралась.

Вскоре матери Евы пришло короткое сообщение: «Прости, мам. Уезжаю. Не теряйте. Скоро напишу». Сколько бы родители ни пытались ей позвонить или написать, ответа не было. Она будто растворилась в сером дне, оставив после себя только растущее чувство отчаяния.

И только теперь на экране телефона Влада высветилось сообщение. От нее. Рука замерла на мгновение, прежде чем он открыл его и прочитал. Во рту пересохло, пульс загрохотал в ушах, как барабанный бой.

«Прости, но я не могу... Все оказалось не так, как я себе представляла. Пожалуйста, не ищи меня. У нас все равно ничего не получится. Прощай».

Влад перечитал сообщение еще несколько раз, выискивая хоть малейший намек на объяснение, что-то, что могло бы дать ему зацепку, надежду. Но каждое слово вибрировало в голове, как финальный приговор.

— Не верю, — выдохнул он, застыв на холодных ступенях.

В кармане лежала теперь бессмысленная открытка с изображением весенней сакуры, а в кулаке — обручальные кольца — единственное, что он ещё мог удержать, хотя знал: всё уже безвозвратно утрачено.